Чтение онлайн

Гордон выругался и наподдал кобыле в бока каблуками. Она играючи несла его на север, все дальше от того, что представляло для него ценность еще вчера утром и что теперь обернулось столь жалким обманом. Картонные манекены из грошовой лавки. Страна Оз.

«Кто возьмет на себя ответственность...»

Эти слова повторялись вновь и вновь, словно навязчивая мелодия. Он понял, наконец, что они звучат в том же ритме, в котором перемигивались огоньки индикации на старой, давно усопшей машине.

«...за детей неразумных сих?»

Кобыла бодро трусила в предрассветной мгле мимо превратившихся в лес садов, вдоль которых нескончаемой вереницей тянулись остовы автомобилей. Гордона внезапно посетила странная мысль: что, если в завершающее мгновение жизни, когда улетучивались жалкие остатки жидкого гелия и надвигалось смертоносное тепло, последняя мысль бесхитростной, но мудрой машины каким-то образом перетекла в периферийную цепь и теперь отчаянно мигает, никем не понятая?

Тянет ли это на галлюцинацию?

Занятно, какими были последние мысли Циклопа, его последние слова...

Может ли человек сделаться жертвой призрака машины?

Гордон встряхнулся. Он просто переутомился, иначе в голову не лезла бы разная ерунда. Никому он ничего не должен! Ни символу на дрянной кокарде, ни истлевшей мумии, застрявшей в ржавом джипе...

Призраки!

Он сплюнул в пыль и попробовал улыбнуться.

Но нет, упрямые слова никак не шли у него из головы. «Кто теперь возьмет на себя ответственность?»

Он настолько запутался в терзающих его противоречиях, что не сразу расслышал крики позади. Натянув поводья, Гордон оглянулся, положив руку на револьвер. Кто бы ни гнался за ним, он не даст преследователям спуску. Хотя бы в одном старик Лазаренски не ошибся: для этой шайки служителей Циклопа он — добыча не по зубам.

Вдали, перед Домом Циклопа, царила суета. Впрочем, какое это имеет к нему отношение?

Заслонив ладонью глаза от только что выкатившегося из-за горизонта солнца, Гордон разглядел вдалеке пар, поднимающийся от двух взмыленных лошадей. По ступенькам дома взбежал измученный всадник, встретивший бросившихся к нему людей нетерпеливыми криками. Его спутнику, судя по всему, раненому, оказывали первую помощь прямо на земле.

До Гордона донеслось всего одно слово, но оно все разъяснило:

— ...выживания!

Ответ его был еще более кратким:

— Черт!

Он повернулся к крикам спиной и хлестнул кобылу поводьями, заставив возобновить прерванный бег в прежнем — северном направлении.

Еще вчера он поспешил бы на помощь и с готовностью отдал собственную жизнь, лишь бы спасти мечту Циклопа. Выходит, что он сложил бы голову ради пустого фарса, выдумки, бессовестного обмана, игры, в конце каинов!

Если вторжение холнистов и впрямь началось, деревни, расположенные к югу от Юджина, дадут им слаженный отпор, и бандиты повернут на север, туда, где сопротивление слабее. Отвыкшим от войны жителям северной части долины Уилламетт не выстоять против головорезов с Рог-Ривер.

Однако холнистов могло оказаться недостаточно, чтобы захватить всю долину. Корваллис, без сомнения, падет, но Гордону все равно есть куда податься. Возможно, он свернет на восток и доберется по шоссе номер 22 до Пайн-Вью. Будет неплохо снова повидаться с миссис Томпсон. Он еще поспеет к рождению у Эбби первенца!

Кобыла бежала по-прежнему резво. Крики за спиной стихли, подобно улетучившимся из головы дурным воспоминаниям. День обещал быть ясным — впервые после нескольких недель сплошной облачности. Лучшей погоды для путешествия не придумаешь.

Но тут за расстегнутый ворот Гордона начал заползать холод. Еще через сотню ярдов его пальцы потянулись к пуговицам воротника.

Лошадь перешла на медленный шаг, а потом и вовсе остановилась. Гордон, сгорбившись, сидел в седле.

«Кто возьмет на себя ответственность...»

Проклятая фраза и подмигивающие огоньки все так же мучили его. Лошадь вскинула голову и заржала, перебирая копытами.

«Кто?..»

— Дьявольщина! — не выдержал Гордон и, развернувшись, поскакал назад, на юг.

Беспомощная, перепуганная толпа мужчин и женщин расступилась в почтительном молчании, когда он осадил лошадь у крыльца Дома Циклопа. Гордон долго рассматривал людей, не произнося ни слова.

Наконец он сбросил накидку, застегнул рубаху и нахлобучил на голову фуражку с лучезарной кокардой, поймавшей луч разгорающегося солнца. Потом набрал в легкие побольше воздуха и принялся выкрикивать отрывистые команды, тыкая пальцем в первых подвернувшихся под руку.

Во имя собственного выживания и во имя Возрожденных Соединенных Штатов все — жители Корваллиса и служащие Циклопа — бросились выполнять его приказания.

В вышине стоял надсадный вой ветра. Снова наступала зима, и над северной акваторией Тихого океана проносились ледяные вихры, напоминая о скорых холодах. Более двадцати лет тому назад тысячелетние маршруты ветров были спутаны гигантскими черными смерчами, словно армада рассерженных вулканов в один и тот же момент произвела залп раскаленной породой в небеса.

Если бы смерчи не рассосались столь стремительно, то исчезли бы все признаки жизни на планете и навечно воцарился бы ледниковый период. Ведь и так тучи пепла на долгие недели окутали Землю, прежде чем частицы покрупнее начали выпадать на поверхность грязевыми дождями. Но все равно огромное количество пыли и сажи было развеяно воздушными потоками высоко в атмосфере, и еще долго не пропускало солнечный свет.

Минули годы, прежде чем наконец снова пришла весна.

Но весна пришла. Океан — живущий своей, неторопливой жизнью и не ведающий уныния, послал в самый раз тепла, чтобы не дать спирали перемен раскрутиться и не сделать зиму необратимой. В должный срок теплые облака, набухшие поднявшейся из морей влагой, снова поплыли над континентами. Ветви деревьев опять потянулись к небу, повсюду, из всех трещин в асфальте, поползла трава.

И все же высоко в небе оставалось еще достаточно пыли. Холодный воздух то и дело прорывался на юг, напоминая о Нескончаемой Зиме. Туман кристаллизовался вокруг частиц пыли и выпадал на землю снежинками невиданной величины.