Чтение онлайн

Как только я успокоилась и взяла себя в руки, Рю продолжил полет, специально пролетая медленнее над красивыми садами или небольшими фонтанами, чтобы я могла лучше разглядеть необычную архитектуру. Потом он облетел храм, немного рассказав о его истории, и вскоре мы двинулись в сторону его дома. Не знаю, что я ожидала там увидеть, но аскетизм и количество воды меня поразили.

Дом состоял из двух этажей с площадкой на крыше, куда мы и приземлились. Часть стен была из белого камня, часть из какого-то затемненного полимера, а часть из стекла, сквозь которое можно было разглядеть убранство дома, не менее простое, как само здание. Но конструкция не казалась тяжелой, наоборот, дом будто парил над землей, весь пронизанный светом. Около стеклянной стены находилась чаша с водой, составленная словно из разных чаш. Вода в ней имела разный цвет: от аквамарина до почти прозрачной, показывая на дне небольшого бассейна затейливый рисунок.

Увидев эту зону с водой я уже не могла сконцентрироваться на остальном — мне хотелось лишь одного — залезть туда с головой. Проплыть, ощутить плотность такой бесценной субстанции. Я не умела плавать, но почему-то мне верилось, что я смогу быстро научиться, ведь мы рождаемся из воды. Память предков не даст мне утонуть.

Или Рю.

Мы плавно приземлились. Мой Обскур помог мне выйти из машины, а потом, будто прочитав мысли, привел сразу к стеклянной стене, за которой виднелись бассейны. Свет красиво играл на воде, отражаясь волнистым рисунком на вертикальных поверхностях.

— Я принесу тебе плавательный костюм. Или ты хочешь окунуться обнаженной?

Я наконец-то оторвалась от созерцания воды. Обнаженной? Это было бы невероятно прекрасно, но… Голых тел я никогда не смущалась, да и астероидяне с детства воспитываются, как ресурс, а не как личность с гендерными признаками. Но сейчас я почувствовала какое-то смущение, щекоткой разошедшееся по спине. Раздеться перед Рю мне вдруг стало неловко и одновременно так порочно. Я видела, как он стал смотреть на меня — задумчиво, глубоко, жадно. Он старался быть безразличным, не мог. Как и я.

Мы оба угодили в ловушку, из которой можно было вылезти, только оставив кого-то внизу. Он дал слова, а я не попрошу его нарушить.

— Я бы хотела искупаться без одежды. Вряд ли я смогу где-то повторить такой опыт, — шутливо ответила на его вопрос, и он все понял. Понял, даже больше, чем я сказала.

— Я затемню стекла. — Он подошел к прозрачной стене и приложил ладонь. Черная тень медленно наползла на полимер, поглощая красивый вид двора. Когда он стал полностью темно-серым, я увидела отражение Рю. Его взгляд был прикован ко мне, он так смотрел на меня, что все внутри начинало гореть.

Мне нужно было срочно охладиться.

Я опустила взгляд и отодвинула створку, выйдя на свежий воздух к бассейнам. Закрыла ее и прислонилась спиной, задыхаясь, как при разгерметизации. Начала стягивать плотный комбинезон, чувствуя кожей теплый ветерок, а потом не думая ни о чем, спустилась по лестнице в мягкую, ласковую субстанцию. Я ступала по гладкому дну, пока не скрылась с головой, и открыла глаза.

Миллион эмоций хлынуло на меня лучами двойной звезды, цветом красивой мозаики, переливами аквамарина.

В то мгновение я поняла, что теперь я могу плыть только вперед. Плыть, не оглядываясь назад.

Вода мягко окутывала меня, дарила невероятный покой от единения с ней. Сложно вообразить, какой шок сейчас испытывала кожа и рецепторы, и какое счастье я сейчас испытывала. Сквозь воду виднелся край чаши, невысокая флора с ярко-зелеными листочками и огромными бутонами цветов, красивая мозаичная стена и чьи-то ноги…

Я вынырнула из воды, закрыв грудь руками и уставилась на нарушителя моего уединения.

Это, конечно, был не Рю. Даже не Фай. Какой-то мальчишка с наглой улыбкой.

— А ты красивая, — весело крикнул мне парнишка.

— А ты наглый и мелкий, — крикнула в ответ, все больше раздражаясь, что мальчишка даже не собирается отворачиваться.

Он заразительно засмеялся и прыгнул в воду, подняв огромные брызги. Я испуганно метнулась к выходу из чаши, чтобы успеть вылезти из воды и прикрыться своим комбинезоном. Возможно, мальчишка привык так себя вести со взрослыми, да и вряд ли он понимал, что я не умею плавать, а утонуть мне в первый же день совсем не хотелось. Я быстро выскочила на террасу и принялась судорожно натягивать на мокрое тело комбинезон. Ткань не слушалась, застревая там, где мне нужно было быстрее прикрыться. Но как только я сумела натянуть низ, большая дверь отъехала и к бассейну вышла Иннику.

— О! — многозначительно проговорила акварианка.

Я ничего не могла ответить, потому что боролась с дурацкой тканью. Хотелось надавать этому бестактному мальчишке по шее за то, что влез в мое уединение без спроса. Да, злость моя была не менее детской и глупой, но если бы он не видел настоящую воду столько, сколько я, то, думаю, зол он был бы не меньше.

— Тау! Тау! — кричал он из воды, весело плескаясь. — Она красивая! — при этом делая какой-то странный знак пальцами: соединяя большие пальцы, а остальные сжимая в кулаки.

— Прости, мой брат очень своевольный. Он испугал тебя? — Иннику виновато посмотрела на меня. — Пока Рю и Фая не было на планете, я по законам Домов следила за водой в этом секторе, а Кай почти переселился сюда. Говорит, здесь вода ему нравится больше. Он очень ждал вашего прилета.

— Он твой брат? — Не знаю, почему я так удивилась, но по какой-то причине я совершенно исключила для себя то, что здесь есть дети. Как и у нас: семьи, старики, одинокие. Акварианцы были совершенно такой же биологической формой, как и земляне.

— Сводный. По матери. — Иннику поманила к себе Кая, который наконец-то вылез из воды, но не спешил к сестре. Я наблюдала за тем, как мальчишка продолжает возиться около воды, а потом перевела взгляд на открытые створки дверей. В их проеме я увидела Рю, он кивнул мне, но не вышел к нам, видимо, не желая нарушать нашу женскую компанию.

Иннику продолжила тише:

— Ты пока не знаешь об этом, но у нас женщины могут без последствий покидать семью и оставлять ребенка отцу.

Как замолчала Иннику, я сразу поняла, что тема для нее глубоко-тяжелая. Видимо, она и была тем оставленным ребенком отцу. И отец точно любит ее, раз она является главой Дома.