Победитель
Шрифт:
Наверняка этому полету будет посвящено ближайшее заседание совета безопасности.
На сей раз, слава богу, никто не станет отговаривать Осетра от полета за пределы росского пространства, как в предыдущие разы.
Но когда император объявит, что собирается отправиться на Вайсбург самым обычным гражданским транссистемником, начальники росских спецслужб мгновенно встанут на дыбы.
– Ваше императорское величество, – скажет граф Иван Мстиславович Охлябинин. – Как руководитель министерства имперской безопасности, я категорически возражаю. Риск, на мой взгляд, слишком велик. Какое бы боевое охранение ни сопровождало вас, нет полной гарантии, что гражданское судно удастся надежно защитить от нападения.
Придется выдержать бой.
И Осетр его выдержит.
– Полную гарантию дает только страховой полис, ваше сиятельство, – ответит он. – Вы не учитываете политическую составляющую организации визита. Мы должны продемонстрировать нашим врагам, что не собираемся прыгать по Галактике подобно трусливым зайцам. Мы сделались достаточно сильными, чтобы не бояться разбойников с большой дороги.
– Но, ваше величество… – Охлябинин в отчаянии замотает бритой головой.
– Никаких «но», граф! – веско скажет император. – Считайте предложенный мною вариант организации, так сказать, кортежа окончательным решением верховного главнокомандующего. У меня есть единственное пожелание – пусть в составе боевого охранения будут какой-нибудь фрегат и непременно эсминец «Осмотрительный». Остальное по вашему усмотрению.
Главный мибовец сядет с совершенно сокрушенным видом.
В принципе, его, конечно, можно понять.
Да, его императорское величество прежде очень часто мотался по Галактике и даже на вражескую территорию забирался. Но там предпринимались секретные вояжи, о которых знало всего несколько человек. И риск, разумеется, был. Но тут-то заранее раструбить всему миру о том, что росский император летит на обычном транссистемнике…
– Кстати, средства массовой информации – что наши, что зарубежные – совсем не обязательно оповещать об организационных принципах предстоящего визита, – скажет Осетр. – Однако фрагербритское руководство непременно должно увидеть нашу уверенность в собственных силах… Вы поймите, господа, мы по праву сильного принимаем на себя обязанности лидеров тройственного союза. А положение лидера не только дает права, но и кое к чему обязывает. Ведомые страны, чтобы безоговорочно поверить в силу лидера и устремиться за ним, должны испытывать уважение не только к этой самой силе, но и к его самоощущениям. Государство-лидер, демонстрирующий трусость, изначально подрывает в ведомых странах моральный дух, и мы ни в коем случае не можем опуститься до такого. Будущая наша общая победа зависит даже от таких вот, казалось бы, мелочей. Риск, разумеется, есть, но жить вообще рискованно. Можно споткнуться на дворцовой лестнице и свернуть себе шею. А то и вовсе на ровном месте… В общем, что бы вы ни говорили, а я настаиваю именно на такой организации полета к фрагербритцам.
Присутствующие на заседании члены совета будут еще некоторое время артачиться и приводить доводы против императорского решения.
Но, если совсем уж заартачатся, он их спросит:
– А что, господа министры и военачальники? Не волнуетесь ли вы за судьбу собственных шкур?
Это, разумеется, будет удар ниже пояса. Они будут жутко возмущены и обижены. Но этим аргументом Осетр их добьет, и им останется только согласиться с планами императора.
И они согласятся – никуда не денутся. Не в первый раз!
К тому же интуиция говорила Осетру, что полет от Нового Санкт-Петербурга до фрагербритской столицы пройдет без сучка без задоринки.
Глава седьмая
Но через пару дней по вере Остромира Первого в собственную интуицию был нанесен жестокий информационный удар: князь Петр Афанасьевич Белозеров доложил, что подведомственное ему имперское разведывательное управление никаких кораблей, похожих на уничтоженные эсминцем «Осмотрительный», в доступных резидентуре мирах не обнаружило.
По мнению главы ИРУ, добытые у фрагербритцев видеозаписи, скорее всего, зафиксировали боевые испытания нового оружия – наверняка мерканского, поскольку больше некому было его создать.
Своего рода – пробные стрельбы в полевых условиях…
А маскировка, заключавшаяся в изменении внешнего вида кораблей, вполне понятна – за геноцид на планете Марселус, которым сопровождались проведенные испытания, хозяевам этого оружия совершенно не хотелось отвечать перед международным законом. Начни фрагербритцы искать виновника – формально весь спрос с неведомых террористов…
Объяснение, разумеется, – так себе.
Зато не фантастика, как гипотеза о появлении Чужих, – это Осетр понимал.
В террористов всякий нормальный человек скорее поверит – сколько их появлялось в истории?..
И стоит высказать свою идею, тут же получишь по полной программе.
Чужие, ваше императорское величество, – прямое нарушение принципа Оккама. Не умножайте сущностей сверх меры!.. Готовиться надо к войне с реальным противником. О гипотетическом мы вообще ничего знать не можем.
Очень жаль, конечно, что после боя с «Осмотрительным» от разгромленного противника не осталось в пространстве ни болта, ни заклепки (можно было бы хоть материаловедческую экспертизу провести), но тут уж ничего не поделаешь: снявши голову, как известно, по волосам не плачут.
Спасибо капитану Яаскеляйнену хоть за то, что защиту от нового оружия нашел. А то бы – хана! Поплыли бы по космическим просторам боевые корабли с обгадившимися и сбрендившими экипажами…
Глава ИРУ ждал от императора указаний.
Можно, конечно, и дальше искать в Галактике то не знаю что. Расходовать казенные средства на проверку императорской интуиции.
Но это будет не по-государственному. Бюджет страны и так в гигантском напряжении. Милитаризация – вещь очень финансово– и ресурсоемкая.
И хотя бы по этой причине нужно как можно быстрее начинать неизбежную войну.
– Хорошо, Петр Афанасьевич, – сказал Осетр. – Будем считать вопрос закрытым. Защита у нас теперь как-никак имеется, и это уже немало… А что у нас с поисками принцессы фрагербритской.
Белозеров поморщился:
– Ничего, ваше величество. Мы работаем в хорошем непосредственном контакте с фрагербритцами. Получили от них все материалы проведенного расследования. Даже генокод принцессы. И ничего! Девушка как в воду канула. Ни малейших следов! – Он развел руками. – Странно как-то, чтобы так бесследно пропасть! Хотя, конечно, возможности наших разведчиков на чужих территориях не безграничны. Ясно одно: когда так хорошо заметены следы преступления, это стопроцентный намек на участие в нем государственной машины.