Чтение онлайн

После первых месяцев паники, молодой парень, фанат комиксов о Зеленых Фонарях [13] из Сиднея, умудрился вернуть человечеству Интернет. Несмотря на то, что антенна пришла в негодность, он узнал, как ее починить. Постепенно современность начала возвращаться, например, некоторые любители устанавливали телефонные сети, а дети уже оккупировали телевизионные станции. Радио сделало огромный шаг назад, и некоторые полузабытые старые бархатные голоса ребят из семидесятых вернулись из отставки и заняли место компакт-дисков в дисководах. Вода стала новым «золотом», а нефть встала на третье место в списке используемого топлива после солнца и ветра.

По всему земному шару наблюдались сотни странных существ, которые в равной степени могли быть как волшебным народцем, так и пришельцами. Сейчас ты их не видишь, а в следующую секунду ты слышишь треск или постукивание, и вдруг перед тобой появляется группа уж очень низкорослых людей. Маленькие летательные аппараты падали с неба, а бессильные субмарины покачивались на поверхности морских заливов сотен крупных городов. Проблема заключалась в том, что все эти машины самоуничтожались, а любой эльф или пришелец, где-либо взятый под стражу, необъяснимо исчезал в течение нескольких недель. Человечество понимало, что оно не одно на планете, но никогда не знало, где найти их странных созданий. И учитывая, что люди до сих пор даже океаны не до конца исследовали, то прошло бы еще несколько столетий, прежде чем они бы получили возможность спуститься под земную оболочку.

Поэтому любые истории о народце раздувались и обрастали преувеличениями до тех пор, пока в них попросту не перестали верить, а единственное сохранившееся видео по своей убедительности не могло посоревноваться даже с детским субботним шоу.

Но люди упрямы, и они будут верить в то, что видели, до самой своей смерти. Вскоре психиатры стали приписывать любые рассказы о волшебном народце к той же группе, что и галлюцинации с динозаврами, супергероями или Лох-Несскими чудовищами.

Ирландия вновь стала настоящим островом. Население вернулось к земледелию и снова начало выращивать свое пропитание, которое они теперь с удовольствием ели, а не жевали механически, не замораживали и не отправляли на другие континенты. Многие богатые землевладельцы добровольно отдавали простаивающие земли голодным людям, готовым работать.

Родители Артемиса готовились к своему возвращению из Лондона как раз тогда, когда во всем мире произошла катастрофа. Вскоре после похорон Артемиса, земли Поместья Фаулов разделилось более чем на пятьсот раздельных участков, где люди выращивали любые овощи и фрукты, какие позволял ирландский климат.

Похоронная церемония сама по себе была простой и закрытой, в присутствии лишь двух семей: Фаулов и Дворецки. Тело Артемиса было погребено на полянке на высоком холме, где он проводил так много времени, размышляя над своим солнечным самолетом. Сам Дворецки отказался присутствовать, поскольку он решительно отказался верить даже тем фактам, которые предстали у него перед глазами.

«Артемис не мог просто так уйти», — утверждал он время от времени. — «Это еще не конец игры».

Его невозможно переубедить, неважно, как много раз Джульетта или Ангелина Фаул пытались с ним говорить.

Наверное, именно поэтому телохранитель не показал ни тени удивления, когда однажды на рассвете капитан Элфи Малой появилась в дверях его домика.

— Что ж, как раз вовремя, — сказал он, снимая бронежилет с вешалки. — Артемис оставил какие-то указания, и вам потребовалось полгода, чтобы их расшифровать.

Элфи поспешила за ним.

— Указаниям Артемиса не так-то просто было последовать. И более того, то, что он нас попросил сделать, абсолютно незаконно.

Во дворе домика, оранжевое сияние утреннего неба прорезалось сквозь открытую калитку, и над ней в воздухе парил Жеребкинс.

— Что, на ваш взгляд, выглядит менее подозрительно? — поинтересовался Дворецки. — Инопланетный корабль, парящий около деревенского домика, или кентавр, стоящий в дверях этого корабля?

Жеребкинс застучал копытами по трапу, таща за собой тележку. Дверь шаттла закрылась, и он растворился, перейдя в невидимый спектр.

— И что мы, скажите пожалуйста, с этого получим? — возмущался он. — Все, что мы делаем, против всяких законов волшебного народца, и вообще аморально. Кобыллина думает, что я на церемонии Мульча. Совет так расщедрился, что дает ему медаль. Я ненавижу врать своей жене. И если я в ближайшие десять секунд не отвлекусь от этих мыслей, то попросту передумаю!

Элфи взяла на себя управление тележкой.

— Ты не передумаешь. Мы зашли слишком далеко, чтобы бросить все, и вернуться без результата.

— Эй, — обиделся Жеребкинс. — Я просто сказал.

Взгляд Элфи был жестким, что можно было объяснить, как непринятие ею любых оправданий. Это выражение не сходило с ее лица уже шесть месяцев, с тех пор, как она вернулась домой после той истории с Вратами Берсеркеров. Первое, что она сделала по возвращению — отыскала Жеребкинса на Полис Плаза.

— У меня есть сообщение для тебя от Артемиса, — сказала она, когда Жеребкинс выпустил ее из своих душащих объятий.

— Правда? И что же он сказал?

— Что-то о какой-то куколке. Сказал, чтоб ты подключил ее к питанию.

Ее слова произвели сильный эффект на кентавра. Он отступил к двери и закрыл ее за Элфи. Затем он включил детектор подслушивающих устройств и проверил себя на их наличие.

Элфи знала, что это слово что-то значило для него.

— Что за куколка, Жеребкинс? Почему Артемис в этом так заинтересован?

Жеребкинс взял Элфи за плечи и усадил ее в кресло.

— Почему Артемис в этом так заинтересован? Элфи, наш друг мертв. Может, лучше отпустить его?

Элфи оттолкнула кентавра и вскочила на ноги?

— Отпустить?! Артемис не отпустил меня на Гибрасе. Он не отпустил Дворецки в Лондоне. Он защищал Гавань во время гоблинского восстания. А теперь расскажи мне, что такое куколка?

И Жеребкинс ей рассказал. Очертания плана Артемиса стали очевидными, хотя требовалось еще много информации.