Чтение онлайн

Кристина опустилась на стул рядом с виконтом, а пары закружились в контрдансе. Болтая о разных пустяках, виконт откровенно флиртовал, а графиня добродушно подшучивала над ним.

Ухаживания такого отъявленного повесы должны были ее раздражать, но Кристина ощущала лишь безудержное веселье и даже удовольствие. Дни ее юности остались далеко в прошлом, и она действительно чувствовала себя престарелой матроной рядом с танцующими в центре гостиной девушками. Десять, нет, теперь уже почти одиннадцать лет прошло с момента ее дебюта. Кристина до сих пор помнила, какое удовольствие испытала тогда. Как это чудесно и волнительно — ощущать себя молодой и привлекательной, кружась в водовороте развлечений, ловя на себе взгляды, полные восхищения и… любви.

Взгляд Кристины остановился на графе, державшем за руку Лиззи Гейнор. Из их рук получилось некое подобие арки, сквозь которую проходили теперь остальные танцующие.

Он любил Кристину так же, как она любила его. Глупое юношеское чувство — такое же призрачное и мимолетное, как сон. Оно причинило Кристине боль, которая и теперь время от времени терзала ее душу. Джерард. Разве могла она представить в те золотые дни своей юности, что они будут находиться в одном помещении и при этом чувствовать себя так, словно их разделяют тысячи миль?

— Нет, наверное, мне и впрямь стоит попытаться стереть с вашего лица это выражение острой тоски и заменить его на… что-то другое, — раздался голос виконта Латрелла.

Кристина порывисто повернулась к нему. Легкий флирт грозил перерасти в нечто сбивающее с толку. Но прежде чем Кристина успела придумать ответ, который поставил бы виконта на место, тот заговорил снова.

— Хотя, конечно, кое-кто из моих друзей может сказать, что я слишком ленив, чтобы принять брошенный мне вызов. — Подернутые поволокой глаза виконта смеялись.

Кристине оставалось лишь посочувствовать той неопытной девушке, на которой виконт Латрелл решит испытать свои чары. У бедняжки не останется ни единого шанса на спасение от опытного обольстителя. Правда, потом чутье подсказало графине, что виконт не стал бы вести себя подобным образом с неискушенной девушкой. Кристину же он считал равной себе по опыту и искусству флирта. Ведь ей, вдове, прожившей в браке девять лет, как-никак исполнилось двадцать восемь. Впрочем, виконт не мог знать, что все эти девять лет она жила в плотном коконе, от которого только теперь робко пыталась освободиться.

Но с ней виконту не справиться. Легкий флирт? Пожалуйста. Что-то более серьезное? Кристина сомневалась, что виконт действительно рассчитывал на что-то большее.

— В таком случае, милорд, — произнесла графиня, — мне, наверное, стоит поблагодарить небеса за вашу лень.

Виконт одобрительно рассмеялся.

— И все же я должен собраться с силами и станцевать хотя бы один танец, — произнес он, когда музыка стихла, сменившись громкими аплодисментами зрителей и танцующих. — Надеюсь, ваша юная золовка не откажет мне, сославшись на ломоту в суставах.

Маргарет явно не собиралась отказывать виконту. Раскрасневшаяся, с очаровательной улыбкой на устах она просияла, когда виконт Латрелл отвесил перед ней изысканный поклон. Кристина не узнавала собственную до боли знакомую гостиную. Она всегда считала ее слишком мрачной и слишком большой для семейных посиделок. И все же обитатели Торнвуда каждый вечер неизменно собирались именно здесь, вместо того чтобы остаться в гораздо более уютной соседней комнате. Теперь же гостиная была наполнена светом и весельем и казалась тесной для импровизированного бала, устроенного гостями. Вскоре слуги принесли подносы с чаем, что вызвало бурный протест со стороны молодежи. Они заявили, что не намерены отправляться в постель в столь ранний час. Граф позволил им танцевать хоть всю ночь, если только им удастся уговорить леди Ханну играть так долго. Однако леди Гейнор напомнила дочерям, что впереди у них еще целых три дня, не считая Рождества, и предположила, что они вряд ли захотят растратить всю свою энергию в первый же день.

— О да, — крайне неохотно согласилась Сюзан Гейнор. — Я всегда выгляжу разбитой, если не высплюсь как следует.

— Просто не верится, что вы можете выглядеть разбитой, — галантно заметил ее партнер по танцам мистер Редуэй. — Даже если вам придется танцевать без перерыва вплоть до Судного дня, мисс Сюзан.

Однако леди Ханна уже поднялась из-за фортепьяно, чтобы выпить чаю, и все дружно согласились с тем, что день оказался слишком долгим и насыщенным событиями и теперь пора отправляться по своим комнатам.

— Возможно, завтра вечером мы сможем потанцевать снова, — произнесла Кристина после того, как пожелала всем спокойной ночи.

Но для нее день еще не закончился. Она поняла это, когда уже собиралась покинуть гостиную, но была остановлена графом. Он подошел к ней и положил ладонь на ее руку.

— Я хотел бы поговорить с вами в библиотеке, прежде чем вы отправитесь спать, миледи, — тихо сказал он ей на ухо. — Я уже распорядился растопить там камин и зажечь свечи. Подождите меня, пожалуйста. Я долго не задержусь.

Ничто в его голосе не указывало на предмет предстоящего разговора. Возможно, он хотел еще раз обсудить планы на завтра. И все же у Кристины перехватило дыхание, а желудок болезненно сжался. Внезапно ее охватил беспричинный страх. Граф не просил ее. Он отдал приказ.

— Хорошо, милорд, — холодно ответила Кристина.

Кое-кто из джентльменов решил остаться в гостиной и пропустить перед сном по стаканчику. Прошло целых пятнадцать минут, прежде чем Джерард смог их покинуть и отправиться в библиотеку. Он ожидал, что Кристина уже ушла. Но она все еще ждала его. Графиня стояла возле камина и смотрела на дверь. Когда граф вошел в библиотеку, она сделала несколько шагов ему навстречу.

Она казалась ошеломляюще красивой в своем переливающемся изумрудно-зеленом платье. Если бы обстоятельства сложились иначе, он, возможно, направлялся бы сейчас в ее будуар, оставив за плечами десять лет брака. Это стройное изящное тело наверняка показалось бы ему таким же знакомым, как и его собственное. Прогнав прочь непрошеные мысли, Джерард пересек библиотеку и остановился перед графиней на расстоянии вытянутой руки.

— Никаких карт в Торнвуде, — тихо процитировал он ее собственные слова. — Я не позволю в своем доме азартных игр.