Чтение онлайн

Мачты и парусов не было на ладье, да и нет от них толку на черной воде болота.

Мелкие буруны кипели у ватерлинии, и казалось, что корабль плывет по неспокойной реке, но на самом деле его вела торфяная магия.

Десять темных щитов переливались на обоих бортах — боевые трофеи, и на каждом корчился герб клана или народа, побежденного воинами Ворона.

— Мы на месте.

Эрлан-бей, вождь клана Топей Отчаяния, стоял на верхней палубе корабля.

На нем был парадный доспех из панциря болотного стегоцефала.

Броню не сдирают с трупа мертвого чудовища, напротив, мясо и кости тщательно вырезают, чтобы стальная шкура осталась неповрежденной.

После ее относят умелому кузнецу, и тот, положившись на помощь болотных духов, делает латы. Они гораздо прочнее, чем волшебное серебро, и почти не уступают в крепости адамантовым, но много легче и не стесняют движений.

Магия убитой твари защищает нового хозяина от вражеских заклинаний и на ходу помогает залечивать глубокие раны, а также снимает яд и проклятия.

Очень сложно убить болотного стегоцефала, а если повредить панцирь, он становится почти бесполезным. Только вожди клана Небесных Воронов могут носить такие доспехи и никогда не продают их другим народам.

Время от времени находятся смельчаки, которые отправляются на болота в надежде раздобыть панцирь; там эти бедняги и погибают.

Если им и удастся обмануть орочьи патрули, спастись от болотных чудищ и не утонуть в предательской трясине Отчаяния, встречу с колдовским ящером еще не удалось пережить никому из чужаков-браконьеров.

— Рассредоточиться, — коротко велел Эрлан-бей.

С ним был отряд из торфяных орков, две дюжины. Все носили доспехи из панциря двурогих стегоцефалов.

Ярко-красные, эти доспехи могут менять свой цвет и полностью сливаться с болотом, но их броня совсем не такая крепкая, как шкура болотных ящеров, и не имеет колдовских свойств.

— Будьте начеку, — приказал вождь.

— Видишь, видишь? — тихо хрюкотала лягушка, склонившись к самому уху круля Станислава. — Я же говорила, орки что-то замыслили! Эрлан-бей уже давно к чему-то готовится. Удвоил патрули, а шаманы каждый день чертят руны с Дозорной башни.

Слайм недобро взглянул на нее.

— Что ж ты, дура зеленая, раньше мне не сказала? А если увидят нас? Чиниться не будут, присыплют солью обоих. Тебе-то что! Одной тупоглавью меньше, Вселенная не заметит. А я — поставленный Господом король слаймов и владыка Верхних коллекторов. Неможно мне погибать.

— Занять позиции! — отрывисто приказывал Эрлан-бей: — Арбалеты к бою. Открывать огонь по моему кивку.

Его рука сомкнулась на рукояти тяжелого шестопера.

— Я не доверяю скарбникам. От них любой гадости можно ждать.

— Слушай, слушай! — говорила лягушка. — Здесь Эрлан-бей, вождь клана Небесных Воронов, будет держать совет с Друэг-Нагом, королем скарбников! И никто не знает об их союзе, только ты…

— Тебе что, комары все мозги повыпили? — досадливо спросил круль. — Каждая кикимора в курсе, что орки сбирают в топях слитки заговоренного золота и продают подгорным. Да не просто так, а в обход Верховного Стойбища и Саардак-хана; тоже мне, секрет пораскрыла, скудоумка!

— А ты сплеча не руби. — Лягушка обиделась. — Думаешь, Друэг-Наг, повелитель скарбников, просто так сюда прилетит, чтобы купить десяток золотых слитков? Для этого есть советники и министры. Нетушки, ежели он сам заявился в Болота Отчаяния, значит, о чем-то важном говорить будут!

— И верно, — задумался круль Станислав. — А только о чем, не ведаешь?

— Ква, — лягушка смутилась. — Да что тебе знать заранее?! Сам сейчас все услышишь.

Слайм поглубже ушел в болотную воду.

— Эй, — заволновалась прыгучая. — А как же моя награда? Ты сказал, что две сотни золотых заплатишь любому, кто важные вести тебе на ухо нашепчет.

— Ах это! — спохватился круль. — Да всенепременно, никто не сможет сказать, что король Станислав не держит данного слова!

С этими словами он выбросил огромный, клейкий язык, схватил лягушку да и сожрал ее.

— Ишь, чего напридумала, — забормотал слайм. — Две сотни золотых! И кому? Жабе мокрой! Главное — дать честное слово, а если все обещания выполнять, так по миру и пойдешь.

Торфяные орки прыгали с ладьи в воду.

Ни холод, ни предательская трясина вовсе их не страшили; воины клана Ворона были у себя дома, где каждая кочка, каждый росток багульника были знакомы им.

— Помните, — негромко наставлял вождь, — карета скарбников из черного адамантия. Если дойдет до крови, бейте магией воздуха; не стреляйте в бока, их невозможно пробить. Цельте по швам, тогда экипаж развалится.

Вослед за ратниками в алых хамелеоновых панцирях с ладьи спустились шаманы.

Посохи их не были ровными, как принято у обычных магов, каждый кривился сухими сучьями и был скорее похож на когтистую лапу.

— Никого не щадить, — напутстовал Эрлан-бей. — Если скарбники замыслят предательство, мы убьем их всех.

Высоко в небе появился летающий экипаж.

Он имел форму ровного полушара и отливал на солнце бликами серебра.

Святой заговоренный металл четырьмя слоями покрывал карету повелителя скарбников, а под ним был заклятый адамантий.

— Приготовиться! — скомандовал Эрлан-бей.

Медленно, с тихим тревожным рокотом спускался к Топям летающий экипаж. Его борта ощерились пушками; сверху кружила астральная саламандра — руна-охранитель подгорного короля.

Вскипела вода в болоте, склонились под вихрем заросли камыша.

Карета замерла в нескольких футах над топями.

С лязгом и скрежетом купол стал расходиться в стороны, и король Друэг-Наг явился пред бурыми орками.