Чтение онлайн

— Начинается! — перекричала Элфи нарастающий гул ветра. — Пристегни ремни.

Артемис затужил ремень.

— Пристегнуты, капитан!

Это он очень вовремя сделал. Земля, казалась, рванулась им навстречу, заполняя все вокруг так, что даже неба не было видно. Затем с оглушительным стуком они приземлились под градом мелких камушков. Какие-то цветы на длинных стеблях осыпали переднее стекло погребальными букетами, и пропеллер с резким скрежетом остановился. Артемис почувствовал, как ремень безопасности впивается в плечи, удержав его левый бок, что было очень кстати, потому что его голова могла бы в буквальном смысле отойти к вечному сну, когда крыло пропеллера глухо врезалось в свободное кресло.

У маленького самолета отбило крылья, пока его несло вниз по авеню. Потом самолет перекинулся на крышу и с ужасающей вибрацией затормозил.

— Ну, могло быть куда хуже, — заметила Элфи, отстегивая ремень.

«Действительно», — подумал Артемис, наблюдая за каплями крови на своем носу, которые вот-вот сорвались бы.

Внезапно нечто, похожее на гигантский взбесившийся персик, приземлилось на остатки переднего стекла, разбив и их вдребезги, и, пошатываясь, остановилось.

«Мульч сделал это», — пронеслось в мыслях у Артемиса. «Отлично».

Мульч буквально всполз по ступенькам в поместье, одержимый идеей немедленно истребить что-нибудь съестное, дабы восполнить освободившееся в желудке пространство.

— Боги, неужели супермодели делают это каждый месяц? Вы можете в это поверить? — стонал он.

Артемис открыл дверь, и Мульч немедленно исчез, стуча ногами по коридору в направлении кухни.

Артемису и Элфи пришлось тащить Дворецки, причем в бессознательном состоянии последнего это было примерно также легко, как тащить штук десять наковален.

Им удалось дотянуть его до третьей ступеньки, как вдруг странная лысая малиновка залетела в окно и приземлилась на лицо Дворецки, уцепившись маленькими коготками за его переносицу. Это в принципе было немного подозрительно, но зажатая в маленьком клювике записка делала птичку еще более зловещей.

Артемис выпустил руку Дворецки.

— Оперативно, — прокомментировал гений. — Опал не тратит время зря.

Элфи взяла из клювика записку.

— Ты этого ждал?

— Да. Даже не озадачивайся чтением, Элфи. Слова Опал не стоят бумаги, на которой они написаны, а я гарантирую, что бумага эта — дешевая.

Разумеется, Элфи прочитала записку, и щеки ее разгорались огнем с каждым новым словом.

— Опал просит об одолжении нашей компании на тотальной очистке. Если мы осчастливим ее своим визитом, только ты и я, тогда она оставит твоим братьям жизнь. Также она обещает освободить Жеребкинса, если ее хорошо попросят.

Элфи скатала бумажку в шарик и швырнула в птичку.

— Пойди и передай своей хозяйке, что она ничего этого не получит!

Птичка агрессивно засвистела и истерически захлопала крыльями.

— Хочешь испугать меня, Берсеркер? — осведомилась Элфи у птички. — Может, и я потрепалась немного после аварийной посадки самолета, но я все еще могу дать тебе пинка!

Малиновка взлетела в воздух и унеслась обратно к хозяйке, издавая звуки, больше похожие не на птичью трель, а на ироничные смешки.

— Лети от греха подальше, птичка! — закричала Элфи вслед, позволив себе некоторое непрофессиональное поведение, что, кстати сказать, немного улучшило ей настроение. Но как только малиновка скрылась за деревом, эльфийка вернулась к делу.

— Мы должны спешить, — сказала она, поднимая Дворецки за руку. — Все это блеф. У нас на хвосте много прихвостней Опал. Может быть, прямо сейчас за нами наблюдают… червяки…

Артемис не согласился:

— Нет. Врата для нее сейчас важнее всего. Она не станет рисковать солдатами, чтобы они за нами следили. Но спешить мы, тем не менее, должны. До рассвета всего пара часов, у нас осталось времени только на одно наступление.

— То есть мы игнорируем записку?

— Разумеется. Опал просто играет нашими эмоциями для собственного удовольствия. И больше ничего. Она хочет психологически настроить себя на лидирующую позицию.

Ступеньки были покрыты эфемерными ледяными кристаллами, которые в лунном свете сияли, как в кино. Наконец Артемис и Элфи сумели закатить Дворецки по лестнице и выкатить на ковер, который они специально вынесли сюда для телохранителя. Затем они подложили ему под голову декоративные подушки, которые Ангелина Фаул обычно аккуратно раскладывала на креслах.

Спина Элфи захрустела, когда она выпрямилась.

— Итак, мы в который раз обманули смерть. Что дальше, гений?

Элфи старалась говорить бодро, но в ее расширенных зрачках отражалось отчаяние, близкое к катастрофическому. Похоже, что даже Артемису, с его фирменными сюрпризами в самом конце авантюры, не удастся спасти человечество…

— Мне нужно подумать, — просто сказал Артемис, быстро поднимаясь по ступенькам. — Поешь чего-нибудь, можешь даже попытаться вздремнуть. Мне понадобится как минимум двадцать минут.

Элфи вскарабкалась за ним, с трудом преодолевая человеческие ступеньки.

— Подожди! Подожди минуту, — она перехватила его и посмотрела прямо в глаза. — Я тебя знаю, Артемис. Ты всегда скрываешь самый большой козырь ото всех, а потом разыгрываешь его в самом конце. Твои гениальные штучки работали до этого момента, но не сейчас. Сейчас просто откройся мне. Я могу помочь! Так что, просто скажи мне правду… у тебя есть план?

И Артемис солгал своей подруге в глаза.

— Нет. Никакого плана.

В ЛеППРКОНе было несколько оперативников, работающих под прикрытием в человеческих парках развлечений по всему миру, поскольку люди даже косого взгляда не бросят в сторону гнома или эльфа, стоящего возле механического единорога или у американских горок. Как-то раз Жеребкинс пересматривал видеозаписи с одной из поездок в местечке под названием Орландо. Это место сторонники теории заговора из Совета уверенно считали тренировочной базой секретной группы правительственных эльфов-киллеров. Во время этой поездки люди находились в вагоне метро, подъезжавшем к станции. Станция эта подверглась всем известным человеку или эльфу природным катаклизмам. Сначала землетрясение разделило тоннель пополам, затем ураган поднял в воздух кучу мусора, потом наводнение сбросило транспортные средства сверху вниз, и наконец настоящая лавовая волна пробила окна.