Чтение онлайн

За каждым — Серафим, держа в руке

Горящую тростину. Изумясь,

Гадали мы; увы, недолго. Вдруг

Они тростины протянули разом

И прикоснулись к маленьким щелям,

Пробитым в комлях дьявольских махин.

Мгновенно Небо заревом зажглось

И тотчас потемнело от клубов

Густого дыма из глубоких жерл,

Что диким рёвом воздух сотрясли,

Его раздрали недра и, гремя,

Рыгнули адским пламенем и градом

Железных ядер и цепями молний;

И необорно, точный взяв прицел

На противостоящие войска,

Сразили победителей с таким

Неистовством, что ни один герой,

Державшийся доселе как скала,

Не в силах был остаться на ногах.

Десятки тысяч падали вповал,-

Архангелы и Ангелы; напасть

Усугублялась от тяжёлых лат;

Когда бы не доспехи, каждый Дух

Избегнул бы ударов, уклонясь

Иль сократись в размере; но теперь

Они — в смятенье. Надо отступать,

Бежать позорно. Свой стеснённый строй

Бойцы напрасно тщились разомкнуть.

Что делать? Устремиться напролом?

Но с поношеньем их отбросят вновь,

Повергнут и глумливо осмеют.

Уже во вражьем стане новый ряд

Стоит, готовый дать очередной

Залп громовой. Но обратиться вспять,

Бесславно пораженье претерпев,-

Вот что страшило более всего!

Разгром врагов предвидя. Сатана

С насмешкою воззвал к своим войскам:

"— Друзья! Что ж победитель к нам нейдёт

Надменный? Он так чванно выступал;

Когда же мы, открыв чело и грудь,-

Возможно ль было большее свершить?
–

Условьями осыпали врагов

Миролюбивыми, — они бегут

Невесть куда, кривляются вприпрыжку,

Как будто вознамерились плясать,

Хоть странные и дикие скачки

Для пляски непристойны. Может быть,

Их миролюбье наше веселит?

Придётся предложенье повторить;

Авось придут к согласию быстрей!"

Ответил столь же колко Велиал:

"— О Вождь! Целенаправленны, твёрды,

Весомы предложенья паши. Знать,

Пришлись они по вкусу, а иных

И поразили. Кто же прямо в лоб

Заполучил их, тот уразумел

Всем существом, от головы до пят.

А если и не поняты дары,

По крайности, хоть показали нам

Врагов, хромающих на четвереньках!"

Так изгалялись оба меж собой,

Куражились, победу возомнив

Заведомой, надеясь без труда,

Посредством хитрой выдумки своей,

Сравняться с Вечной Силой. Гордецы

Презрели Божий гром и Божью рать,

Пока она стояла, смущена,-

Недолго, впрочем; ей прибавил гнев

Решимости, оружие открыл,

Способное бороться с адским злом;

Заметь, какую мощь ей придал Бог

И превосходство! Ангелы спешат

Быстрее молний; мчатся, побросав

Доспехи, к окружающим горам

(Чередование долин и гор

Приятное Земля переняла

У Неба) и, в основах расшатав,

Срывают, за косматые схватясь

Вершины, поднимают заодно

С громадою всего, что есть на них,-

С утёсами, лесами и ручьями,-

И на врагов несут. Вообрази

Мятежных Духов изумленье, страх,

Узревших горы, что на них летят

Вверх основаньями и, грохоча,

Обрушиваются на три ряда

Стволов проклятых! Этот страшный груз

Все упованья их похоронил;

Затем настал черёд бунтовщиков;

Холмы и горы, скальные кряжи

На них свалились, воздух затемнив,

И целые когорты погребли.

Доспехи только множили беду,

Вонзаясь в плоть, терзая и тесня,

Невыносимую чинили боль.

Страдальцы вопияли и, стремясь

Отбросить гнёт, метались, извивались,

Чтоб выбраться на волю из тюрьмы.

Мятежники хотя и Духи света

Чистейшего, но вследствие греха

Их естество померкло, огрубев.

Подобно нам, другие применили

Такое же оружье, оторвав

От оснований ближние хребты;

Швыряемые яро с двух сторон,

Сшибались горы в воздухе; внизу,

Под страшной сенью гор, как под землёй,

Во мраке длилась битва. Адский шум!

В сравненье с этой битвою война

Забавой показалась бы. Одно

Ужасное крушенье на другое

Нагромождалось; Небеса вот-вот

Обрушатся, в руины обратись,

Когда б не всемогущий Бог-Отец,

В незыблемом святилище своём,

Исчислив и обмыслив ход вещей,

Задолго не прозрел бы этот бой

И попустил его, осуществив

Решение великое; почтить

Помазанного Сына и облечь

Своею мощью, поручив Ему

Отмщенье бунтарям. Всевышний Царь

К Мессии сопрестольному воззвал:

"— Сиянье славы Божеской Моей,

Возлюбленный Мой Сын! Ты зримый лик

Незримого Творца; Твоя рука

Вершит Мои определенья; Ты

Второе всемогущество! Два дня

По счёту дней небесных протекли,

Как Михаил и верные войска

Предприняли карательный поход

Противу непокорных. Был свиреп

Двухдневный бой, — не диво, коль сошлись

Такие недруги: самим себе

Я предоставил их; сотворены

Они друг другу равными вполне,