Чтение онлайн

Она быстро пробежала взглядом записку, написанную аккуратным круглым почерком Мери, и стиснула зубы, прочтя подробный перечень дел, порученных ей в наказание за замысел неудавшегося побега. Единственным утешением было то, что всю вину за попытку усыпить стражу Ройс возложил на нее, а не на Майду.

– Гром и молния, – пробормотала Бетани. Начистить оружие и кольчугу – красноречивое свидетельство ее поражения – эта работа должна напомнить ей о том положении, в котором она находится. Кипя от ярости, Бетани свернула записку и сунула ее за фартук.

– А какое наказание наложено на Мери? – спросила она.

– Мери должна вставать рано утром и помогать Майде печь хлеб, – шмыгнул носом Брет, пытаясь унять икоту. – Дамиана, увидев меня, сказала, что я должен прочесть ей записку Ройса. Я не смог сделать этого, и она ударила меня.

– Не беспокойся, Брет. Я с ней разберусь.

В сердце Бетани вскипала ярость, глаза ее застилала красная пелена.

– Я хочу, чтобы она уехала отсюда, – прохныкал Брет.

Держа брата на руках, Бетани поднялась на ноги и стала спускаться по лестнице. День клонился к закату, и в главной зале накрывались столы к вечерней трапезе. Дамиана сидела между Ги и Ройсом. Подойдя к Мери, Бетани передала ей Брета и направилась к Дамиане. Только та удивленно подняла взгляд, как Бетани отвесила ей звонкую пощечину.

– Если ты еще хоть раз тронешь моего брата, я тебя убью. Хорошенько запомни это, – произнесла она тихим ровным голосом, скрывая бушующую в душе бурю.

В зале стало тихо. Взгляды нормандцев обратились на дерзкую рабыню; два воина схватили Бетани за руки. Безразличная к тому, что с нею будет, Бетани обратилась к Ройсу:

– Разве ваши законы позволяют жестокое обращение с детьми?

Ройс попытался было заговорить, но Бетани оборвала его:

– Знай же, я не дам в обиду своих близких.

Ройс повернулся к брызжущей слюной Дамиане:

– Ты действительно ударила мальчика?

– Oui. Щенок отказался выполнить мою просьбу. Но я лишь легонько похлопала его по щеке.

Ройс, внимательно изучив красное пятно, закрывшее половину лица Брета, раскрыл свои объятия, и мальчик, соскочив с коленей Мери, радостно бросился к нему.

– Что произошло, мой маленький воин?

– Она, – гневно ткнул пальцем в сторону Дамианы Брет, – ударила меня, когда я нес сестре твое послание. – Он поднял к Ройсу заплаканное лицо. – Я не смог его прочесть, и она назвала меня тупым болваном.

Ройс повернулся к Дамиане:

– Как ты посмела вмешиваться в мои дела!

– Cheri, ты все неправильно понял. Я вовсе не собиралась вторгаться в твою епархию. Мне показалось, это послание посвящено делам домашним, уделу хозяйки.

Ройс посмотрел на Бетани, спокойно выдержавшую его взгляд. По-видимому, удовлетворенный ее хладнокровием, он снова повернулся к Брету:

– Не проявил ли ты каким-либо словом или действием непочтение к этой даме?

Округлив глаза, Брет отчаянно замотал головой. Ройс осторожно прикоснулся к его щеке:

– Дамиана, и ты говоришь, что только «легонько похлопала» его?

Дамиана взглянула на мальчика с безразличием, от которого у Бетани застыла кровь в жилах.

– Какое тебе дело до этого щенка? Это послужит ему хорошим уроком, и впредь он будет следить внимательнее за тем, чтобы не вызывать мое недовольство. – Она потерла щеку. – Я требую, чтобы эта шлюха была наказана. Как смеет она угрожать будущей владелице этого замка и даже поднимать на нее руку!

Голос Ройса был ровным и твердым:

– Здесь я решаю, кого и как наказывать. Никто другой не вправе делать этого за меня. И мои люди подчиняются только моим приказам. – Он повернулся к воинам, держащим Бетани: – Отпустите ее.

Потрясенная, леди Дамиана отшатнулась.

– Ройс, ты сошел с ума? Необходимо заставить эту рабыню знать свое место!

– Если до меня дойдет, что ты снова поднимаешь руку на моих людей, я посоветую тебе отправиться на поиски монастыря, где бы ты смогла скрыться от моего гнева, – безучастным тоном обронил Ройс.

Краска схлынула с лица Дамианы.

– Ты слишком много времени провел среди этих дикарей.

Поднявшись из-за стола, она направилась к лестнице.

– Не думай, что, если ты уйдешь из-за стола, тебе позволят закончить трапезу у себя в комнате. Я не допущу неуважения к себе.

Очаровательно улыбнувшись, Дамиана повернулась к нему:

– Если ты хочешь жениться на мне, cheri, советую не забываться. Помни, как близка моя семья к королеве.

– Дамиана, уясни хорошенько: я добьюсь всего, чего хочу добиться. Ты выйдешь за меня замуж, потому что у тебя нет выбора. Твоя семья осталась без гроша, и у вас есть одно лишь знатное имя. Когда-то я был ослеплен твоей красотой и очарованием, но теперь все в прошлом. Несколько лет назад я видел перед собой красавицу. – Он помолчал, окинув ее взглядом с головы до пят так, словно прицениваясь к товару. – Теперь же я вижу пустую, самовлюбленную особу.

Дамиана надменно вскинула голову:

– Если это все, милорд, позвольте мне удалиться к себе.

В ответ Ройс лишь слегка склонил голову, и Дамиана, взбешенная его спокойствием, быстро покинула залу с лицом, искаженным бессильной яростью.

– Хвала Всевышнему, ты наконец-то одумался, – отвесил шутливый поклон брату Ги. – Одно время мне казалось, эта мегера заворожила тебя.

– Ги, я больше не могу увидеть то, что когда-то меня в ней привлекало. Время изменило нас обоих.

– Да будет оно благословенно! Да, ты действительно поумнел и возмужал. Боюсь, о Дамиане этого не скажешь.

– Пусть так, но мои намерения остаются прежними. Я возьму ее в жены.

– Но почему, брат? При дворе ты все равно останешься незаконнорожденным. Ты ничем не сможешь смыть это клеймо.

– Я оставлю чистое имя в наследство своим сыновьям.

– Упрямый ты человек. Лучше бы ты оставил им в наследство любовь и понимание. Научил бы их на своем примере, чего можно достичь в жизни. Это было бы гораздо важнее, чем титул.

– А я ищу не титул. Мне нужно, чтобы никто не смотрел свысока на моих детей. Ни один мой ребенок не должен стесняться своего происхождения. И если в жилах моих сыновей будет течь кровь Дамианы, никто и никогда не посмеет обойтись с ними пренебрежительно.