Чтение онлайн

Подати последние несколько месяцев собирались исправно, но мудрый Вильгельм не страдал близорукостью. Короля заботили не только деньги. Сильная монархия должна в корне пресекать малейшие попытки неповиновения. Ройс восхищался своим сюзереном – и как человеком, и как королем – не только за деяния, но и за то, что тот, утерев нос всему свету, достиг высочайшего положения в мире… Месть незаконнорожденного сына была узаконена силой и сопутствующим ей успехом, который теперь никто не смел оспаривать. И Ройс, глядя на пример Вильгельма, намеревался вознести свое имя туда, где оно должно находиться по праву. Для этой цели ему требуется Дамиана. До сих пор всем, чего он достиг, Ройс обязан исключительно самому себе; но он понимал, что не сможет переступить без связей в обществе через определенный порог.

Едва Ройс закончил писать подробный отчет о случившемся, как в коридоре послышалось робкое покашливание.

– Милорд? – В дверях комнаты стоял старший конюх, теребящий в руке шапку. – Ваши воины поймали сбежавшего жеребца. Как мне поступить с покалеченным конем?

Недовольный тем, что ему помешали, Ройс скрепил послание своей подписью и отложил перо.

– Ты говоришь о Морлоке?

– Да, милорд. По нашим обычаям, судьбу раненого животного решает хозяйка… прошу прощения, хозяин этих владений, – сказал конюх, сминая шапку в тугой комок.

– Обработай раны и ухаживай за конем до тех пор, пока он не поправится, – приказал Ройс.

Конюх просиял, услышав его слова. Измятая шапка была расправлена и водружена на лысую голову.

– Как хорошо, что мне не придется убивать любимого жеребца леди Бетани. Мне бы кусок в горло не шел, если бы я лишил жизни это благородное животное.

– Это животное с норовом, – хитро усмехнулся Ройс. – К несчастью, как и его хозяйка. Боюсь, Морлок слишком вспыльчив и упрям, чтобы прийтись кому-нибудь по вкусу.

Конюх прыснул.

Удивленный и обрадованный тем, что он и простой саксонец находят смешными одни и те же вещи, Ройс тоже рассмеялся.

– Да, леди Бетани – девчонка упрямая. Но другой такой верной не сыщешь. Морлок – лучший конь иа конюшне, а леди Бетани – лучшая девушка на свете. Будьте осторожны, милорд: как бы она не зажарила Вас живьем за то, что вы допустили такое обращение с ее любимцем.

Ройс задумался над ответом старика сакса, и все его веселье погасло. У него мелькнула было мысль не сообщать Бетани горькие вести, но он тотчас же отмахнулся от нее. Проще взять быка за рога, чем пытаться остановить пересуды в замке. Обязательно надо обо всем рассказать Бетани.

– Милорд, что-нибудь еще?

Очнувшись от размышлений, Ройс повернулся к слуге.

– Oui, я хочу сам взглянуть на коня, – сказал он, решив, что будет лучше, если он лично осмотрит раны перед тем, как говорить с Бетани.

Конюх послушно склонил голову, но от Ройса не укрылось его недоумение.

– Я нисколько не сомневаюсь в твоем опыте, – сказал он, хлопая старика по спине. – Просто мне хочется удовлетворить свое любопытство.

На морщинистом лице конюха появилась беззубая улыбка облегчения, его глаза сверкнули.

– Всем известно, я умею обращаться с животными, но было бы лучше, если бы леди Бетани занялась своим жеребцом.

Он был совершенно прав. Уход за конем потребует от Бетани много сил, но это дело займет ее. Раз Дамиана отказалась от услуг Бетани, врачебным искусством девушки воспользуется Морлок.

Бетани с радостью станет лечить своего жеребца и отнесется к животному гораздо внимательнее, чем к суженой Ройса. Ирония всего этого не ускользнула от рыцаря, и он криво усмехнулся.

Конюх провел его к стойлу Морлока. Старик мгновенно успокоил жеребца парой ласковых слов и уверенным прикосновением к его здоровому боку. Его умелые движения произвели на Ройса большое впечатление. Войдя в стойло, он осмотрел коня. По большей части раны Морлока были незначительными. Лишь одна вызывала тревогу: глубокий порез на задней бабке.

– Ногу надо туго перевязать.

Подняв взгляд, Ройс увидел сверкнувшие в глазах опытного конюха искры уважения.

– Да. Я схожу за повязками, – с готовностью согласился старик.

Ройс провел ладонью по бокам животного, ощупывая, нет ли каких-нибудь других ран. Кровавые ссадины расстроили его гораздо сильнее, чем небольшие порезы. Следы хлыста ни с чем не спутаешь, и Ройс понял, что Бетани никогда не простит эту неоправданную жестокость. И он сам тоже.

Ройс обернулся, собираясь крикнуть конюху, чтобы тот захватил, целебную мазь, но увидел стоящую у входа в стойло Бетани с мокрыми от слез глазами, и слова застряли у него в горле.

– Как она могла? – прошептала Бетани, не отрывая взгляда от кровоточащих рубцов на боках Морлока.

– Анни, – заговорил Ройс, стараясь заставить Бетани посмотреть ему в лицо, но она упорно отводила взгляд.

– Клянусь всем святым, я заставлю эту женщину страдать так, как страдало это невинное животное, – тихо промолвила Бетани, и Ройсу пришлось напрячь слух, чтобы уловить ее слова.

Дрожа от бессильного гнева, она шагнула в узкое стойло, чтобы осмотреть жеребца. Ройс послушно уступил ей дорогу. Как только ее заботливые руки прикоснулись к израненному боку животного, с ее ресниц сорвались слезинки, устремившиеся вниз по щекам. Бетани ласково шепнула на ухо Морлоку какие-то слова, и конь откликнулся на ее голос негромким ржанием.

Тщательно осмотрев Морлока, Бетани удостоила Ройса взглядом, от которого у того застыла кровь в жилах. До самой смерти не забудет он этого выражения – неукротимая ярость, смешанная с болью. Ройс и так винил себя в том, что Морлок получил эти раны. Хотя он и не мог знать о подрезанной подпруге, предугадать бессмысленную жестокость Дамианы было нетрудно. Странно: Ройс сочувствовал животному больше, чем своей суженой.

– Милорд, по-моему, Морлоку также понадобится целебная мазь, – предположил старший конюх, подходя к стойлу с повязками.

Увидев свою госпожу, старик поклонился и, передав ей повязки, удалился.

Бетани приняла их, не промолвив ни слова.

– Позволь мне, – сказал Ройс, пытаясь забрать у нее тряпки для перевязки.

Девушка покачала головой:

– Морлок – мой конь.

Ройс вздохнул:

– Тогда разреши хотя бы помогать тебе, Анни.

Она посмотрела ему в лицо, и вид ее блестящих от слез глаз приковал к себе взгляд Ройса.

– С удовольствием.

Она склонилась над раненой ногой, а Ройс, опустившись на колени, стал подавать ей повязки. Он настолько чутко улавливал намерения Бетани, что ей ни разу не пришлось ни о чем его просить. Она провела пальцем по глубокому рубцу, и Ройс тотчас же протянул ей мазь. С нежностью, тронувшей его сердце, Бетани осторожно наложила бальзам на открытые раны. Как только она обработала последнюю, Ройс передал ей тряпку, и пока Бетани вытирала руки, он отнес снадобья на место.