Чтение онлайн

Мери взяла ее за руку:

– Ты имеешь в виду мученическую кончину? Бетани, пожалуйста, откройся мне. Обещаю: я пойму и прощу.

Бетани покачала головой:

– Мери, не надо. Мне очень хотелось бы все тебе рассказать, но я не могу сделать этого.

– Ну хорошо, раз ты не хочешь разделить со мной свою иошу, я буду молить о том, чтобы Всевышний просветил тебя, – смиренно промолвила Мери. Потупив взор, она молитвенно сложила руки на груди. Внезапно морщинка пересекла ее чело, и девушка подняла глаза. – Бетани, ты совершила какое-то деяние, которого страшишься?

Бетани ничего не ответила.

– Я угадала! – воскликнула Мери, превратно истолковав молчание сестры. – Я вижу по твоему лицу. О, сестра, что ты натворила?

– Мери! – строго произнесла Бетани, пытаясь успокоить сестру. – Мне нечего стыдиться, не в чем исповедоваться. Пожалуйста, поверь мне.

Внезапно в комнату ворвалась Майда, как всегда деятельная и энергичная, с улыбкой теплой и лучезарной, как солнечный день.

– Я уже несколько минут топчусь под дверью, – сказала она, показывая поднос. – Но руки у меня заняты, и дверь открыть мне трудно.

Бетани бросилась на помощь кухарке.

– Майда, окликнула бы нас! – сказала она, радуясь тому, что неприятный разговор так вовремя прерван.

– Я пыталась, но вы были так поглощены разговором, что меня не слышали, но я вас слышала прекрасно.

– Извини, Майда. Если бы я знала, что ты здесь, я бы пришла тебе на помощь.

– Да, миледи, не сомневаюсь. Вы никого не оставляете в трудную минуту.

Взяв ломоть хлеба, Мери протиснулась в дверь мимо Майды.

– Перед тем, как тронуться в путь, я должна побыть в часовне. Молитва принесет мир и успокоение, – сказала она, кивая сестре. – Бетани, умоляю, обратись за советом к отцу Джону. Я всегда буду поминать тебя в молитвах. Не беспокойся, сестра: Господь прощает даже самых закоренелых грешников. Помни о своей бессмертной душе.

Взглянув сестре в глаза, она, не сказав больше ни слова, стремительно развернулась и выбежала из комнаты.

Как только за ней захлопнулась дверь, Бетани подумала, не следует ли подыскать ее благочестивой сестре какое-нибудь другое увлечение. Излишек религии, несомненно, не менее опасен, чем ее недостаток. Возможно, на Мери окажет благотворное влияние языческая Шотландия.

Бетани взглянула на свою кровать, куда сложила пожитки Брета, намереваясь их разобрать, и повернулась к кухарке:

– Майда, знаю, что у тебя дел по горло, но не могла бы ты помочь мне сложить одежду Брета? Мне хочется подольше побыть с ним.

– Да, миледи. С радостью, – многозначительно улыбнулась кухарка.

Из коридора донесся топот, и через мгновение в комнату ворвался Брет с булочками в руках. Увидев Майду, он испуганно застыл на месте.

– Я подождал, пока они остынут. Честное слово!

В глазах кухарки блеснули веселые искорки, но она сохранила строгое выражение лица и сдержанно кивнула. Бетани отвела брата к окну. Взяв у него булочку, она разломила ее пополам. Протянув одну половину Брету, она откусила кусочек от своей, пытаясь подобрать слова, должные облегчить тяжесть расставания не только для мальчика, но и для нее самой.

– Брет, если бы наш отец был жив, всего через несколько лет тебя отправили бы на воспитание в другой замок. И хотя всем нам было бы тяжело, мы бы стойко перенесли разлуку, потому что таков твой долг.

Положив булочку на стол, Бетани опустилась на колени перед братом. Без него она не мыслила свою жизнь.

– Как ни хотелось бы мне никогда не расставаться с тобой, это невозможно. Обстоятельства изменились, и ты должен покинуть замок не через два года, а прямо сейчас. Тебе предстоит отправиться в Шотландию.

– Нет, я никуда не поеду, – отрезал Брет.

Его подбородок задрожал, напускная храбрость схлынула с лица. Горько зарыдав, мальчик отшвырнул недоеденную булочку и заколотил сестру кулаками.

Бетани заключила брата в нежные, но крепкие объятия.

– Успокойся. Я продала свою свободу не для того, чтобы ты устраивал скандалы, – тихо промолвила она, целуя Брета в макушку.

– Что вы сказали, леди Бетани? – встрепенулась Майда, отрываясь от работы.

– Ничего, Майда, – ответила Бетани, ласково гладя брата по голове.

– Так, значит, вот почему вы смирились. Слух не обманул меня.

Бетани не могла отрицать очевидное. Майда раскусила бы ложь.

– Теперь это уже не имеет значения. – Бетани смахнула со лба Брета выбившуюся прядь волос. – Мери и Брет будут в безопасности.

– Да, они будут в безопасности. Но что станется с вами, миледи?

Бетани предпочла не отвечать на этот вопрос.

– Надо помочь собраться Мери, – сказала она, не желая терять время на споры с Майдой, когда минута расставания так близка. – Ты уже закончила складывать вещи Брета? Попроси одну из служанок помочь моей сестре. Боюсь, она все оставшееся время проведет в часовне.

Нагнувшись, Бетани взяла на руки заплаканного Брета.

– Я тебя люблю, – прошептала она, чувствуя, как от предстоящей разлуки разрывается сердце.

Мальчик крепко обвил руками шею сестры:

– Я хочу остаться с тобой.

– Знаю, но это невозможно, – заморгала Бетани, прогоняя наворачивающиеся слезы. – Ты должен быть рядом с Мери. Она нуждается в твоей защите.

– Мери все время молится. Я ей не нужен, – с детской прямотой заявил Брет. Затем, точно осененный какой-то мыслью, он взглянул на сестру. – Во всем виноват главный рыцарь?

– Нет. Вы с Мери просто должны переехать к дяде Браму, – сказала Бетани, не позволяя чувствам выплеснуться в слова.

– Ему нужна моя помощь?

– Да, очень, – солгала Бетани. – Когда ты вырастешь, то сможешь вернуться ко мне.

– Я обязательно вернусь. – Брет старался держать себя как взрослый мужчина.

Еще раз крепко стиснув брата в объятиях, Бетани взяла его за руку и повела к лестнице. Когда они спустились вниз, девушка увидела перед дверью узлы с вещами Мери и Брета. Она окинула взглядом лица собравшихся в главной зале, но сестры там не было. Лишь когда Бетани и Брет вошли в просторное помещение, в дверь вбежала запыхавшаяся Мери с Библией в руке.