Чтение онлайн

– Ну, не знаю…

Знала она, знала. Любила она золото и камушки. А однажды даже Ваньке Жирному отдалась за колечко с голубым топазом. Так у него никаких шансов не было, но подарок сделал свое дело. Хотя топаз – всего лишь полудрагоценный камень.

– А мне кажется, знаешь, – лукаво улыбнулся Роман Владиславович. – Ты – вылитая мать. Бьюсь об заклад, что у тебя ее гены.

– Может быть.

– Ты любишь веселую жизнь?

– Ну, как сказать…

– Любишь. Поэтому мы будем с тобой гулять, – сказал он с таким видом, будто делал ей одолжение.

Он легко встал с кресла, галантно подал Инге руку, помогая ей подняться на ноги. Так под руку с ним она вышла из номера. Красивая девушка, красивое платье. Как же Инге сейчас хотелось казаться королевой! Пусть все, кто попадется на пути, падут к ее ногам…

Первой на пути попалась дебелая толстуха в годах. В руках – стеклянная ваза с высохшими розами. Старомодная прическа, старомодный балахон, глаза как у бешеной макаки. Она злобно смотрела на Ингу и уж точно не собиралась падать к ее ногам.

– А-а, здравствуй, Людок! – насмешливо, если не сказать с издевкой, поприветствовал ее Роман Владиславович. – Что вспенилась? Натаху увидела, да? Натаха это. Молодая, красивая – ух! А ты все стареешь, мать!

Женщина молча поджала губы и спрятала глаза. Но это показная покорность. Будь ее воля, она бы сначала выцарапала глаза Инге, а затем бы разбила вазу на голове у Романа Владиславовича.

– Кто это такая? – спросила Инга, когда они зашли в лифт.

– Когда-то твоя мать отбила у нее мужа. Ты не поверишь, но я слышу, как она кричит тебе вслед. И знаешь, что кричит? «Твою мать!»

– Не смешно, – поморщилась Инга.

– Узнаю твою мать. Она тоже умела показывать зубки.

Они прошли в тот же ресторан, в котором совсем недавно Инга съела столько вкусных блюд. Глазами съела. Но сейчас, похоже, ей обломится настоящий ужин. Она очень на это надеялась.

Роман Владиславович провел ее в отдельный кабинет. Просторная и роскошная комната с окном в общий зал. Один-единственный стол, кресла, диван из белой кожи в углу. Картины, золоченые подсвечники, приглушенные тона…

– Когда-то мы проводили здесь время с твоей матерью, – сказал он. – Давно это было. С тех пор многое изменилось. Очень многое. Но суть осталась. Не знаю, нужно ли это говорить, но сегодня я думал о твоей матери. Думал о ней, а увидел тебя. Вот из этого окна. Я еще подумал, что у меня галлюцинации… Ты же не галлюцинация, нет?

– Нет.

– Вот и я так же думаю.

Он посадил Ингу на диван, сам сел рядом впритирку к ней. Сначала обнял ее рукой за плечи, затем той же рукой провел по оголенной спине.

– У тебя потрясающе нежная кожа.

– Я знаю.

Если он хотел доставить ей удовольствие своей непрошеной лаской, то из этого у него ничего не вышло. Не млела она от его прикосновений и уж тем более не пьянела. Вот если бы Зиновий приласкал ее… Но кто такой Зиновий? Перекати-поле без роду и племени. А Роман Владиславович – большая величина. Зиновий все знает, все видит, но где он был, когда подлый хач пытался ее изнасиловать? А Роман Владиславович оказался на месте, он ее спас. И это давало ему право владеть ею. Пусть владеет. Она все стерпит, лишь бы заполучить красивую жизнь. Он будет дарить ей бриллианты, квартиры, машины…

– Нет, ты не галлюцинация. У тебя все настоящее…

Его рука залезла под лиф ее платья, облапила мячик ее груди. Удовольствия Инга не получала, но и попыток избавиться от похотливых рук не предпринимала. А руки разошлись не на шутку – развязали тесемки на ее платье, полностью оголили грудь и живот…

– Может, сначала поужинаем? – предложила Инга.

В ее голосе сквозили просительные нотки, но уже угадывались и требовательные. В конце концов, если она что-то дает, то обязана получать что-то взамен.

– Да, конечно, – покровительственно улыбнулся Роман Владиславович. – Заказ уже принят.

Он не обманул. Едва они переместились за стол, как открылась дверь, и улыбчивая официантка подала салат из креветок. Затем было каре ягненка с овощами, картофель по-царски, блинчики с красной икрой. Черную икру подали в вазочке, но к тому моменту Инга так наелась, что уже и смотреть на нее не могла. Жаль, что домой нельзя было взять. Да и не уйдет она сегодня домой. Можно было не сомневаться в том, что эту ночь ей придется провести в объятиях Романа Владиславовича. «Кто девушку ужинает, тот ее и танцует…»

Она не ошиблась. После ужина кавалер повел ее в номера…

Инга проснулась рано утром. Настенные часы показывали пятнадцать минут седьмого, но в комнате уже было светло как днем. Рядом дрых Роман Владиславович. Он лежал на спине, откинув в сторону простыню. На груди и на плечах – целая галерея рисунков. Восьмиконечные звезды на ключицах, чуть ли не во всю грудь – лев на фоне средневекового арсенала, рядом скачет какой-то олень, на одном плече – орел на вершине горы, на другом – кот в шляпе. Вчера она этого не видела. Как-то быстро все произошло. Роман Владиславович погасил свет, швырнул ее на кровать и грубо овладел. До сих пор внутри саднит.

– Что, не нравится? – не открывая глаз, спросил он.

Инга вздрогнула от неожиданности.

– Э-э, нравится…

– Мне тоже нравится. Я – вор, моя дорогая. Законный вор.

Конечно же, она знала, что законный вор – это круто. Но ей казалось, что законник должен носить клетчатую кепку, перетирать в золотых зубах мундштук «беломорины» и с наглой ухмылкой высматривать жертву, у которой можно вырезать из сумочки кошелек или вытащить из пиджака бумажник. Руки в брюки и базар на фене… Роман Владиславович умел общаться на лагерном жаргоне, в этом Инга убедилась вчера, когда он гнобил Карапета. Но ведь с ней он по большому счету говорил на нормальном человеческом языке. Стильный костюм, запах дорогого одеколона, и во рту никакого золота – сплошной фарфор. И все-таки он – уголовник, вор в законе. Щедрая, но опасная личность.