Чтение онлайн

– Ну все, все, давай успокоимся. – Гуров с трудом сдерживал себя, чтобы не выхватить пистолет и не всадить в подонка всю обойму. – Ну не плачь, все уже позади. Тебя больше никто не обидит. – Гуров угловато, неловко погладил ее по голове, и когда девушка немного успокоилась, шагнул к прыщавому. – Этого урода я отсюда вытащу, а ты приведи одежду в порядок и выходи. Сейчас вызову опергруппу, этих мерзавцев упакуем и отправим куда следует. Но потребуются твои свидетельские показания. Не побоишься написать заявление обо всем, как было?

– Нет. – Девушка качнула головой, утирая слезы.

Гуров вытащил прыщавого в дежурку и, достав из ящика стола наручники, застегнул его руку с рукой начавшего приходить в себя сержанта. Сев за стол, он снял трубку телефона, но в этот момент в помещение вошел милицейский капитан. Ошарашенно выпучив глаза, капитан схватился за кобуру.

– Ты кто и что тут де… – Он не договорил и отдернул руку, увидев ствол пистолета, направленный в его сторону.

– Полковник Гуров, Главное следственное управление. – При виде его служебного удостоверения капитан окончательно сник, разом утратив недавнюю величавость. – Ну а теперь отвечай – кто ты и что здесь делаешь? – в свою очередь поинтересовался Гуров.

– Начальник наряда капитан Гуськов, – хлопая глазами, заискивающе сообщил тот.

– Так, капитан, как могло случиться, что на вверенном тебе участке охраны законности и правопорядка творится полный беспредел? Как ты мог допустить, чтобы твой подчиненный, и я думаю, не он один, совершал гнусность, которую даже в уголовной среде считают явлением недостойным?

– Да, я виноват… Не проконтролировал… Вот… – Капитан говорил, судорожно суча руками. – Я даже не знаю, как это объяснить…

– То есть, я так понял, ты и сам соучастник всего этого безобразия? – утверждающе спросил Гуров. – Оружие на стол! Руки сюда.

Когда на запястьях капитана защелкнулись наручники, тот побледнел, его челюсть отвисла, по лицу заструился обильный пот.

– Това… Товарищ полковник… – тяжело завздыхал он, но Гуров его перебил:

– Гражданин, гражданин полковник. Запоминай, гражданин Гуськов, бывший капитан милиции. – Он набрал номер управления и вызвал опергруппу с охраной. – Слушаю твое чистосердечное признание. Сколько подобных случаев ты можешь назвать, когда и при каких обстоятельствах совершались преступления, кто их зачинщик и соучастник?

– Точно число я не припомню… – Голос капитана осип, став жалким и блеющим. – Но, понимаете. Здесь очень много особ легкого поведения. Мы их деятельность пресекать обязаны – задерживать, составлять протоколы об административном правонарушении. В мое отсутствие некоторые из них сами предлагали нашим сотрудникам свои услуги, чтобы те их за это отпустили. Потом… – Капитан замялся.

– Потом это вошло в систему, – продолжил за него Гуров. – А потом, войдя, так сказать, во вкус, вы стали хватать всех подряд, независимо от того, кем они являются. Другими словами, ваш отдел переродился в банду похотливых подонков. Ну что ж, суд, я думаю, по достоинству оценит ваши "подвиги".

– Не уверен, гражданин полковник, – капитан многозначительно покачал головой. – Уж, во всяком случае, сядет кто угодно, но только не этот лейтенант. – Он указал на прыщавого, все еще лежащего без движения. – Обратите внимание на его фамилию – Орлов.

– Ну и что? – Гуров саркастически усмехнулся. – Да хоть – Кофи Аннан.

– Разве вам она ни о чем не говорит? – удивился капитан. – А по-моему, она вам должна быть знакома – начальник главка генерал-лейтенант Орлов.

– А этот мерзавец ему кем доводится? – Гуров с сомнением посмотрел на прыщавого.

– Племянником! – со значением в голосе провозгласил капитан.

– Да-а-а? – с нескрываемой иронией протянул Гуров. – А ну-ка, сейчас уточним… – Он набрал номер Орлова. – Петр Николаевич, будь добр, припомни, что это за племянник у тебя служит в отделе охраны станции метро? – Закончив говорить, Гуров нажал на кнопку громкой связи.

– Лева, ты о чем это? – загромыхал в тесной комнатушке голос Петра. – Никакого племянника у меня там нет и сроду не было. А в чем, собственно, дело-то?

– А дело в том, товарищ генерал-лейтенант, что я только что в помещении милицейского наряда охраны станции метро на Кольцевой задержал его сотрудника, лейтенанта Орлова, который пытался совершить садистское насилие над пассажиркой метро. И еще двоих как соучастников. Тут вот, старший наряда, капитан Гуськов, предполагает, что благодаря своей фамилии насильник без проблем уйдет от ответственности.

– Что-о-о-о?!! – Динамик буквально взорвался рыком Орлова. Уже пришедшие в себя прыщавый и сержант, лежа на полу, испуганно съежились. – Туды их растуды! Мать их… Ублюдки паскудные! Моей фамилией посмели прикрывать свое скотство? Да их, сук, враз на рельсы положу под электропоезд! Вызывай опергруппу и всех, в наручниках, без знаков различия – в Бутырку!

– Уже вызвал… – Гуров положил трубку. – Ну что, капитан? Прощайся с погонами. Прямо как у Высоцкого – никогда ты не будешь майором.

Одним рывком он сорвал с капитана погоны и швырнул их в мусорную корзину. Затем то же самое проделал с лейтенантом и сержантом. Скрипнула дверь. Из бытовки, испуганно глядя на происходящее, вышла девушка.

– Не робей! – ободряюще кивнул ей Гуров. – Ты откуда?

– Я из Астрахани, приехала к тете. – Голос девушки все еще дрожал от пережитого волнения. – Она пообещала устроить меня на работу в хороший детский сад. У нас насчет работы сложновато. А можно мне взять свои документы? – попросила она.

– Само собой разумеется. – Гуров достал из кармана прыщавого ее паспорт. – Садись за стол, бери бумагу, авторучку и пиши на имя начальника Главного следственного управления заявление о том, что здесь произошло.

Дверь распахнулась, и в помещение вошли трое милиционеров – сержант и двое рядовых. Увиденное их явно потрясло. Форменная куртка капитана, лишенная погон, лейтенант и сержант без знаков различия – это выглядело впечатляюще.

– А-а-а… Что здесь происходит? – наконец решился нарушить молчание один из пришедших.