Чтение онлайн

Не раз лишая заветной строки,

Он высказал истину чужими словами.

Если бы он болтал так и дальше,

Он бы вконец всех запутал.

Наставнику Яншаню приснилось, что он попал в царство Майтрейи и сидел там на третьем сиденье. Вдруг один святой объявил: "Сегодня проповедь прочтет тот, кто сидит на третьем сиденье". Яншань выхватил у святого посох и сказал: "Истина Махаяны вне четырех тезисов и сотни отрицаний. Внемлите же! Внемлите же!"

Комментарий Мумона. Была ли это проповедь или нет? Если откроешь рот — солжешь. Если промолчишь, тоже погубишь истину. А тот, кто не говорит и не молчит, будет еще в тысячу раз дальше от правды.

Белым днем, под голубым небом

Он во сне ведет речь о сне.

Чудовище из чудовищ,

Он хотел обмануть всех вокруг.

Фаянь, настоятель монастыря Цинлян, перед началом проповеди приказал поднять бамбуковый занавес у входа в зал. Два монаха принялись его сворачивать. Фаянь сказал, указав на монахов: "Один из них прав, другой ошибается".

Комментарий Мумона. Кто в постижении истины прав, а кто ошибается? Тот, кто может взглянуть на это одним глазом мудрости, поймет, где дал промах настоятель монастыря Цинлян. Но даже если это случится, не вздумайте искать меру правоты и заблуждения.

Когда поднят занавес, открывается чистое небо,

Но небеса не стараются угодить нашей школе.

Не спорь с небесами и не пытайся им подражать,

Скройся там, куда не проникает ни одно влияние.

Один монах спросил Наньцюаня: "Существует ли истина, которой никто прежде не учил?"

"Да, существует", — сказал Наньцюань.

"Что это за истина?" — вновь спросил монах.

Наньцюань ответил: "Не это сознание, не этот Будда, не эти вещи".

Комментарий Мумона. Отвечая на один вопрос, Наньцюань растратил все свое состояние. Какая непомерная расточительность!

Своей словоохотливостью Наньцюань все испортил.

В безмолвии скрывается подлинная заслуга.

Даже если высохнут все моря,

Слова не приведут к настоящему пониманию.

Когда Дэшань пришел за наставлениями к Лунтаню, они беседовали до глубокой ночи. Наконец Лунтань сказал: "Уже поздно. Что ты не уходишь?" Приподняв полог, Дэшань вы лянул наружу и увидел, что вокруг было темным-темно. "На улице совсем темно", — сказал он. Лунтань зажег для него свечу, но едва Дэшань взял свечу в руки, как Лунтань задул ее. В этот момент Дэшань постиг истину.

"Что же ты понял?" — спросил Лунтань.

"Отныне я не буду сомневаться в правдивости слов старых учителей", — сказал Дэшань.

На следующий день во время проповеди Лунтань сказал монахам: "Среди вас есть один человек. Его зубы — как кончики мечей, торчащие из дерева. Его рот — как чаша, наполненная кровью. Если ударить его палкой, он даже не оглянется. Когда-нибудь он дойдет до вершины горы и вознесет туда светоч моего учения".

В тот день Дэшань бросил в огонь свои толкования на сутры, сказав: "Как бы ни были глубоки записанные здесь мысли, перед истиной они точно кончик волоска перед небом. Объяснять с их помощью мир — все равно что добавлять каплю воды в океан". С этими словами Дэшань ушел из монастыря.

Комментарий Мумона. Когда Дэшань еще жил в своих родных местах, он не скрывал недовольства. Он отправился на юг с намерением опровергнуть учение южных монахов о передаче истины помимо наставлений. По дороге он встретил старую женщину, которая спросила его: "Что за сочинения ты несешь с собой?" — "Я несу свои толкования на Алмазную сутру", — ответил Дэшань. Женщина сказала: "Я слышала, что в этой сутре говорится: "Прошедшее сознание нельзя задержать. Будущее сознание нельзя задержать". Какое же сознание вы ищите?" Услыхав этот вопрос, Дэшань словно язык проглотил. Наконец он спросил у женщины, кто из наставников чань проповедует в ее округе. Женщина ответила, что в пяти ли от места их встречи живет учитель Лунтань. Вконец растерянный, позабыв и думать о своих прежних намерениях, Дэшань отправился к Лунтаню, а тот обласкал его, как увечного ребенка, который еще не знает о своем уродстве. А потом он словно вылил ушат грязной воды на разгоряченного юнца. Если хорошенько подумать, все это смахивает на балаган.

Лучше увидеть воочию, чем слышать о славе.

Но, раз увидев, вновь полагайся на слух.

Он задрал свой нос высоко,

Но глаза его были слепы.

Шестой патриарх услыхал, как спорили два монаха. Один монах говорил: "Движется флаг". Другой говорил: "Движется ветер". Шестой патриарх подошел и сказал: "Движется не флаг и не ветер, а сознание". Монахи согласились.

Комментарий Мумона. "Движется не ветер и не флаг, а сознание". Что хотел сказать патриарх? Вдумайтесь хорошенько, и вы поймете, что два монаха покупали железо, а хотели приобрести золото. Шестой патриарх не мог на это смотреть и сам устроил такую сделку.

Ветер, флаг и сознание движутся,

Повсюду — одно и то же.

Но стоит раскрыть рот -

И наши слова изменяют нам.