Чтение онлайн

— С животными играешь?

Пытаясь отдышаться и втягивая сквозь зубы воздух, он увидел стоявшую в дверях Моргану. Заметив хозяйку, Луна хлестнула Пэна по морде хвостом, забралась на подушку, развернулась, уселась и стала вылизывать лапы. Семьдесят собачьих фунтов намертво пригвоздили ноги Нэша.

— Видно, мои любимцы тебя обожают.

— Угу. Одна счастливая семейка.

Она направилась к кровати с дымящейся кружкой в руке, успев надеть красный халатик с бисером и вышивкой на плечах, с крошечными кнопками спереди до подола, который заканчивается в нескольких дюймах над сексуальными коленками.

Расстегивать по одной или сразу рвануть? В нос ударил запах, почти столь же экзотический и соблазнительный, как ее духи.

— Кофе?

Моргана села на краешек кровати, принюхалась:

— Кажется, да.

Нэш с ухмылкой дотронулся до затейливо сплетенной косы:

— Очень мило с твоей стороны.

В глазах мелькнуло удивление.

— Что? По-твоему, я сварила кофе, налила кружку и подала в постель за твою неимоверную привлекательность?

Должным образом устыдившись, он бросил на кружку долгий томительный взгляд.

— М-м-м…

— На этот раз случайно угадал, — перебила она.

Нэш взял протянутую кружку, отхлебнул. Лучше не найти к западу от Миссисипи, хотя он не слишком искушенный ценитель — как правило, сам заваривает бурду.

— Спасибо. — Пальцы поймали серьгу со сложным переплетением жемчуга и камней. — Значит, я привлекательный?

— Очень. — Больше того, молчаливо признала Моргана. Вокруг сонного лица спутанные, выгоревшие на солнце волосы, на удивление мускулистая грудь, умелые теплые губы — сплошное великолепие.

— Жалко уходить.

— Мне надо на работу.

— Сегодня? В национальный праздник?

— Что за праздник?

От нее пахнет ночью, цветами, расцветающими в звездном свете.

— День всеобщей любви [12] . Дань шестидесятым годам. Знаешь, как его отмечают?

— Воображаю. Очень изобретательно. Только у меня магазин.

— Непатриотично с твоей стороны. Я шокирован.

— Пей кофе. Завтрак на кухне.

— Подними меня. — Он схватил ее за руку, которую она не успела отдернуть.

— Иди, спи на здоровье, больше меня не задерживай.

Скосив на нее глаза, он принялся целовать ее пальцы.

— А я бы надолго тебя задержал.

Колени ослабли.

— Позже будет возможность.

— Поужинаем?

— Поужинаем. — Кровь загудела, и она не смогла вырвать руку.

— Может, что-нибудь купить, принести?

— Может быть.

— В полвосьмого?

— Годится. Выпусти Пэна, ладно?

— Конечно. И еще, Моргана…

— Нэш, я действительно не могу…

— Не волнуйся. — Приятно, что она волнуется. — Я тебя не задержу. — Слишком заманчиво думать о том, что будет через несколько часов. — Просто хочу сказать, что оставил кое-что вчера вечером на парадной лестнице. Надеюсь, найдешь время прочесть.

— Сценарий? Закончил?

— Практически да. Хочу знать твое мнение.

— Тогда постараюсь. До встречи.

— До вечера. — Он улегся с остывавшим кофе и внезапно выругался.

Моргана оглянулась с порога:

— В чем дело?

— Я поставил машину прямо за твоей. Дай какие-нибудь штаны.

— Да что ты в самом деле! — рассмеялась она и ушла в сопровождении Луны.

— М-да — кивнул Нэш дремавшему Пэну. — Наверняка сама справится.

Снова сел, приготовившись пить кофе в одиночестве. Прихлебывая, впервые заинтересовался, что окружает Моргану в ее самых приватных покоях.

Обстановка, разумеется, театральная. Ей повсюду сопутствует театральность. Спальня оформлена в смелых цветах драгоценных камней. Бирюзовые стены, изумрудное покрывало, которое они сбросили ночью, размытые оттенки тех же красок в разлетающихся занавесках на окнах. Под одним окном мягкий диван с сапфировой обивкой, заваленный пухлыми подушками гранатового, аметистового и янтарного цвета. Над ним изящная лампа с круглым колпаком, лиловым, как раннее утро. Сама кровать потрясающая — море смятых простыней между массивным резным изголовьем и изножьем.

После пары дружеских толчков лежавший на ногах Пэн послушно перебрался на середину постели и засопел. Заинтригованный, голый Нэш побрел по комнате с кружкой в руке.

На ночном столике стоит полированный серебряный дракон, задрав голову и взмахнув хвостом. Фитиль в открытой пасти извещает, что он дышит огнем. Очаровательный туалетный столик с зеркалом и мягким стулом — чисто женская финтифлюшка. Легко представить, как Моргана сидит за ним с инкрустированным камнями гребнем, расчесывает волосы, протирает лосьонами из разноцветных стеклянных бутылочек и смазывает кремом лицо, щурясь на солнце.

Не удержавшись, он схватил флакончик, вытащил длинную хрустальную пробку, понюхал. Мгновенно почуял ее присутствие, почти увидел воочию. Вот в чем сила женской магии.

Черт побери, не хочется ждать целый день. Даже часа не хочется.

Полегче, Керкленд, предупредил себя Нэш. Она ушла пять минут назад. Что за одержимость? Можно подумать, она тебя околдовала. Возникло секундное замешательство, от которого он отмахнулся, никаких чар. Он хорошо знает, что делает, полностью контролирует свои действия. Просто в спальне слишком многое напоминает о ней и внушает желание. Нахмурившись, провел пальцем по гладким разноцветным камням, горкой насыпанным в чашу. Одержимость тоже легко объяснить. Она необыкновенная женщина. После всего, что узнал и увидел, совершенно естественно думать о ней чаще, чем о ком-то другом. В конце концов, в сверхъестественной сфере он чувствует себя как дома. Моргана служит живым доказательством существования сверхъестественного в обычном мире.