Чтение онлайн

"Знаменосец", завернул на улицу Макаренко и зашел в винно-водочный магазин. Отоварившись бутылкой крепленого вина и двумя бутылками пива, он направился на троллейбусную остановку на Покровке. Сел в 9-й маршрут, и, примерно, через пятнадцать минут езды, сошел на углу Бакунинской улицы и Переведеновского переулка.

В форточку машины долетала перекличка маневровых поездов.

– Здесь рядом Москва-товарная, - сказал Николай.
– В молодости пришлось разгружать вагоны со жмыхом...Наверное, в аду лучше...

"Знаменосец" свернул на протоптанную дорожку, ведущую между жилых домов, и явно направлялся в сторону железной дороги.

– Никола, - сказал Карташов, - парень может уйти, а где переезд, мы не знаем... Поэтому тихонько рули за нами... Саня, вперед!

Они выскочили из машины и пошли наперерез объекту. Он уже собрался подняться на откос, когда Карташов его окликнул...Разговор был короткий: представившись сотрудниками уголовного розыска, они попросили его уделить несколько минут для разговора "государственной важности". "Знаменосец" поначалу струхнул, о чем свидетельствовала серая бледность, покрывшее его рано проморщиненное лицо и дрожь руки, в которой он держал сигарету. Они попросили его пройти в машину и человек безропотно последовал за ними.

Это был сантехник и дворник в одном лице. В посольстве работает со дня его основания, почти десять лет. "Зарплата небольшая, а где сейчас больше заработаешь?" - сказал он. Назвался, подчеркнув при этом, что органам не отказывают в знакомстве: Бобылев Егор Васильевич, коренной москвич.

– Вы должны нам помочь...
– сказал Карташов и сделал глубокую паузу. Ожидал реакции. "Психология допроса" в милицейском училище была не самым нелюбимым его предметом..

– Я ничего не знаю, - утирая вспотевший лоб, сказал Бобылев.
– Мое дело, чтобы сортиры хорошо работали и территория посольства блестела...Что я могу знать?

– Нас интересует лицо, за которым тянется кровавый след и, по нашей оперативной информации, он ведет в вашу гостиницу, - Карташов специально употребил специфический термин "оперативная информация".

– Да там сегодня всего-то проживает четыре или пять человек, почти все номера сданы под коммерческие офисы...

– Как это офисы?
– воскликнул Одинец.
– По международной конвенции на территории дипломатических представительств запрещена всякая коммерческая деятельность...

Карташов выразительно взглянул на Одинца - мол, откуда тот набрался таких познаний?

Бобылев пожал плечами. Ему было тягостно, разговор явно не нравился, но он боялся потерять работу и вместе с тем боялся не угодить этим серьезным мужикам.

– А черт его знает, не в курсе я этих конвенций...

– Верю, - Карташов протянул мужику пачку сигарет. И вопрос, что называется, в лоб: - Вы хотите, Егор Васильевич, помочь российским правоохранительным органам в изобличении крупного преступника? Убийцы пятнадцати маленьких детишек...

И потекла информация. Оказывается, несколько дней назад в посольскую гостиницу заехала группа молодых людей из Риги, которые все вечера проводили в местном ресторане...С ними вместе кучковался президент фирмы "Лиесма", наголо бритый, здоровенный детина, который на всех беспричинно кричит...Как фамилия? Романовский Айгар, летает по субботам в Ригу с целым баулом наличных денег. В долларах. Об этом Бобылеву рассказала горничная, давняя его знакомая, которая случайно зашла в номер и увидела на столе кучу денег...Второй раз то же самое увидел он сам, Бобылев, когда пришел прочистить в номере унитаз... Романовский как раз укладывал пачки банкнот в желтый кейс. Думал убьют, как нежелательного свидетеля, но вместо этого дали на две бутылки водки...

– А как зовут тех парней, которые недавно приехали из Риги?
– спросил Николай.

– Один только и остался, остальные съехали...Хотя вчера одного из них видел у посольства. Приезжал на "джипе", может, сменили гостиницу, - Бобылев продолжал потеть.

– Да вы не волнуйтесь, Егор Васильевич, пока вам все это ничем не грозит...

– А этого ни вы, ни я знать не можем, - Бобылев опять закурил.
– Я могу идти?

– Да, можете, - Карташов взглядом дал понять Одинцу, чтобы тот уступил проход гостю. Но когда Бобылев, открыв дверь, хотел спуститься на землю, Карташов остановил его: - одну минутку, Егор Васильевич, последняя к вам просьба...Сделайте так, чтобы завтра вы с этим Романовским вышли из посольства под ручку...В фигуральном, конечно, смысле...Нам надо его опознать, а заходить в посольстве мы пока считаем преждевременным...

– Он в час или чуть позже ходит обедать в ресторан "Подворье", что на улице Маросейка...А домой отправляется в семь, в семь с копейками...Где живет, честное слово, не знаю....

– Вот и прекрасно, выйдите вечером с ним вместе, а в левой руке держите газету, мы будем знать, что рядом с вами и есть интересующее нас лицо...

Бобылев потупился. Ему явно не хотелось влезать в чужие истории.

– И прошу вас, о нашем разговоре даже своей жене ни слова, - Карташов обратил взор на Николая: - А вы, товарищ капитан, обеспечьте Егору Васильевичу негласную охрану...И возьмите его служебный и домашний телефоны.

И Николай подыграл:

– Будет сделано, товарищ майор...В обиду товарища не дадим....

– Да не в этом дело...Ладно, делайте, как знаете...Записывайте телефоны, - И после того, как Николай записал на пачке сигарет номера, Бобылев, тихо отмахнул дверцу и как-то скукоженно вышел из машины.

– Я ему не завидую, - сказал Одинец.

– Я тоже, - Карташов чувствовал как напряженно бьется его сердце.
– А ты, Саня, откуда знаешь о международной конвенции?

– Ситуация один к одному была в Грузии и тоже в латвийском посольстве...Газеты трещали на все лады, а посол это объяснил бедностью республики...Мол, всего лишь безобидная сдача в аренду помещений... Менты же это объяснили другим: дескать, эти фирмы перегоняли из Грузии наличку в свои латвийские банки...Знаешь, что такое оффшор? То есть шла бешеная отмывка черных бабок...То же самое, похоже, происходит и здесь...

– Если ты, Саня, патриот России, позвони в налоговую полицию, пусть накроют это гнездо экономической диверсии, - в обычной своей смурой манере вмешался в разговор Николай.

– А я это обязательно сделаю, - с готовностью отозвался Одинец.
– В первый раз в жизни буду стукачом...

В 19. 15 из посольства вышла группка людей - трое мужчин и две женщины. Среди них Бобылева не было. Через десять минут появился человек в длиннополом темном пальто, в руках которого желтел объемный, с секретными замками кейс. Несколько мгновений спустя, из проходной показался Бобылев, в коричневом незастегнутом плащике и серой, с маленьким козырьком кепке.