Чтение онлайн

– Салют, Мцыри, - приветливо сказал он.
– Отъедь маленько в сторону и будь наготове. А ты, Санек, иди к Кадыку и отнеси гранатометы. И не забудь, сынок, надеть бронежилет. И ты, Мцыри, тоже не посчитай за труд жилетиком защитить свое горячее сердце.

– Перебьюсь, - Карташов понимал, что дело затевается нешуточное. Он просунул руку под куртку и ощупал рукоятку ПМ.
– Ты, Веня, мне говорил, что ничего такого не будет. Я имею в виду стрельбу, трупы, а тут, вижу, именно это и назревает.

– Не все и не сразу можно говорить, - в голосе Брода не было ни грана неуверенности.
– Мы будем работать в своем обычном режиме, а все остальное сделают другие.

– И сколько мне здесь торчать?
– спросил Карташов.

– Пока я тебе не скажу, что торчать здесь больше нет смысла. Ты видишь, я тебя щажу, хотя вполне возможно, тебе самому этого не надо...

– Спасибо, - не то шутя, не то всерьез проговорил Карташов.

– Пока делать нечего, поменяй номера...
– И к Одинцу: - Пошли, Саня, надо переговорить.

Поменяв знаки, Карташов развернулся и встал так, чтобы в любой момент можно было сразу выбраться на дорогу.

Вернулся Брод с каким-то незнакомым человеком. Они остановились возле "рафиков" и весь их ожидающий вид напоминал транзитных пассажиров.

В темноте появилась пружинистая фигура Одинца. Через открытое окно до Карташова долетел его грубоватый быстрый говорок.

– Скоп почти весь налицо, - сказал он, - сто рыл, не меньше. Придется действовать по-суворовски - внезапно и быстро...

– Надеюсь, вы с Николаем не будете подставлять свои светлые лбы? спросил Брод.

– Все машины стоят гуськом: впереди вода, по бокам деревья, так что маневра никакого у них нет. Из гранатомета шарахнем по последней тачке...даже жалко - новенький с иголочки "линкольн навигатор".

– А они не смогут убраться по берегу?

– Исключено! Там две дамбочки и металлический забор подходит к самой воде. Мышеловка...

– Начинайте сразу после второго взрыва.

– Это произведет на кодлу эффект короткого замыкания.

Карташов мысленно возразил Одинцу: "Смотри, Саня, чтобы в этом замыкании не поджарить себе задницу..."

Пока Карташов ловил обрывки мыслей, наступил тот самый момент "Ч", ради которого они тут собрались. Сначала он подумал, что его кто-то толкнул сзади - от сотрясения лежащая на щитке пачка сигарет подскочила и упала ему на колени. Он представил, как взрывной волной сначала приподняло, затем разметало на десятки метров тот самый киоск, под который они заложили взрывчатку. В наступившей всепоглощающей тишине он услышал как шерохнулся по стеклу падающий с дерева сухой лист.Вслед за первым прозвучал второй взрыв.

– Саня, пора!
– хриплым голосом приговорил Брод. Он подошел к одному из "рафиков", где стоял незнакомый Карташову человек, что-то сказал ему и тот сразу же направился вслед за Одинцом. Брод провожал их рассеянным взглядом...

...Сначала захлопали одиночные, и, судя по всему, пистолетные выстрелы. Карташов отчетливо выделил бубнящий звук - это скорее всего кто-то долбил из "стечкина". Более деликатно звучали ПМ. Возможно, в общем хоре заявляли о себе и "немецкие" голоса - "вальтеры", "парабеллумы" и "арминиусы", которые в последнее время входили в моду.

Совсем рядом простучала автоматная очередь, интонации которой до боли были ему знакомы - это бесподобный АКС сотрясал ночной воздух. Только на миг что-то там прервалось и снова - жесткая автоматная чечетка, перемежающаяся пистолетным токката. И неизвестно, сколько такой обмен любезностями продолжался, если бы в какой-то момент вся эта стреляющая чехарда не потонула в мощном взрыве. Над лесом поднялся столб огня и черного дыма.

– Пошли!
– крикнул Брод, и из "рафиков" стали выскакивать люди в белых халата.

Карташов видел, как двое здоровенных лбов бежали с носилками и никак не могли согласовать свои движения, все время сбиваясь с шага, путаясь в низкорослых кустах ольшаника.

За дорогой разгорался настояший бой. С Бродом остался только доктор Блузман. До Карташова доносились лишь отдельные слова.

– Эти черти устроили настоящую битву, - сдерживая волнение, приговорил Блузман. Он натягивал на руки резиновые перчатки.
– По-моему, нам уже пора идти, пока они там не перебили друг друга.

Брод, отбросив в пожухлую траву недокуренную сигарету, взглянул на небо, перекрестился и, поправляя на лбу шапочку, направился в сторону дороги. За ним трусцой засеменил доктор.

"А что если мне ради разнообразия рвануть отсюда?
– спросил себя Карташов.
– Еще немного и перестрелка перенесется сюда..."

Однако он не тронулся с места, продолжал сидеть, выбивая на баранке барабанную дробь указательными пальцами. Но когда совсем рядом раздались выстрелы, он открыл дверцу и выбрался из машины. Прошел вдоль ее отсыревшего бока, всматриваясь в темноту.

Над лесом вознеслись яркие сполохи - отражение невидимого за лесом пожара. И вдруг он заметил передвигающуюся тень. Кто-то галсами шел в его сторону.

И вскоре он увидел рослого, в распахнутом плаще человека, державшегося за живот. Он напоминал пьяного: человека вело из стороны в сторону, он спотыкался, издавая хриплые, булькающие стоны. И, видимо, растратив последние силы, мужчина рухнул на землю и затих.

Карташов подошел и наклонился. Ощутил острый запах крови, тяжелое срывающееся дыхание незнакомца. Тот лежал на боку, уткнувшись лицом в мокрую землю. Взяв человека за плечи, он перевернул его на спину. Спросил: