Чтение онлайн

— С вами, это с кем? — лениво спросил Буушган.

— Мы – армия Гайдэ Очищающей!

— Гайдэ? — демон сверкнул глазами. — И от кого же она очищает?

— От чего! От нелюдей, всех этих тварей, что притворяются людьми! От мелюзин, ланан и русалок, всего нечистого подводного народца, клариконов и прочих серых! От всех, кто смешивает воздух Ондигана со своим нечистым дыханием.

Тогунд шагнул к демону, призывно протянув руку. Глаза его горели фанатичным огнём. Видно было, что парень у Гайдэ не просто зарабатывает, а служит, от души, как пёс.

— Хм, — сказал Буушган, прищурившись. — И где эта ваша Гайдэ сейчас?

— Поклянись, что примкнёшь к нам… и пусть твоя… служанка поклянётся! Мы отведём тебя к Королеве, — взволнованный Тогунд подошёл ещё ближе к демону.

— К Королеве, говоришь? И она сильна, твоя Королева?

— О, — восторженно забормотал Тогнд. — Она – Источник! Магам обещано, что тот, кто прильнёт к этому Источнику, получит питание и поддержку до конца нашей долгой, почти бесконечной жизни. Потому что на Ондигане полно тварей, поглощая которых, Гайдэ кормит своих последователей, — долговязый захихикал. — Мы собираемся истребить не всех сразу, пусть размножаются… в особых местах, и служат высшим расам, добывая богатства Первых, золото и жемчуг.

— Источник, говоришь? — задумчиво пробормотал демон, шагая вплотную к полукровке и поднимая руку на уровень его лба. Палец Буушгана мягко ткнул Тогунда выше глаз. — Знаешь, я непременно навещу Гайдэ, раз она так сильна. Вот только не как слуга или последователь. И мне не совсем понятна её позиция в отношении… рас, более высоких, чем все ваши ондиганские – надо ведь её прояснить, эту позицию, согласен?

Тогунд раскрыл рот, закатил глаза и мягко опустился в снег.

Глава 21. В которой «наши» побеждают, а свято место пусто не бывает

Я очнулась от тряски, медленно открыла глаза. Надо мной плыло густо-белое снежное небо, в глазах мельтешили разноцветные и золотые искры. Было интересно наблюдать, как снежинки подлетают почти к самому лицу, а потом слетают маленькими вихрями на обочину, не достигая тракта. Магия. Я несколько минут бездумно наблюдала за кружением снежной пыли, а потом с трудом задалась вопросами: где я, что со мной и куда меня везут. Хорошо, что вопрос «кто я?» в списке отсутствовал.

Я скосила глаза влево и увидела деревянную решётку, а сквозь нее, как движется мимо полоска леса. Справа была та же картина. Чтобы посмотреть вперёд, мне пришлось приподняться. Заодно выяснила, что лежу в телеге, в тележонке, чуть побольше гроба, зарешёченной примерно на высоту метра. Сверху когда-то был полог, но сейчас он был снят и лежал рядом со мной, свёрнутый в рулон. Телега не двигалась самостоятельно, её тащили. Я разглядела впереди согбенные спины двух мужчин, Тогунда и парня с лисьей шапкой. Только парень был уже без шапки, шапка была на демоне, который, присвистывая, шёл позади телеги. Он развернул её оскаленной лисьей мордой вперёд, и даже в своём нынешнем состоянии я не смогла не отметить, что с этим головным убором образ Буушгана Мертворождённого приобрел некоторую логическую завершённость. И вообще, ему шло.

— Чернявая, — демон оскалился, поймав мой расфокусированный взгляд. — Ты не устаёшь поражать меня своей живучестью. Выжила после инкуба, открыла портал, приложила Марча.

— Что с ним, с Марчем? — хрипло спросила я.

— Жить будет. Но КАК, вот в чём вопрос. Ты, чернявая, нанесла непоправимый урон поголовью местных ловцов. Парень – овощ, пришлось отдать его местному Хозяину в слуги. Ний был доволен. Отольются кошке мышкины слёзы. Жестокая ты. Я вот полюбезнее с клиентами обращаюсь. Вот, посмотри на Тогунда. Почти целенький.

Мы говорили по-русски, но Тогунд, услышав своё имя, обернулся и окинул нас с демоном недружелюбным взглядом. Выглядел долговязый не очень, но, по крайней мере, слюни не пускал. Парень Без Лисьей Шапки тоже обернулся. Взгляд у него был откровенно тоскливый.

— Куда мы движемся? — спросила я, преодолевая тошноту.

— Сии господа любезно и почти добровольно согласились отвести нас к своей Королеве. Меня отвести, а тебя отвезти. Ты почти отдала душу этому своему… всевышнему. Инкуб тебя здорово выпил.

— Я никогда их не видела раньше, растерялась.

— И не должна была. Твой красавчик – ошибка природы, точнее, его появление здесь – побочный эффект от перехода. Инкуба затянуло вместе с тобой. Тут он стал видимым.

— Со мной? Из того мира? Там водятся инкубы?

— Инкубы водятся везде, где есть похоть. Я же говорил, Чернявая, твой мир… мир, в котором ты выросла, очень необычный. Там понемногу есть всё, что встречается в других мирах: нечисть, демоны, асуры, драконы, маги, мёртвые духи, но только в слабой, очень слабой форме. Инкубы и суккубы пьют людей, но их легко прогнать силой мысли, сопротивлением всему порочному, что они нашёптывают на ухо. Нечисть стала фольклором. Драконы ушли жить под воду, изредка пожёвывая туристов в горных озёрах, демоны читают речи с трибун и считают все деньги мира своими, мёртвые духи тихонько подселяются в души и разрушают сердца. Вы почти не видите искр, поэтому всем нам там вольготно. Но и мы не можем получить достаточно сил, поэтому слабы. Я – исключение, тоже.

— Теперь мне многое понятно, — сказала я, продолжая наблюдать за снежинками. — За что тебя выгнали из твоего мира? Ты говорил, что пошёл там против кого-то сильного и проиграл.

— Примерно так, Чернявая.

Демон теперь шёл вровень с телегой. Он смотрел на лес и в его жгучих чёрных глазах было что-то адское. Боль, ненависть? Что ещё?

— Я любил там… в моём мире, но моя женщина мне не принадлежала. Все мои действия были попыткой отнять её у другого, кто был выше меня по положению. Мой мир… в нём строгая иерархия. Низшие демоны не могут претендовать на то, что принадлежит высшим. А я бросил вызов. И проиграл. И выиграл. Потому что в вашем мире я был бестелесен и обладал способностью впитывать искры из Источника: кому радиация, а кому и жизнь. Напитавшись, я бы перешёл в свой мир и нашёл бы носителя, того, кто послабее… да любого! Я был очень силён в тот момент. Но судьба распорядилась иначе. Кэльрэдин… ну, ты знаешь.

— Гайдэ нужна тебе как Источник?

— Да. Но я уже не стремлюсь вернуться к себе. Мне просто нужен запас. Мне и малышке Ниэне. Я собираюсь заняться политикой в твоём мире. Сначала потрясу кое-кого за яйца – я знаю мно-о-ого секретов – чтобы собрать первоначальный капитал, потом немного перекрою ваш мир себе в угоду. Не бойся, я отправлюсь в другое полушарие, там люди понаивнее и побогаче.

— Что ты сделаешь с Гайдэ?

— То же, что и с Блезом. Его запаса хватило, чтобы несколько суток продержаться против всей армии Кэля с его магами. Пока… хм… кое-кто опять не смешал мне все карты… Нужно ещё посмотреть, что там за Гайдэ. Но если она действительно преобразует смерть серых рас в чёрные искры и копит их, это как раз то, что мне нужно.

— И нам, — сказала я.

Буушган пожал плечами:

— На вас мне плевать. Но мир, подаривший мне столько интересных ощущений… мне он нравится, этот мир! Пусть живёт!

Я прикрыла глаза, чувствуя, что отключаюсь. Тракт стал ровнее, трясло меньше.

— Меня зовут. Так приятно, что я кому-то нужна.

— Эй, Чернявая, у тебя там глюки, что ли?

— Нет. Меня ищут. За следующим поворотом будет река. Брод возле трёх ив, — мне было трудно говорить, я шептала. — На другой стороне – избушка охотников, рядом три драконьих дерева. Они там.