Планета отчаянья
Шрифт:
«О нет!» — чуть не закричала Рипли, когда коричневато-желтое тело чудовища взметнулось в воздух и тяжело обрушилось на крышу.
«Вот он, вход», — вблизи Кривой рассмотрел прозрачную пленку, которая оказалась хрупкой и бьющейся: под ударом его лапы боковое стекло разлетелось.
«Только не это!»
В выбитое окошко сунулась уродливая зубастая морда.
Хигс поднял обрез и с ужасом понял, что если он выстрелит, кислота зальет пульт управления — если вообще при этом не разлетится вся передняя часть транспортера.
«Нет!»
Рука Рипли сама легла на тормоз.
Транспортер пролетел юзом несколько метров и встал как вкопанный. Инерционный толчок сбросил Кривого наземь.
«Теперь — вперед!» — приказала себе Рипли.
Монстр поднимался. Без прежней ловкости, — удар о землю все же оглушил его, — но достаточно бодро.
«Ну что ж, я, похоже, все-таки попался», — понял Кривой, глядя в упор в красивые глаза чужого существа.
Он ждал его с определенным фатализмом.
Носитель имел право на выполнение своей задачи. Лишь в последнюю секунду до него вдруг дошло, что это неправильное существо вовсе не собирается выполнять свои природные обязанности, — оно летит на него, чтобы просто убить.
Кривой встрепенулся, но было уже поздно: колеса подмяли его тело под себя, размазывая плоть по поверхности дороги.
«Так его, дерьмо такое!» — возликовала Вески.
«Что ж, еще одним стало меньше», — запомнила Рипли.
«Странно, мне показалось, что этот был несколько другой формы», — подумал Бишоп.
Попытка провернуть зрительную память назад ничего не дала: из-за скорости картинка отпечаталась смазанно.
«Наверное, почудилось», — заключил робот.
— Внимание, приготовиться! — негромко предупредила Рипли. Перед ними снова была стена.
«Она тонкая, — сказала Рипли себе. — Она наверняка тонкая… Наверняка».
Она не ошиблась.
Удача снова поворачивалась к ним лицом.
И снова в усталых глазах людей, истощенных долгим напряжением и чуть живых после пережитого потрясения, загорелся огонек надежды.
Все самое страшное уже позади.
Они выбрались из враждебного подземелья. Они отбили невиданную атаку. Они смогли сбежать.
Даже стены пропускали их вперед, к окончательному спасению.
Все еще было впереди.
А пока судьба дает передышку, грех этим не воспользоваться!
21
После причудливых конструкций городских зданий, четких линий и правильных геометрических форм загородная долина смотрелась весьма странно. Можно было подумать, что транспортер выехал в другой мир, где торчали скалы и мягко закруглялось к горизонту небо и где было спокойно и тихо. Место, где можно было быть собой…
Все они действительно становились собой: после нервного напряжения и постоянной готовности защищаться возникшие вновь чувства были словно ярче обычных, как краски после дождя. И пусть еще мышцы рефлекторно напрягались при каждом резком движении соседа, пусть руки были готовы схватить оружие, а ноги — умчать подальше, главная гроза отшумела, и после нее дышалось легко, несмотря на душную гарь.
Быстрая езда помогла сбить пламя, но в обшивке еще что-то тлело, внешняя же двуствольная пушка и вовсе слетела во время очередного столкновения со стеной, и ее гнездо тоже дымилось.
Все это были мелочи; главное — они за городом, вдали от Чужих, и с проклятой планетой вскоре можно будет распрощаться.
Даже Берт поддался общему настроению и радовался вместе со всеми, что опасность миновала. Сложно соучаствовать в сражении и не проникнуться его духом. Так что «наконец-то выбрались» звучало у него наравне с мыслями о том, как же протащить Чужого на борт корабля, а затем на Землю. Впрочем, для этого у него был в запасе один почти беспроигрышный вариант. В конце концов, роботов программировали в их Компании…
— Все в порядке, — ободряюще сказал он Рипли. — Мы прорвались! Вы отлично действовали, Рипли, вам за это медаль нужно дать!
Про себя Рипли поморщилась: медаль — от Компании? Ну уж нет! Но демонстрировать свое отношение и портить настроение другим не стала. Она просто нажала на тормоз, и транспортер остановился.
Хадсон вздохнул. До него медленнее других доходило, что все позади.
В душе Вески, к тому времени успевшей пройти через горе и пережить радость спасения, теперь проснулась новая злость. «Если бы начальство было хоть немного умнее… Да этот мерзавец лейтенант нас попросту подставил!»— незаметно для других кипятилась она.
Рипли встала с места и поискала глазами Ньют. Только сейчас она заметила, что девочка выскользнула из кресла и ехала всю дорогу, забившись в щель между скамейкой и ящиком для инструментов. Собственно, Головастик проделала этот маневр еще раньше, пока Горман старался вытащить Рипли из-за руля, и просидела там всю дорогу.
— Ну, как ты? — с трудом сдерживая нахлынувшую вдруг нежность, спросила Рипли, поймав себя на том, что хотела добавить к этому вопросу еще и обращение — «дочка».
На запачканном (когда она только успела?!) личике Ньют появилась светлая улыбка.
— О'кей! — девочка подняла в подтверждение большой палец.
— Действительно! — подтвердила Рипли.
Ньют улыбалась — могло ли что-либо служить более действенным доказательством этих слов?
Ребекка Джордан, маленькая девочка, победившая своей ловкостью и изворотливостью чудовищ, перед которыми спасовали взрослые опытные люди, потерявшая всех близких и приобретшая самый мощный, хотя и страшный опыт борьбы за свою жизнь, — она снова могла улыбаться, и эта победа, пожалуй, стоила всех остальных.
— А здорово все же… — встряхнул головой Хигс.
«Ну, теперь я выскажу этому мерзавцу все, что о нем думаю!» — поискала лейтенанта взглядом Вески.
— Дерьмо! — вырвалось у нее.
— Успокойтесь, успокойтесь, успокойтесь, — потирая руки, по салону транспортера прошелся Берт.
— Ну, слава Богу! — непонятно кому улыбнулся Хигс. По его лицу еще тек не успевший испариться холодный пот. Голове под каской было жарко, он поправил ее и снова улыбнулся. Руку, правда, пекло, но это — мелоч и…