Чтение онлайн

Выйдя из спальни, Деннинг принес с собой слабый запах мыла. Тесс поставила пиво на одном конце обеденного стола и отошла с Рен к другому, как можно дальше. Он взял бутылку, но не сел. И она тоже. Между ними простерся, словно минное поле, стол.

— Ваши родители сказали, что вы были в Афганистане.

— Да, был.

— Вы их видели?

— Я поеду к ним после того, как уеду отсюда.

Рен пососала ее ключицу. Тесс томилась в ожидании.

Деннинг поднес бутылку к губам и сделал долгий глоток, прежде чем снова заговорил.

— Я не знаю, что вам сказала Бьянка, но это не мой ребенок.

Где-то внутри резко зашумело.

— Я посчитал, — пояснил он. — Даты не сходятся.

Влажные пальчики Рен коснулись ее щеки. Тесс взяла малышку за ручку.

— Но… Вы говорили со своими родителями. Вы же сказали…

— Я знаю, что сказал. — Он сделал еще один большой глоток пива. — Я находился недалеко от Долины смерти, и связь все время рвалась. Только два дня назад, когда вернулся в Кабул, я смог разобраться во всех датах. У меня был отпуск, поэтому я вылетел следующим рейсом — сначала увидеть вас, а потом поговорить с ними. — Наконец Деннинг сел за стол, все еще вертя в руках бутылку. — Слушайте, мне жаль, что вам пришлось пройти через все это. Вот почему я считал, что должен приехать сюда и рассказать вам лично. Рассказать им.

Входная дверь открылась, и вошел Иен. Он остановился, увидев гостя.

— Еще одна травма по соседству?

Тесс отошла от стола.

— Иен, это Саймон Деннинг.

Иен был дока по части скрывать свои эмоции, и она в очередной раз стала свидетелем его мастерства.

— Вот как?

— Он говорит, что не он отец Рен.

— Я не ее отец.

Деннинг осушил бутылку и со стуком поставил на место.

Иен подошел ближе, не глядя на Тесс, только на Деннинга.

— Может, вам лучше рассказать нам всю историю.

Деннинг в общих чертах обрисовал свой короткий роман с Бьянкой, который начался с их встречи в баре Ист-Виллиджа.

— К ней приставала пара парней, что ей явно не нравилось, поэтому я вмешался и повел себя так, будто у нас свидание. Она была девушкой веселой и какой-то бесшабашной. Такую, как она, я прежде не встречал. Я ей нравился, но в городе собирался пробыть всего неделю, так что ничего серьезного бы не вышло. Тем не менее, у нас случился роман страстный, но короткий.

Он продолжил рассказ, описывая свидания, где бывал с Бьянкой, с кем виделись. Был столь откровенен, что Тесс чуяла, что он говорит правду еще до того, как он вытащил свой телефон и пролистал серию устаревших фотографий их двоих вместе. Живот Бьянки был плоским, но быстрый мысленный подсчет показал, что она была примерно на шестой неделе беременности.

Саймон потер небритую челюсть.

— В то время я не задумывался об этом, но припоминаю, что никогда не видел, чтобы она пила алкоголь, даже в ту ночь, когда мы встретились в том баре. Теперь это приобрело смысл. Она уже была беременна.

— Вы сдадите ДНК-тест? — спросил Иен.

— Если вы за это заплатите.

— Это моя вина, — пробормотал Иен, когда Саймон ушел. — Она сказала мне, что забеременела от Деннинга, и я купился, хотя уж кто-кто, а я должен знать, насколько небрежно Бьянка обращалась с фактами.

Почему Иен не взглянул на нее, Тесс?

— У тебя не было причин подозревать, что она солгала.

— Я ее знал. — Он потер шею сзади. — Мне следовало провести расследование, но она сказала то же самое нескольким знакомым.

Тесс закусила нижнюю губу.

— Может быть, это к лучшему.

— Ты знаешь, что это не так.

Он был прав. Тесс не могла представить себе, как она может протянуть месяцы — годы — в ожидании, когда появится другой мужчина и заберет ее ребенка.

— Я собираюсь на Манхэттен, — сказал Иен. — Поговорю со всеми, кто ее знал. Я разберусь с этим.

— Это моя ответственность.

— Почему?

— Потому что Рен моя. Ты просто ее… ее крестный фей.

Наконец он посмотрел на нее, но между ними пролегло такое расстояние, как будто они только-только познакомились.

— Ты понимаешь, о чем я, — сказала она.

— Да, о многом. Но не об этом.

— Я справлюсь сама.

— Уверен, что сможешь, но зачем тебе?

Потому что именно так она будет воспитывать Рен. В одиночестве, сама.

Иен удивил ее, уехав спустя несколько часов. Что-то в его поведении — отстраненность, которая отсутствовала еще несколько дней назад, — заставляло тревожиться. Тесс убеждала себя не брать в голову. Ей надо перестать пытаться читать его мысли и сосредоточиться на своей жизни. Это означало переехать в хижину окончательно.

Остальные вещи перевезли быстро. Тесс работала над своими записями к завтрашнему вечернему собранию общины, но в основном держала на руках свою крошечную капризную дочку и старалась не думать о лежавшей впереди неопределенности.

Даже с закрытыми шторами в ту ночь она представляла заглядывающего в окно Брэда Винчестера, и ей не нравилось, что он заставил ее так нервничать. Лежа в постели, она скучала по Иену, и не только по их сексуальной жизни. Ей не хватало возможности поговорить с ним, быть с ним.

Рен, похоже, не нравилась хижина больше, чем Тесс, — а может, она тоже скучала по Иену, — потому что всю ночь куксилась.

Утром Тесс проглотила две чашки крепкого кофе, пока беспокоилась, придет ли кто-нибудь на сегодняшнюю встречу. Или, может быть, жители явятся с горячей смолой и ведром перьев, приготовившись выгнать ее из города за развращение их молодежи. Она уговаривала себя, что этого не произойдет. Да, в городе были свои реакционные приверженцы, но имелись и здравомыслящие люди… хотя многие из них могли верить в то, что она виновата в смерти Бьянки.

Тем утром Темпестский женский союз собирался в «Разбитом дымоходе». Так что народу было битком, чтобы Тесс могла подумать, что она будет делать, если не сможет преодолеть это последнее препятствие. Мишель, которая должна была родить в любой момент, уже неделю как уволилась. Саванна все еще работала, но двигалась так медленно, что пользы от нее было никакой. Поскольку Тесс любила беременных женщин — даже тех, которые ей сильно не нравились, — она не жаловалась, даже на затянувшийся перерыв на отдых, который устроила себе Саванна.