Чтение онлайн

Все оказалось так просто! Я подумал: «Ну, больше говорить не о чем. Он меня принял». Я поблагодарил его, снова поклонился и вышел.

— Знаешь, тебе не следует заходить наверх, пока ты не получила посвящения, — сказал Ачьютананда.

Джуди волновалась. Она поднялась наверх, чтобы отнести на кухню несколько грязных кастрюль.

— Да, но как раз об этом я и собиралась поговорить со Свамиджи, — ответила она и направилась в комнату, где Свами беседовал с какими-то людьми.

— Свамиджи, а можно мне получить посвящение?

Он спросил:

— Ты знаешь четыре правила?

— Да.

— Сможешь их выполнять?

— Да.

— В таком случае ты получишь посвящение через две недели. Дэн тоже подумывал о посвящении, но хотел немного подождать. Он повторял шестнадцать кругов и не пропускал ни одной лекции, несмотря на протесты жены. Дэн всегда с большим трудом принимал чей-либо авторитет, но тут он чувствовал, что Свами покорил его и барьер имперсонализма в его сердце рушится.

Две недели спустя Бхактиведанта Свами провел еще одну церемонию посвящения. Боб стал Рупанугой, а Джуди — Джадурани. Дэну надо было еще немного потерпеть.

СЛОВА «ХАРЕ КРИШНА» становились все более популярными — они постоянно звучали на киртанах в парке, появлялись на страницах газет. Хаягрива называл это «взрывом „Харе Кришна“». Хиппи Нижнего Ист-Сайда считали пение «Харе Кришна» «самой забойной вещью», и даже то, что ученики Свами не принимали ЛСД, совсем не уменьшало их популярности. Они пользовались репутацией святых, которые несут людям мирное пение и предлагают бесплатную еду и жилье. У них можно было попробовать самые изысканные вегетарианские блюда (если, конечно, прийти вовремя), а в их магазинчике на полке у дверей всегда стояли индийские книги.

В клубах местные музыканты играли мелодии, которые слышали от Свами во время киртанов в парке или храме. Нижний Ист-Сайд был районом художников и музыкантов, теперь же он стал еще и районом «Харе Кришна».

Бартон Грин: Эти песни очень нравились нашим музыкантами — «Кришна», «Говинде джая джая» и другие. Я и сам брал кое-что оттуда для своих альбомов. Много кто так или иначе обращался к их мелодиям. Сначала мы загорались новой идеей, потом интерес угасал... Но «Харе Кришна» после этой краткой вспышки так и не уходило из нашей музыки. Даже в тяжелом роке, который играли наши ребята, слышались эти духовные звуки. Музыканты начинали становиться преданными.

Вечерние киртаны неизменно собирали много народу. По вечерам у входных дверей стоял Брахмананда — он рассаживал посетителей по местам, до тех пор, пока в храме хватало места. Совместное пение и музицирование глубоко трогали собравшихся, но после киртана, когда подходило время лекции, люди начинали расходиться. Бывало так, что к ее началу в комнате оставалась едва ли половина слушателей, а были и такие, кто уходил прямо с середины лекции.

Однажды Аллен Гинзберг привел на программу в храме Эда Сандерса и Тьюли Капферберга из группы «Фагз». Эта местная группа приобрела популярность, специализируясь на непристойной лирике. Среди хитов Эда Сандерса были такие песни, как «Богиня трущоб Нижнего Ист-Сайда», «Коснись меня» и «Я не могу улететь». У Эда была буйная рыжая шевелюра и огненно-рыжая борода. Во время киртана он играл на гитаре. Преданные были рады видеть у себя столь знаменитых гостей. Однако как раз в тот вечер Бхактиведанта Свами выбрал темой лекции иллюзорность сексуального наслаждения.

— Половое наслаждение жизнь за жизнью приковывает нас к материальному миру, — сказал он, а затем, по своему обыкновению, процитировал стих Ямуначарьи: «С тех пор как я обрел сознание Кришны, при одной мысли о половых отношениях я отворачиваюсь и с отвращением сплевываю».

«Фагз» больше не приходили.

Казалось, что для человека, который хотел найти себе последователей среди хиппи Нижнего Ист-Сайда, было не очень разумно плохо отзываться о сексуальном наслаждении. Но Бхактиведанта Свами не собирался менять свое учение в угоду хиппи. Когда Умапати однажды заметил, что американцев отпугивают слова о «сексе только для зачатия детей», Бхактиведанта Свами ответил:

— Я не могу менять философию в угоду американцам.

— А как насчет секса? — спросил однажды вечером из дальнего угла битком набитой комнаты юрист ИСККОН Стив Голдсмит.

— Сексом можно заниматься только со своей женой, — ответил Свамиджи, — но даже в этом случае есть ограничения. Секс нужен только для зачатия сознающих Кришну детей. Мой духовный учитель говорил, что готов вступать в половые отношения сотни раз, лишь бы рождались сознающие Кришну дети. Разумеется, в наш век это не так-то просто, поэтому он остался брахмачари.

— Но секс — огромная сила, — возразил мистер Голдсмит. — Невозможно преодолеть влечение мужчины к женщине.

— Поэтому в любой культуре существует институт брака, — ответил Бхактиведанта Свами. — Вы можете жениться и спокойно жить с одной женщиной, но нельзя превращать жену в машину для удовлетворения чувств. В половые отношения следует вступать не чаще одного раза в месяц, да и то — только для зачатия детей.

Хаягрива, сидевший слева от Свамиджи, рядом с большой музыкальной тарелкой, воскликнул:

— Раз в месяц?! — и, сделав смешную гримасу, добавил: — Уж лучше совсем забыть об этом!

— Вот именно! Молодец! — рассмеялся Свамиджи, а за ним и все собравшиеся. — Лучше всего вообще не думать об этом. Лучше просто повторять «Харе Кришна».

И он сделал движение рукой, как будто читал мантру на четках.

— Так мы избавимся от множества хлопот. Секс — что-то вроде чесотки, только и всего. Чем больше мы чешемся, тем сильнее зудит. Так что нужно просто терпеть и просить Кришну о помощи. Это нелегко. Секс — величайшее наслаждение, но и величайшая кабала.