Чтение онлайн

– Чудно - почесал он бороду.

– Прибыльно. Ты знаешь, сколько стоит кукла, не такая правда, а механическая?

– ?

– 100 рублей серебром и выше, сам видел в Москве. Но нам такие дорогие делать не надо. А то брать, будут очень мало.

– Вот, ты сделаешь несколько штук и скажешь, сколько вышло и но без обмана. Ты меня знаешь, а то это будет последнее дело у нас с тобой - сразу настраиваю его на нормальное сотрудничество.
– Анна Ильинична сошьёт наряд, тоже посчитает. Потом соберёмся еще раз и все решим.

– А Вам?
– Лука.

– А мне не надо, потом подарите несколько штук, и хватит - подвожу итог.
– Всё иди Лука, думай и делай.

– Зачем ты, всё это затеваешь?
– Анна, когда Лука ушёл.

– Это хороший заработок и возможность показывать новые виды одежды.

– Но это явно не всё, так зачем?
– прищуривает глаза и сжимает губы.

– А затем, что мы не закончили ещё прошлое дело - потом подхватываю её на руки, целую и тащу в душ.

– Хорошее это дело душ - произнесла Анна, стоя под струями теплой воды. А я в это время намыливал мочалку.

– Сейчас будет ещё лучше - полез к ней.

Потом мы ещё пару раз это повторили. И перешли к делам, начали обсуждать нижнее бельё.

– А вот тут, лучше вообще кружева использовать - показываю на ней, а за одно и поглаживаю, красивую грудь и тут же получаю по рукам.

– Хватит, ты уже совсем всякий стыд потерял - сердиться она.

– Ну, хватит, так хватит - перебарщивать явно не стоит, очень надеюсь, что потом наверстаю и не раз - давай по-деловому.
– Начинаю ей объяснять на примерах.

– И где я, тебе кружевниц столько возьму?
– задаёт вопрос.

– В Белеве, выкупишь или возьмёшь на долгий срок - это лучше, хуже - будешь заказывать там - отвечаю.

– А как показывать покупательницам, чтобы продать?

– На своих белошвейках, а потом на куклах или наоборот. На показ, меня пригласишь?
– улыбаюсь.

– Кабель ненасытный - тут же последовал ответ.

– Я в интересах дела - отвечаю серьезно. Утрясли ещё некоторые детали.

Напились чаю с пряниками и мёдом и она, получив от меня ещё одну стеклянную вазу-сахарницу в подарок, довольная отправилась домой. Мир был восстановлен.

– Вы уж не забывайте меня, Анна Ильинична - сказал я на прощанье.

– Тебя забудешь, горе ты мое.

Вторая половина февраля, мороз усилился градусов до 20, а ночью ещё намного холоднее. Я в гостях у Стрельникова, мы сидим у горящего камина и пьем хороший коньяк, закусывая бутербродами с мясом, рыбой и икрой.

– Ох и хорошие штаны мне пошила, Анна Ильинична - расхваливает он портниху, и явно отдает дань и её красоте.

Поздно, я уже забрал эту жемчужину и не кому, отдавать не собираюсь. Да я думаю, и она не захочет, пока во всяком случае.

Потом, мы обсудили раскладушки, и купец попросил поделиться ещё, чем-нибудь. Не сказать, что сами купцы почивали на лаврах, но "мои придумки" всегда приносили им успех и прибыль. Я стараюсь дать им простые вещи в изготовлении, но очень популярные в моё время. Беру я, за это не дорого, а иногда и вообще не беру. Война приближается, осталось четыре года и надо, как можно быстрее нарастить финансовый и производственный капитал наших купцов. Постоянно их настраиваю, на автоматизации производства. Другого способа, я просто не придумал, как разнообразного выпуска товара большим количеством купцов. Поэтому и приходят и в гости, а больше сами зовут и купцы и мастера, чтобы я что-нибудь подсказал. Подделок и в это время хватает, любой, не сложный ходовой товар, сразу подделывают. Да и не большое, его разнообразие. Скорее, мизерное. Купцы и мастера, надо сказать, это оценили и часто дарят, недорогие подарки и продукты или стараются, чем-нибудь угостить.

Сходимся на почти тех же условиях, 500 рублей ассигнациями и 20 комплектов. Я рассказываю про разборно-складной столик со складывающейся пополам столешницей и выдвигающимися ножками и стульчиками.

– А зачем с одной стороны тонкой медью, а с другой деревом?
– спрашивает Стрельников про столешницу.

– Вы делайте, Осип Фёдорович и ободок не забудьте - отвечаю я.

– Вот скажите Дмитрий Иванович, зачем Вам, 20 комплектов?

– У меня много друзей и знакомых, которым тоже нужны подарки. А вот коньяк у вас хороший.

– Ну, если и эти ваши вещи будут так же, хорошо покупать, я вам ящик презентую.

– Ловлю на слове, уважаемый Осип Фёдорович - ну а что, 6 бутылок хорошего коньяка мне не помешают. 600 рублей на дороге, не валяются.

Еду домой и опять чувствую, что тону в бытовухе. Кроме четырех арбалетов, щитов и поручней, ничего путного не сделал. С Ливенцовым Иваном Ивановичем мне пришлось спорить и не раз, но все-таки добился своего. Расстались мы, не довольные друг, другом. Я сказал себе, что больше с ним никаких дел иметь не хочу, слишком жуликоватый тип. А денег с меня содрал, ужас. Нет, надо срочно своих кузнецов.

Щиты, с усиленной по краям кромкой и небольшим умброном, были хороши. Доработанные наручи и нашитые на толстую кожу, тоже. Тренировки стали более насыщенными и интересными. Придумали, как носить его по всей левой руке, при помощи крючков. В походе будем подвязывать бечёвкой с быстро распускающимся узлом. Тут дела у меня с фехтованием, пошли явно лучше. Сделал и ещё один вывод, прямая сабля или шашка, тут не "катят". Лучше польскую корабелу, а ещё лучше индийский тальвар, из-за его рукоятки и гарды. Их закруглённые и изогнутые лезвия, позволяли достать противника за щитом или препятствием. А так же и на обратном движении. А если считать, что я планирую надевать кирасы и шлёмы, то они лучшие. Так, что знаменитые прямые катаны, тут и близко не котируются. Надо попробовать с топорами, томагавками и шестопёрами.

Появились у меня ещё два служивых, хотя приходило уже много, благодаря деду Ивану. Но взял я, пока только этих двоих, на удивления многим. Первое, они были крепкие хорошие ветераны, хоть и покалеченные во время разных постоянных польских мятежей. Второе, очень хорошо понимали дисциплину, в отличие от многих. Вообще с этим тут беда, надо признаться, и виноваты, прежде всего, отцы-командиры. Третье, они не курили. У меня на это, был строжайший запрет. Что многим пришедшим наниматься, не нравилось, и они уходили. Ради эксперимента, только "для своих", я поставил их за забор, чтобы не видели, кто идёт, но зато, это они сразу чувствовали обонянием.