Чтение онлайн

Маша никак не могла разобраться в случившемся. Вот, как она относится к Андрею? Ну, он ей нравится, видный из себя. Девчонки из института на него заглядываются, глазками стреляют, а он на них – никакого внимания, только на Машу. Это приятно.

С момента знакомства они вместе проводили много времени, почти каждый день встречались. Что делали? Да ничего особенного: гуляли, чай пили, разговаривали. О чём говорили? Маша рассказывала про лекции, подружек, про то, что нравится и не нравится. А Андрей больше слушал, так что-нибудь вставлял изредка в разговор. Про себя говорил неохотно, мало. За Машей ухаживал: дверь открыть, пальто подать, посуду после чая ополоснуть.

Интересно Маше с ним? Как-то буднично, обыкновенно. А может это и хорошо? Размеренно всё так.

Но вот о том, что Маша нравится, он не говорил, а уж о любви и, подавно, разговору не было. Вот как так! Сделал предложение, но не сказал, что любит! Или не любит? Зачем тогда замуж позвал? А сама-то Маша любит? Она этого понять тоже не могла: нравится, приятно, а что ещё должно быть? Поцелуи? Они ни разу не целовались, только за руки держались. Хочет Маша поцелуя? Конечно, хочет! Её, как- то раз, классе в седьмом, мальчик чмокнул в нос, а потом сам здорово смутился—и всё! Больше ни разу не целовали! А девочки такое рассказывают… А у Маши, даже близко, ничего подобного нет!

Вера втолковывала дочери:

– Да что же тебе не так? Посмотри, порядочный какой! Предложение сделал, всё как полагается! С тобой вежливый, заботливый! Да, любит он тебя, не сомневайся!

Матери очень хотелось семейного счастья для Маши, и она не совсем понимала, чего та раздумывает. Вот предложили бы Вере, в своё время, руку и сердце, она бы сразу согласилась.

Вот и сидела Маша над открытым учебником, а смотрела в стенку, как будто там все ответы. Андрей звонил, но Маша говорила, что готовится, переживает за сдачу экзаменов, устала и встречаться не хочет. Андрей сочувствовал и отключался.

Сессия прошла успешно. Все три предмета Маша сдала на отлично: сама от себя такого не ожидала. Пришёл Андрей, принёс торт.

Посидели, чай попили. Ни слова не было сказано про свадьбу, как будто и не было того разговора. Маша уж расслабляться начала, хорошо, что не надо ей решение принимать.

Но немного помолчав, Андрей выдал:

– Машенька, посмотри, что я принёс, – он вынул из нагрудного кармана рубашки маленький блестящий свёрточек. Это тебе. Разворачивай.

Маша вдруг разволновалась, руки задрожали. На ощупь – кольцо! Неужели, правда! Кое- как она распечатала маленький свёрток. На ладошке лежал чудесный золотой перстенёчек с маленьким рубином!

– Это что? – шёпотом спросила Маша, – Зачем?

– Это подтверждение серьёзности моих намерений. Ты мне нравишься, я хочу, чтобы ты была всегда рядом. Наверно, я тебя люблю.

Сердце у Маши ухнуло в пятки, она замерла. Любит? Как он сказал: «наверно»?

– Что значит «наверно»? Ты сомневаешься?

– Я никого никогда не любил, поэтому так сказал, – признался Андрей, – но думаю, что – да, люблю. А ты? Любишь меня?

– Я? Ну, да. – нерешительно протянула, – Люблю.

А вдруг он обидится, если скажет, что не знает, сомневается.

– Машенька, а можно я тебя поцелую?

Как это? Он спрашивает разрешение на поцелуй? Разве так бывает? В Машиной голове это не укладывалось. Она представляла себе всё иначе!

– А почему ты спрашиваешь?

– Ну, я ж не знаю, а может тебе неприятно будет.

– А тебе-то самому будет приятно? – Маша начала сердиться. Что за неуверенность. Что за странности! Любишь, так и действуй!

Вместо ответа Андрей наклонился к девушке и поцеловал. Сначала лоб, потом щёки, потом губы. Маша оцепенела. Поцелуи был нежными, легкими. У неё закружилась голова, мысли растворились в приятных ощущениях…

Вот так и растаяли сомнения о замужестве. Казалось всё правильным: он, конечно же, любит Машу, но выражает чувства по-своему, не всегда понятно, да и ладно – все разные! Андрей – вон из какой семьи, а не похож на профессорского сынка, не избалован, не высокомерен. Маша тоже готова любить, она хочет любить! С Андреем так просто, и родители у него хорошие, Маше всегда радуются, и жить она будет в большой квартире рядом с парком и озером! Сказка!

Закрутилась предсвадебная суета. Родители Андрея радовались, особенно Людмила:

– Ах, Машенька, как чудесно, что дала согласие! Вы такая красивая пара! Андрюшенька, как встретил тебя, так изменился! У него настроение всегда теперь хорошее, он ждёт не дождётся свадьбы, чтобы уж больше не расставаться!

А Пётр Игоревич добавил:

– Да, Машенька, для нас эта свадьба – приятная неожиданность. А твоё согласие и любовь к нашему сыну – выше всяких похвал.

С Верой пообщались по телефону и пригласили обсудить детали свадебного торжества и дальнейшей жизни молодой семьи. Она-то думала, что будущие родственники захотят прийти к ним, посмотреть, как Машенька живёт, но они сказали, что хотят встретиться в ресторане:

– Понимаете, Вера, для нас желание детей объединиться – Событие. Оно достойно того, чтобы отнеслись к нему с особым вниманием, не отвлекаясь на заботы о сервировке стола, об удобстве гостей. Поэтому, давайте отметим его на нейтральной, так сказать, территории, в ресторане, и все свои силы направим на решение проблем, связанных с намечающимся мероприятием, и скорректируем последующие действия. А в гости мы к вам всегда успеем!

Речь будущих родственников произвела на Веру впечатление: какие своеобразные у них представления о том, как надо проводить

встречи и переговоры, а как причудливо говорят! Она таких слов в своём окружении никогда не слышала и никогда не услышит!

Сначала её задело, что предложение посмотреть, как они живут, отклонили, а потом подумала о выпавшем на долю дочери счастье, и примирилась. Ресторан, так ресторан!

Вера там бывала пару раз. Первый, когда её пригласил один из несостоявшихся спутников жизни. Тогда она неловко себя чувствовала, потому что этот несостоявшийся спутник, изучая меню, хмурился и ворчал что-то про цены и порции. Вера удивлялась: зачем пригласил, если денег жалко? А потом ещё и неодобрительно смотрел, как она управляется с ножом и вилкой. Ну, конечно! Она ж из села, этикету не обучена! Самое главное в Вериной семье было ЧТО поесть, а не КАК. Закончилось тем, что ей кусок поперёк горла встал, Вера извинилась, выложила деньги на стол и ушла.