Погремушка

Он встретил её в уютной булочной – молодую женщину, одетую скромно, задумчивую, уставшую, но нежную и вежливую. Она мельком взглянула на него, когда он стоял в очереди, и тут же отвернулась. Позже он подошел к ней и заговорил. Из того разговора, он узнал, что её зовут Кэтлин.

На вид ей было около двадцати пяти лет, а значит, она была примерно на три года младше его. Его же звали Эндрю. Большие карие глаза Кэтлин преследовали Эндрю всю неделю, до того момента, как он снова встретил ее в той же булочной и оплатил её покупки.

Девушка сопротивлялась, но слабо, потому что была голодна, а её заработка не хватало на то, чтобы есть вдоволь. Они сели за столик, на который падал солнечный свет, и разговорились о жизни.

В течение нескольких недель молодые люди виделись каждый день и стали привыкать друг к другу. Девушка рассказала, что около года живет на соседней улице и работает в небольшом супермаркете в часе езды от её дома. Она поведала молодому человеку, что ненавидит свою работу, но та оплачивается сносно, и потому ей приходится смиряться с ней.

Эндрю в шутку предложил ей выйти за него замуж и пообещал, что в этом случае разрешит все её проблемы. Девушка посмеялась, но ничего не ответила.

Прошло около полугода, прежде чем они смогли сделать серьезный шаг и на самом деле создать семью. В апреле они поженились. Их свадьба была скромной, но для них она была несомненно важным событием. Спустя еще полгода в их семье появился малыш. С этого и начинается наш рассказ…

С первых же дней жизни малыша, которого Кэтлин назвала Джоном, Эндрю, неожиданно для самого себя, невзлюбил ребенка. Ему не нравилось, что супруга ни на минуту не отпускала их крохотку из рук. Это показывало его с невыгодной стороны, и потому он старался скрывать свое раздражение и неприязнь перед женой. Молодого отца огорчали такие чувства по отношению к собственному сыну, но он не мог ничего поделать. Виной всему была ревность. Мужчина оказался не готовым стать отцом.

Однажды, в воскресный день, он пришел с работы, поцеловал жену и спросил:

– Дорогая, давай посмотрим фильм. До рождения ребенка они часто увлекались фэнтези и смотрели фильмы через день.

– Я очень устала, Эндрю, – вздохнула она, прижимая к себе сонное тельце малютки, покачиваясь вперёд и назад, стараясь укачать похныкивающего сына.

– С ним возиться ты не устала! – взорвался Эндрю, и Кэтлин взглянула на него глазами, полными боли. Кэтлин давно заметила неприязнь любимого мужчины к их ребенку, как бы он ни пытался это скрывать. Несомненно, это ранило ее, но она предпочитала не говорить ему о том, что видит, надеясь, что сможет это исправить.

– У тебя совсем нет времени с тех пор, как ты родила.

– Конечно, нет! – вдруг взорвалась девушка. Она устала молча терпеть эту боль, когда любимый человек и любимый малютка были не только столь далеки друг от друга, но и вовсе – мужчина считал малыша чуть ли не своим врагом. Это было невыносимо больно для любящего сердца матери и жены. – Ребенок беспомощный, а ты, такой взрослый лось, завидуешь младенцу, вместо того чтобы помочь мне с ним!

На ее глазах выступили слезы, а из горла вырвались рыдания. Мужчина почувствовал раскаяние, но не за то, что не любит Джона, а за то, что довел любимую женщину до слез.

– Ну что ты, – сказал он растерянным голосом. – Не такой уж он плохой, это мальчик. Просто я скучаю по тебе, милая.

– Не такой уж и плохой, – с горькой усмешкой передразнила его Кэтлин. – Ты говоришь о своем сыне.

На следующий день малышу исполнилось три недели, и Эндрю застал жену смеющейся и играющей с Джоном, который тоже заливался смехом. Невольно что-то кольнуло в его сердце, что-то совсем не похожее на привычную ревность, но близкое к умилению, и тут же пропало. Кэтлин надувала щеки и таращила глаза, забавляясь смешными рожицами, которые сынок корчил ей в ответ. Эндрю вздохнул и отошел от двери ее комнаты.

Через неделю, Эндрю ожидал возвращения Кэтлин с медицинского осмотра, сидя рядом со своим сыном у кроватки. Малыш с любопытством смотрел на своего отца, корчил разные рожицы, а сам отец внимательно разглядывал его.

Малыш имел на груди маленькое родимое пятнышко в форме сердечка, темные волосики, милую беззубую улыбку и сонные глазки. Его крохотное и немного пузатое тельце выглядело таким умильным, что глядя на него, мужчина невольно улыбался.

Последнее время, когда Эндрю помогал жене с переодеванием малыша, он начал все больше замечать эти особенности у своего сына. Они невольно откладывались в сердце отца. И хотя он не признавался в этом вслух, он начинал привыкать и привязываться к малышу Джону.

Кэтлин не очень хотела оставлять ребенка с мужем, понимая, что это значило бы тоже самое, что оставить его одного. Но когда Джону был всего два месяца, Кэтлин серьезно заболела, была госпитализирована с диагнозом: бронхит. Эндрю остался один на один с сыном, беря на себя заботу о нем.

Прощаясь перед поездкой в больницу, Кэтлин крепко уцепилась за рукав мужа, умоляя его позаботиться о сыне. Ее голос дрожал, а на глазах блеснули слезы. Эндрю было трудно отказать ей, когда она так сильно переживала.

– Я знаю, что ты не любишь Джонни, – впервые призналась она ему о своей осведомленности, – но, если ты любишь меня, то пожалуйста, позаботься о нем.

– Хорошо, – отвечал Эндрю с неохотой и проводил кашляющую жену до машины скорой помощи. – Поправляйся скорее, дорогая.

Он поцеловал жену в висок и крепко обнял одной рукой, придерживая малыша в другой.

– Твой ребенок будет тебя ждать, и конечно же, я буду ждать тебя, милая.

Когда машина уехала, мужчина вздохнул и посмотрел на своего сына. Малютка улыбался ему беззубой улыбкой и тянул пухлую ручку к его покрытому двухдневной щетиной лицу. Малыш был весел и не подозревал, что его мать заболела.

– Ну и чего ты радуешься? – устало спросил он Джона, подходя к деревянной кроватке и укладывая его. Темные волосики смешно топорщились, а малыш тянул ручку к отцу и агукал. – Ну чего тебе?

Он подошел к холодильнику и взял бутылочку с молоком. Мужчина поставил на огонь маленькую кастрюлю с водой и поместил туда детскую бутылочку. Он сел за кухонный стол и открыл компьютер. Проделав несколько операций по работе, Эндрю поднялся из-за стола, потянулся и подошел к плите. Взяв бутылочку, он капнул себе на запястье, как это делала Кэтлин, после чего подошел к кроватке и сунул мальчику бутылочку, обтерев ее сухим полотенцем.