Чтение онлайн

От этого места веяло чем-то враждебным и чужим.

Конструкции были закреплены максимально стационарно — трудно было представить, как они могли бы двигаться, но ему показалось, что они готовы в любой момент ожить и сдавить всех со страшной силой, превращая в кровавую кашицу.

От стен несло мощью — чужой и непоколебимой.

Уж не забрались ли они впрямь внутрь какого-то чудовища, приняв за дверь его пасть?

Вот это, полукругом выпирающее из стены рубчатое образование из окаменевшего пластика, — не подозрительно ли оно похоже на трахею?

А эта неровная труба — тонкая кишка или кровеносный сосуд?

Вода под ногами… кто сказал, что это вода, а не слюна? Или желудочный сок?..

Что они, ничтожные людишки, могут сделать чудовищу таких размеров? Оно слишком велико, чтобы обращать на них внимание; оно не станет их убивать, просто переварит — и все…

— Что это такое? — прозвучал сдавленный внезапным открытием еще один голос.

Десантники продолжали входить в пасть загадочного монстра.

— Не знаю… — так же тихо ответил Фрост.

Помещение не вызвало у него столько зловещих ассоциаций, как у Хадсона, но все равно потрясло своей непривычностью.

Чем оно могло быть? Ни один нормальный конструктор не станет делать внутри помещения полукруглых стен. В крайнем случае, их можно встретить в свободном тоннеле, но на тоннель, хотя бы благодаря ответвлениям и расширениям, это не было похоже. Кроме того, ни для одного нормального сконструированного человеком помещения не была характерна такая неровность всего: расстояния между ребрами «трахеи» были неодинаковыми, боковые стены бугрились, порой совсем нелогично, и во всем этом невозможно было отыскать хоть одну безоговорочно прямую линию. Так кое-как могла быть сооружена доисторическая пещера, но никак не осмысленное произведение рук современного человека, вооруженного массой техники и штампующего детали любой конструкции заводским методом.

Но не это беспокоило взвод больше всего.

Почти каждый ощущал, что здесь их поджидает что-то новое и вдвойне опасное по сравнению со всем, с чем они встречались раньше.

— Дьявольщина какая-то! Что за проклятое место?! — негромко сказала Вера. Дрейк бросил быстрый взгляд в ее сторону.

«Неужели к финишу окажется, что я был в одной команде с тремя бабами, две из которых — весьма ничего, и ни с одной не трахнулся?! Прискорбный факт».

— Черт… — тихо, словно боясь разбудить помещение-монстра, выдавил Фрост.

— Ну и местечко!

«Вот был рядом с двумя бабами…» — назойливо вертелось в голове у Дрейка. Мысль об этом так его раздражала, что он не слишком переживал по поводу того, что глагол «быть» принял у него форму прошедшего времени.

«Я отсюда не вернусь», — вдруг безо всякого страха, как об очевидном факте подумала Вера. На протяжении многих лет ее семья была связана с десантными войсками; каждый ее член, начиная с прадеда, отдавал военной службе хоть несколько лет, не говоря уже о тех, кто отдал жизнь. Теперь она чувствовала, что наступил и ее черед. Конечно, ее задел легкий холодок страха, но все равно молодая женщина осталась спокойной. Раз так, — значит, так…

«Сейчас случится что-то нехорошее», — глядя на мониторы, сказал себе лейтенант Горман.

Действительно, хотя еще ничего не происходило, чувствовалось, как над десантниками сгущались невидимые тучи.

Тревога жгла Гормана изнутри все сильнее.

Вот сейчас сбудутся наихудшие его ожидания…

— Продвигайтесь внутрь, — приказал он. В горле першило.

Ему никто не ответил. Только звук шагов, неторопливых и глуховатых, доносился с мониторов.

Десантники продвигались вперед и без его команд.

Рипли затаила дыхание. В каком месте этого инопланетного корабля нашли тогда яйца? Первый раз был поворот налево, потом… Нет, все это неважно. Скорее всего, это был совершенно другой вход. В чужом корабле что-то изменилось. Может, это была просто другая его часть, но может… Нет, это казалось уже совершенно невероятным.

Рипли с тревогой покосилась на девочку. Ньют сосредоточенно молчала, глядя на мониторы. Похоже, корабль Чужих не вызывал у нее никаких ассоциаций.

Под ногами десантников плескалась вода.

Они продолжали идти.

«Итак, где я могу допустить ошибку? Что я могу пропустить, не предусмотреть? — решал трудную задачу Горман. — Пока все идет согласно инструкции, но… что они могли напортачить? Так, они чуть не застрелили девочку, нервы у них напряжены до предела, а значит… Там ведь есть люди!»

— Без нужды не стрелять, — произнес в микрофон Горман. Целиться как следует. Помните, что здесь могут быть живые люди…

«Этот командир — настоящий идиот, — окончательно убедился Берт. — Разве это и так не ясно, что они живы? Датчики работают — значит, их сердца еще бьются… Впрочем, все это неважно. Главное — придумать, как к нему подлезть и заставить сделать то, что нужно мне».

Рипли пропустила слова лейтенанта мимо ушей. У нее зародилось смутное подозрение, что есть еще одна опасность, пока неясная, но не относящаяся к Чужим. Пусть это простое предчувствие, но Рипли знала, когда ему можно доверять.

Если Чужие подготовили ловушку, то в чем ее суть? Почему они выбрали именно это место?

Интуиция подсказала Рипли, что опасность исходит от самого процессорного комплекса.

Большего, сколько бы она ни напрягалась, понять ей не удавалось.

Десантники шли. Коридор инопланетного корабля расширился, из перекрестка вело сразу несколько выходов. Изменился и свет. Откуда он шел, было непонятно, и именно это заставило Фроста, оказавшегося впереди, остановиться перед выходом на пустое пространство. Все ответвления коридора были пусты. Как бы странно ни выглядело то, что можно было условно назвать оборудованием этого корабля, в нем было одно неоспоримое преимущество: за него сложно было спрятаться так, чтобы опытный взгляд не заметил засады.

— Спокойнее! — рука Эйпона легла Фросту на плечо. — Фрост, пройди вперед…

Фрост мотнул головой.

Теперь уже остановились почти все.

Многим чудилось, что из пустых коридоров идет воздух, подгоняемый чужим дыханием.

Коридоры дышали враждебностью и злобой

— О Господи! — тихо простонал Хадсон и, чтобы не видеть всего этого, уставился снова на табло схемы.

Колонисты должны были быть в нескольких метрах от них — в той стороне, куда вел самый широкий из коридоров.