Пилот
Шрифт:
Игнорировать ее в такой ситуации было по меньшей мере невежливо, и Колычеву пришлось остановиться.
– Да, мисс Ли.
– Раньше ты называл меня Аннабель, – немного грустно заметила девушка, обдав молодого человека легким, едва уловимым ароматом духов и одновременно мощной волной сексуальности.
– Простите, мисс, но сейчас неподходящий случай для фамильярности.
– Да, конечно, – изобразила легкое смущение журналистка. – Просто…
– Что?
– Я очень рада, что тебе удалось уцелеть. Нет, правда. Я не поверила своим глазам, когда увидела твою фамилию в сводке.
– Откуда ты знаешь мою фамилию? – пристально взглянул на девушку Март. – Когда мы встречались в последний раз, я был еще Вахрамеевым.
– Мальчик мой, ты меня недооцениваешь! Конечно, я все знаю и про тебя, и про твои семейные обстоятельства.
– В таком случае ты знаешь больше меня. Кстати, а как тебе удалось покинуть Сеул?
– Честно говоря, совершенно случайно. Но вообще, японцы стараются не ссориться с Англией, поэтому я бы все равно вырвалась, но, на мое счастье, случился попутный рейс. Один из ваших приватиров любезно согласился взять с собой меня и моих помощников. И вот я здесь, а тут такая трагедия…
– На которой ваша пресса так здорово потопталась!
– Марти, ну ради всего святого, при чем тут я? Да, среди моих боссов достаточно редкостных ублюдков, но, поверь мне, я не имею к этому никакого отношения. Да и большинство англичан искренне сочувствуют вашему горю…
– Что ж, передай им благодарность, – хмыкнул Колычев, желая развернуться и уйти, но не тут-то было.
– Зачем же передавать? – буквально расцвела журналистка, подхватив не успевшего отреагировать юношу под руку. – Ведь ты можешь сделать это лично!
– В каком смысле?
– В прямом. Дай мне интервью в прямом эфире и можешь сказать при этом все, что тебе заблагорассудится!
– Ты серьезно?
– Милый мой, я никогда еще не была настолько серьезной!
– А если я буду ругать вашего премьер-министра?
– Можешь назвать лорда Чемберлена свиньей, я тебе разрешаю!
– А Черчилля?
– Толстяка Уинни? Да ради бога! Тем более что про него это будет чистая правда.
– А короля?
– Если хочешь, можешь пройтись и по его величеству, но прими мой совет. Не трогай Эдварда. После скандального брака он стал кумиром всех домохозяек и разведенок. В случае чего эти сумасшедшие съедят тебя с потрохами!
– Да, от таких лучше держаться подальше, – не смог удержаться от улыбки Март.
– Так ты согласен?
– Прости, но нет. У меня мало времени…
– Марти, милый, – жалобно посмотрела на него мгновенно сменившая тактику Аннабель. – Мне очень нужно это интервью. Если хочешь, я прямо здесь стану перед тобой на колени и…
Глядя на красиво очерченные губки, Март вдруг со всей отчетливостью понял, что хочет. Но все-таки нашел в себе силы отказаться от столь заманчивого предложения.
– Нет, мисс. Во всяком случае, не здесь!
– Мартемьян, ты скоро? – окликнул его поджидающий возле машины Зимин. – Прошу прощения, мадемуазель, но у нас мало времени!
– Добрый день, – ничуть не смутилась его строгим тоном Аннабель. – Марти, будь добр, представь меня этому джентльмену.
– Мисс Ли, позвольте представить вам моего опекуна – капитана второго ранга Зимина, – вынужден был согласиться Март. – Владимир Васильевич, это моя знакомая журналистка Аннабель Ли.
– Очень приятно, – проворковала представительница прессы, обрушив на сурового командира «Бурана» все свое женское обаяние.
– Взаимно, мисс.
– Мистер Зимин, я крайне нуждаюсь в вашей помощи!
– Гхм, – прочистил от неожиданности горло приватир. – Все, что в человеческих силах, мисс Ли!
– Убедите вашего воспитанника дать мне интервью!
«А ты настырная!» – с легкой досадой подумал Март и бросил испытующий взгляд на опекуна. Но тот, как оказалось, не видел большой беды в общении с прессой.
– Не вижу препятствий, прекрасная леди! – проявил галантность капитан.
– Ладно, – вынужден был согласиться Колычев, – полчаса у меня есть.
– Всего полчаса? – мило прикусила губку Аннабель.
– Он шутит, – выразительно посмотрел на воспитанника Зимин. – До завтрашнего утра можешь быть абсолютно свободен!
– Есть, командир!
– Отлично! – захлопала в ладоши девушка. – Тогда мы немедленно отправимся в радиоцентр.
– Если угодно, я вас подвезу.
– Это было бы чудесно, но мне не хотелось бы вас затруднять.
– Ах, что это я, – спохватился Владимир Васильевич. – Старею! Совсем замшел на своем «Буране»! Возьмите мой автомобиль, а я доеду с братом.
– Ну что вы, сэр, – стрельнула глазами в его сторону Аннабель. – Вы вовсе не старый… и очень внимательный!
– Держи, – протянул он Марту связку ключей и, козырнув, поспешил оставить молодых людей наедине.
– Куда поедем? – осведомился Колычев, усадив свою спутницу.
– Какой большой автомобиль! – восхищенно пробормотала девушка, проведя пальчиком в замшевой перчатке по отделанной хромом приборной панели.
– Только не говори, что у тебя хуже, – усмехнулся молодой человек.
– Ах, Марти, – вздохнула мисс Ли. – Это здесь я звезда. А дома у меня был только маленький «остин».
– Не может быть!
– Еще как может. Я очень любила эту машину, но когда мне предложили работу здесь, я была вынуждена ее продать. И знаешь, она единственная, по кому я скучаю из прошлой жизни!
– Ты так и не сказала, куда мы едем? – переспросил Колычев, весьма скептически воспринявший этот приступ ностальгии.
– Знаешь что, – решительно заявила репортерша. – Ну его к черту, этот радиоцентр! Все равно прямого эфира нам не дадут. В лучшем случае два или три пятиминутных включения между музыкой. Брать интервью у участника подобной трагедии и одновременно крутить джаз – это как-то слишком!