Чтение онлайн

Этим же вечером специальным рейсом Сойкин с молдаванами гонял в лес отстреливать друзей человека. Шесть штук положили - дело немудреное, собаки сами подбегают.

Но Мишку мы увезли в деревню, пристроили в одном дворе - пока гроза минует.

Навещали ежедневно, подкармливали. И вот - на что уж умный пес - а никак не мог понять происшедшей перемены. Ничего не жрал почти, шерсть потускнела, бока запали. А как объяснить? Наверное - навещать не следовало, тогда бы привык к новым хозяевам, смирился. Но мы-то рассчитывали забрать через месяцок. Вот и довели бедолагу.

Утром бригады везут в лесосеку, машина мимо двора - Мишка в крик, мечется.

Вечером обратно - то же самое. Недели две так прошло - и в один прекрасный день

– всё: молчок.

Ну, успокоился, значит, - нам с Гешей даже обидно стало. Говорят, собаки годами тоскуют - фуфло оказалось.

Нет, не фуфло: повесился Мишка - вот и молчал. То есть утром, без воя, сиганул через забор. Перепрыгнуть - перепрыгнул, да так и завис веревка-то удержала.

Не надо было на такой длинной привязывать! Мне иногда подумывается: не рассчитал ли он все заранее? Ведь мог же перегрызть, невелика хитрость!

Впрочем, так и лучше: рано или поздно все равно бы зарубить пришлось, чтоб менты не застрелили зря.

XXIX

Сплав начался как всегда, когда вода стала спадать, - всё не поступала команда из Управления. Начинать же по своему почину в нашей системе не принято - сверху виднее. Серебрянка неправдоподобно разбухает на считанные дни, потом стремительно мелеет - и Гешину бригаду бросили на проплав: почти посуху доволакивать застрявшие баланы до Вишеры. Это, в общем, задача выполнимая (для зэков нет невозможного), но все равно миллионы кубов не доплывают по назначению.

И у Вишеры, и у Камы дно в несколько слоев устлано топляком.

Наверное, отдаленное потомство, исследуя русла наших пересохших рек, примет их за дороги и подивится: смотри, как мостили древние! Не жалели трудов! И наверняка извилистость изучаемых трасс вызовет бурные споры археологов: что было в этом - подлаживание к рельефу? Экономический расчет? Особенности национального менталитета?

И только мои записки примирят сцепившихся интеллектуалов. Нет, мы не мостили дороги! Мы сплавляли лес. Но дороги у нас все равно кривые - рано помирились, продолжайте дискуссию.

А вот мне перекинуться не с кем. Гарик в Вишерогорск укатил по делам. Игорек на сплаве. В лесу всего две бригады оставлено - и я при них. Брожу по вырубам, созерцаю весну. Плохо, что не присесть толком - на земле сыровато, а пни все в соку, прилипаешь. Еще зимой деревья спилены, а корни качают, качают кровь - завидное свойство!

Хоть и выруба - а повеивает жизнью. Вон, две влюбленные бабочки исполняют знаменитое "крылышкуя", причем кавалер с элегантной небрежностью копирует пируэты партнерши... Но что бабочки!
– Такая пора: щепочка не щепочку вспрыгивает.

Это Геша недавно на разводе обобщил философски. Поводом, помню, Орлик стал, полуслепой коняга, всегда мирно пасшийся по утрам возле штаба. А тут - коров мимо него пастухи погнали. И вот - кто бы мог ожидать встрепенулся старичок, напрягся, вывалил свою благодать чуть не до земли, заржал...

– Орлик, делай!
– это зэки, в двести харь, почти хором. Даже коровы приостановились - а вдруг повезет? Но, видно, мы своим криком спугнули вдохновение: втянулась колбасятина, Орлик - снова за травку.

Потом еще до самой лесосеки мужики обсуждали: а что, может конь корове задуть?

Или это так Орлик - сослепу понтанулся?

Не нашлось авторитетных специалистов, и я до сих пор в неведении, а интересно же, правда. "Что положено Юпитеру - не положено быку" (ну, коню - неважно) - ведь несправедливо! То есть человек разумный козу или свинью кроет ничтоже сумняся, а у братьев меньших, значит, табу? И для Орлика корова, как для меня педераст, - ну, никак не объект вожделения, наотрез?

Может, и к лучшему, конечно. Еще лошадей рогатых не хватало. Или быков с гривой.

Кстати, в Африке, наверное, было не так строго - хоть на антилопу гну посмотреть. Да африканцы вообще ребята разнузданные. В нашей общаге, от Герцена, конголезец один, по-моему, только вахтершу не прописюнил, так той за семьдесят, ветеран партии, - это остановило, наверное (что ветеран).

Замечаю: сносит уже мечту в родные края - от бабочек до Герцена допетлял, - скоро на волю, можно расслабиться! Раньше, когда больше полутора оставалось, - никогда бы себе не позволил.

В письмах, между прочим, все наперебой - сокурсники, преподаватели: ну, когда тебя ждать? (Хотя мой срок знают в точности.) Так и подмывает в ответ: да вот уже, в носу доковыряю - и пойду такси ловить.

Но - сдерживаюсь, объясняю вежливо, мол, здесь - такой принцип: раньше сядешь - раньше выйдешь. Раз уж затянул с посадкой до двадцати теперь ждать приходится.

Вот если бы в восемнадцать догадался - уже бы дома был. Впрочем, в восемнадцать я бегал резвее - и терпилу своего наверняка бы догнал. И тогда - неизвестно, уложился бы в пятак или на червонец наколобродил. Запутанная математика, лучше не вдаваться. Как сложилось, так и сложилось - от добра добра не ищут.

ХХХ Кстати, только срок отбывая, понимаешь, почему так мало маяков с того света.

Ведь казалось бы: столько близких уходит - ну отчего не заслать весточку?

Случается, конечно, я не сказал, что нет совсем, я говорю - мало. Тут - полная аналогия: сидишь с человеком душа в душу, годами не разлей; откидывается он - и молчок. Хотя обещал клятвенно: письма на командировке наравне с пайкой по важности - по себе же знает.

Будь наши срока по пятьдесят-шестьдесят лет - никто б и не верил, что воля есть, любая ксива за фальшивку бы катила. Думали бы: так, ментовские выдумки, чтоб контингент посмирней сидел, без резни повальной... Да, слишком разные миры.