Чтение онлайн

Как он и предполагал, девушка привела его к местному Храму Сивара, представляющему собой амфитеатр, выстроенный прямо на склоне горы. Следуя за ней, он спустился по каменным ступеням вниз, где его ждала высокая килратха, облаченная в ритуальный плащ жрицы Сивара.

— Ралгха. — Хасса шагнула ему навстречу. Жестом, который он помнил с тех пор, когда они были еще детьми на планете Ххаллас, она провела когтями по его загривку, приглаживая густую шерсть. — Ну как ты, все в порядке? Он недовольно передернул плечами:

— Насколько это возможно после всего происшедшего, они допрашивали меня целыми днями.

Хасса кивнула и повернулась к девушке-рабыне:

— Эстер, принеси лорду Ралгхе чего-нибудь попить и листьев аракха. Только быстро.

Девушка поклонилась и легко побежала вверх по ступеням.

— Теперь можешь говорить свободно. — Хасса опустилась на каменную скамью. — Что там произошло?

Ралгха сел рядом с ней, не отводя взгляда от гладкого серого камня. Очень похожего на тот, из которого были сложены стены его камеры.

— Конечно, пришлось несладко, но не так ужасно, как могло быть. Допросы днем и ночью. Часто мне не давали спать; правда, это единственная пытка, которой меня подвергли.

— Я очень встревожилась, когда узнала о твоем аресте. — Темные глаза Хассы — один сплошной зрачок — были непроницаемы. — Мы боялись, что ты расскажешь о восстании.

Ралгха ощетинился даже при одном намеке на его возможную слабость.

— Ни за что на свете! Даже если бы меня пытали, я не сказал бы им ни слова!

— Итак, тебя отпустили. — Хасса нервно выпустила и снова убрала когти. — Они тебя отпустили… но почему?

Он и сам задумывался над этим.

— Думаю, что, с одной стороны, они не смогли найти против меня никаких улик, а с другой стороны, им так и не удалось выведать у меня интересовавшие их сведения обманным путем. Потому что я — тхрак'хра и отмеченный наградами командир корабля. Сам принц Тхракхатх присутствовал при моем последнем допросе и приказал им освободить меня.

— Понимаю. — Хасса надолго замолчала и затем заговорила снова: — Вчера вечером, когда твоя судьба еще не была известна, собирался Совет. И они решили, Ралгха, что если тебе удастся уцелеть, то у них будет для тебя задание.

От возбуждения ему вдруг сделалось жарко — так, что зачесалось все тело. После того, что произошло, он по-прежнему им для чего-то нужен!

— Если мы хотим, чтобы восстание против Императора удалось, нам потребуется помощь, — продолжала она. — Ты будешь нашим послом, полномочным представителем… ты отправишься к землянам и попросишь у них поддержки. Мы станем их союзниками, но они должны помочь нам солдатами, оружием, космическими кораблями. А в подтверждение нашей искренности и честных намерений ты добровольно сдашь им «Рас Ник'хру».

— Сдать… мой корабль? — Ошарашенный Ралгха уставился на жрицу, испытывая то, что, наверное, чувствует крохотный мердха, когда в шею ему вонзаются клыки охотника. — Сдать его землянам? Мой корабль? Как вы могли предложить мне такое?

По выражению физиономии Хассы, яростному и непреклонному, он понял, что она ни за что не отступит. И хотя она питала к нему добрые чувства как к старому другу и возлюбленному, восстание для нее было чем-то вроде собственного дитя, и как самка со всей решимостью бросает своего партнера, чтобы защитить детеныша, так и она могла поступиться всем ради высшей цели.

— Ты обязан сделать это, Ралгха нар Ххаллас! Если ты откажешься, то станешь клятвопреступником. Ты дал Совету торжественную клятву, что будешь сотрудничать с нами в свержении Императора… и теперь, что же, отрекаешься от нее?

Он покачал головой:

— Но земляне уничтожат нас сразу же, как только обнаружат…

Она жестом оборвала его:

— Мы связались с землянами. Их корабль «Тигриный коготь» будет ждать нас в системе Фирекки. Ты сдашь им «Рас Ник'хру» и расскажешь о нашем восстании.

Снова повисла долгая тишина — Ралгха пытался совладать со своими эмоциями и, насколько это было возможно, хладнокровно оценить только что услышанное.

— Хорошо, я сделаю это, — наконец медленно произнес он. — Я обязан это сделать. Я не нарушу данной мною клятвы. Но я знаю, что это означает для меня… Я никогда не смогу вернуться назад. Я никогда больше не увижу ни тебя, ни своего родного Ххалласа.

Он поднял глаза на возвышающиеся над ним горы, на вечернее небо, в котором уже начали загораться первые звезды.

— Иногда я задумываюсь, Хасса, стоило ли нам вообще покидать нашу планету. Детьми мы были счастливы, мы могли остаться там… Я бы, наверное, объявил тебя своей подругой и матерью моих детей, если бы ты дала согласие. Как давно это было, еще до того, как я посвятил свою жизнь военной и политической карьере, а ты свою — служению богу Сивару.

Хасса нерешительно прикоснулась к его щеке:

— Ты думаешь, мы были бы счастливы, Ралгха? Растрачивая впустую свою жизнь в горах Ххалласа? Без славы, без будущего? Я так не думаю. Я предпочитаю гореть ярко, пусть даже и недолго, чем согласиться на это. Я ни о чем не жалею.

Она повернулась ко входу в амфитеатр.

— Ну где эта девчонка? Ведь и нужно-то всего перейти через улицу, а не бежать на другой конец города!

Хасса поднялась по ступеням и выглянула наружу. Потом медленно, как-то неестественно медленно, повернулась к Ралгхе и спустилась вниз.

— Там на улице, около моего дома, имперские солдаты, — тихо сказала она. — Ралгха, тебе надо уходить. Как только они обнаружат, что меня нет дома, они сразу же придут сюда. Видимо, случилось что-то непредвиденное.