Побег из гарема
Шрифт:
– А сейчас? Что вы чувствуете теперь?
– Смирение, неуверенность, страх. Боюсь, что эта девочка не любит меня так, как я люблю ее.
Симиджин кивнул:
– Мне знакомо это чувство. Уверен, вы с ней придете к тому же выводу, что и я, когда познакомился с ее матерью.
– Какому же?
– Что жизнь бессмысленна без любви и обязательств.
– Весь свет завидует вашему счастью, господин Симиджин, потому что у вас есть Английская Роза.
Симиджин откинулся на спинку стула и оглядел Торна.
– Ау вас – дочь Английской Розы. Дорожите ею, будьте к ней добры. Не то я приеду и заберу ее, потому что она мне как родная дочь.
Бриттани проводила мать до комнаты, которую приготовили для них с Симиджином. Тепло обнявшись с ней и пожелав ей спокойной ночи, она пошла к себе. Но когда подошла к своей спальне, шаги ее замедлились.
Она открыла дверь и обнаружила, что лампа горит, постель разобрана, но с разочарованием увидела, что нет никаких признаков Торна.
Она разделась, задула лампу и юркнула в постель, надеясь, что Торн придет к ней. Так она лежала с час или больше, прислушиваясь к тому, как затихает дом. Но не было слышно знакомых шагов в коридоре, и муж все не появлялся.
Бриттани терзалась оставшимися без ответа вопросами. Где сейчас Вильгельмина, и насколько глубоки чувства Торна к мачехе?
В конце концов она поняла, что Торн к ней не придет. Не в состоянии уснуть, она встала и подошла к окну. Отведя занавеску в сторону, устремила взгляд на реку, похожую на извилистую серебристую ленту.
Вдруг Бриттани поняла, где найдет Торна. Наверняка в коттедже.
Она стянула рубашку через голову и бросила ее на стул. Быстро оделась, выскочила из комнаты и сбежала вниз по лестнице. Если Торн не пришел к ней, значит, она сама придет к нему!
Спеша по дорожке к коттеджу, она вдруг остановилась. А если Торн в коттедже с Вильгельминой? Она решительно зашагала дальше. Что ж, она должна узнать правду.
Приблизившись к коттеджу, она обнаружила, что внутри темно, и уже решила было повернуть к дому. Чего она так боится?
Бриттани замерла перед дверью. Нет, Торн не прикоснулся бы к этой женщине, своей мачехе. Он просил ее верить ему, и она так отчаянно старается верить.
Она взглянула вниз, на поросший травой пологий склон, где река Эшли встречается с землями Стоддардов. Сегодня она узнает, есть ли у них с Торном будущее.
Рука ее уже легла на дверную ручку, когда она увидела одинокого человека, стоящего у кромки воды. Это был Торн.
Глава 33
Луна висела в небе, как огромный огненный шар, освещая реку и придавая всему вокруг мягкое золотистое сияние.
Бриттани бесшумно подошла к Торну, который продолжал неподвижно стоять все на том же месте. Она не видела его лица, но ощущала в нем какое-то беспокойство и почувствовала себя незваным гостем, вторгшимся в его уединение.
Торн медленно повернулся к ней, и когда она увидела его искаженное мукой лицо, то чуть не вскрикнула.
– Уже поздно. Почему ты не спишь, Бриттани?
– Я… когда ты не пришел… я поняла, что найду тебя здесь.
? Да?
– Торн, – она придвинулась ближе к нему, – поговоришь со мной?
– Да, если хочешь, – отозвался он, не глядя на нее. – Ты хочешь знать о Вильгельмине?
– Ты говорил, что расскажешь мне о ней. Жалеешь, что она уехала?
Он повернулся к Бриттани.
– Бог мой, конечно же, нет! Как ты могла такое подумать? У тебя так мало веры в меня?
Потом он надолго замолчал, и они вместе наблюдали за неугомонным движением реки. Наконец Торн заговорил:
– Я был очень молод, когда впервые встретил Вильгельмину. Она была старше меня и искушеннее. Я думал, что люблю ее, но теперь знаю, что такое настоящая любовь… Ты как-то указала мне на разницу между желанием и любовью.
– Ты желал ее?
– Да, но это было давным-давно. Я быстро разочаровался в ней, когда обнаружил, что у нее были мужчины до меня. Может, я и не возражал бы так сильно, не прикидывайся она невинной. Когда я решил больше с ней не встречаться, она пообещала, что поквитается со мной… и ей это удалось.
Он посмотрел на луну, словно вспоминая.
– Мне и в голову не могло прийти, насколько сильна ее ненависть, пока год спустя она не приехала в Стоддард-Хилл в качестве жены отца. За тот год я напрочь позабыл о ней.
Он прерывисто вздохнул.
– Однажды ночью, когда отца не было дома, Вильгельмина пришла ко мне в комнату. Я пытался прогнать ее, но она твердо вознамерилась остаться.
Он помолчал, словно ему было тяжело продолжать. Наконец он заговорил, и голос его был не громче шепота:
– Когда она обняла меня, я стал ее отталкивать. Никто из нас не знал, что отец вернулся, и когда он увидел нас вместе, то сделал неправильный вывод. Вильгельмина повернула все так, будто это я соблазнил ее.
Бриттани расслышала гнев в голосе Торна.
– И что ты сделал?
– Прежде чем я успел все объяснить, отец велел мне покинуть Стоддард-Хилл. Я уехал. И не возвращался до сих пор. Об остальном можешь догадаться.
– Не могу поверить, что твой отец посчитал тебя способным на такое предательство.
– Почему нет, Бриттани? Ты же так думала.
Глаза ее наполнились слезами. Он внезапно схватил ее за плечи и заглянул ей в лицо.
– Послушай меня, Бриттани. Я женился на тебе, по существу, не добиваясь тебя, не ухаживая за тобой. Я привез тебя в свой дом, невольно подвергнув опасности. Я оставлял тебя одну, редко приходил в твою постель. Как я могу ждать, что ты знаешь о моих чувствах к тебе?
Она пыталась понять, что он хочет ей сказать.
– А почему ты старался избегать меня?