Плач Дантов
Шрифт:
Он почти смеялся, высокий бородатый мужчина.
– Хочу!
Не поняла себя.
– Хочу!
Словно крылья выросли.
– Хочу!
Он засмеялся, – с чувством, счастливо.
– Ну, иди…
Протянул руку.
– Как когда-то пел Дэвид Боуи «Надевай свои красные туфли и танцуй блюз»…
– Кто?
– Да не важно!
Элен встала, вышла из-за стола, и подошла к нему.
Взяла руку. Руку тёплую, руку близкую.
– Хочешь, спою?
Джеррелл смеялся.
– Спой!
– Старая, добрая песня:
Я печален и одинок, как никто другой,
Я печален и одинок, у-у, как никто другой.
Мучения не оставляют меня,
Любимая ушла от меня.
Когда он поёт, его голос становится глуховато-нежным.
– Кто пел эту песню?
– Литтл Уолтер.
– Понятно. – От чего-то смутилась Элен.
– Что тебе «понятно»? – Вновь рассмеялся он.
– А ну, что пел Литтл Уолтер.
– Я любил блюз!
Они начали танцевать, почти неловко – неуклюже.
– Почему?
Она не поднимала голову, смотрела на пуговицу на рубашке, в которую он был одет – рубашка из денима, видавшая виды.
– Я был неудачником – без денег и связей, с малолетним братом на руках!
Элен удивилась, посмотрела-таки на Джеррелла.
– В том мире не иметь денег и связей, означало быть неудачником?
– Да.
– Какой странный мир!
– Сейчас всё проще – и, сложнее. – Согласился он, посмотрев на неё.
Пожал широченными плечами.
– Не знаю, какой мир я бы выбрал сейчас – если бы был выбор!
Задумался.
– Наверное, всё-таки, тот.
– В том мире не было бы меня! – Не подумав, сказала Элен.
– Да, – Кивнул Джеррелл. – Но…
– В том мире твоя дочь была бы жива!
Она остановилась, сделала шаг назад.
– Прости!
– За что? – Удивился он.
– За то, что я, есть, а её – нет!
Глава 4
Она ушла, – разнервничалась – убежала.
И он не стал останавливать, растерялся.
Ушла к Дане, вся – в смятении.
– Ну… – Чуть насмешливо протянула красивая черноглазая девушка. – Что не так?
– С кем?
– С тобой!
Заглянула в глаза, очарованно, с нежностью.
– Каждый раз, когда тебе страшно, ты прибегаешь ко мне!
– Мне страшно? – Не поняла Элен.
– Угу. Сама не своя…
Она смутилась, Элен.
Посмотрела на Дину, спросила:
– Где Джон?
– Скоро придёт…
Чёрные глаза вспыхнули лукавым блеском.
– Нравится мой парень?
– Нет… – Порозовела Элен. – Нет!
– Да я шучу.
Дана подняла руку, и погладила Элен по щеке, напомнив Элен этим прикосновением, о прикосновении Джеррелла.
Элен захотелось вернуться к Джерреллу, – в их дом… домой! Она поняла, что ревнует – Джеррелла к мертвецу, к безгрешному мертвецу – к ангелу!
– Это всегда так? – Смятенно подумала Элен. – Когда любишь, хочешь быть единственной!
Пришёл Джон, – в небольшой дом Даны, пришёл Джон, и казалось, занял собой всё пространство дома. Рослый, сухощавый, с такими же, как у Даны, чёрными волосами.
– Привет, Элен! – Сказал, сдержано, почти неприветливо.
– Привет!
Элен почувствовала себя лишней, и тут – лишней, – все у кого-то есть, только у неё по-настоящему нет никого!
– Или я жалею себя?! – Подумала она.
– Хочешь есть? – Спросила Дана, Джона.
– Конечно! – Кивнул он.
И подойдя к Дане, обнял её, прижался к ней.
– Я соскучился!
– И я! – Выдохнула она.
Семья, – они выглядели семьёй.
– Что значит быть семьёй? – Подумала Элен, наблюдая за ними. – Ты и кто-то ещё…
Было ли у неё когда-нибудь это чувство, чувство семьи? Было – с Джерреллом!
Она вновь почувствовала замешательство: в нём она сразу ощутила семью – чувство защиты, семья – это защита…
– А ты? – Спросила Дана, обращаясь к Элен. – Хочешь есть?
– Я ела. – Потеряно, сказала Элен.
Джон внимательно посмотрел на неё.
– Поешь ещё раз – с нами!
Он не просил, он ждал от неё, что она сделает, как он говорит – ещё один сильный мужчина, защитник!
Элен посмотрела на Дину.
– Хорошо.
– Пойдём!
Дана протянула к ней руку, взяла за руку.
– У тебя холодная рука… Ты замёрзла?
– Холодная? – Удивилась Элен. – Я и не заметила…
– Я дам тебе свитер…
– Дай ей мой свитер – он очень тёплый, она быстро согреется!
Джон командовал, – мягко командовал, как хозяин дома.
– Да. – Сказала ему, Дана.
Они, пришли в кухню, Элен и Дана. Элен осматривалась – фотографии в рамках, постер фильма «Закат волка», о котором ей рассказывал Джеррелл.
Она осознала, странно – только сейчас, что Джеррелл это и есть её жизнь! Всё, что она знает о рухнувшем мире, она знает от него!
Элен села на диван, как чужая, потеряно.
Кухня была большой, большой дом, большая кухня и комнаты…
Старый дом, тёплый, как хороший друг.
– Я принесу свитер!.. – Сказала Дана, и вышла из кухни.
Элен посмотрела ей вслед.
– Хорошо.
Пришёл Джон, – переоделся, пришёл.
– Как вы с Джерреллом?
Сел за стол, на стул, деревянный, грубоватый, с высокой спинкой.