Чтение онлайн

Безуспешно пытаясь подавить нарастающую панику, Клэр сделала единственное , на что была способна. Она открыла глаза.

С губ слетел глубокий выдох облегчения, когда перед глазами возникла обстановка её комнаты в квартире Эмбер. Клэр повернулась к часам - 5:17. Так рано? Она закрыла глаза. Нет, не так рано… наоборот уже поздно. Она проспала весь день. Откинув одеяло, она вылезла в одежде. Из вещей на ней была лишь большая футболка, лежащая сейчас на коврике рядом с кроватью.

Направляясь к ванной, она вспомнила свой сон. Остановилась и минутку осматривала свою комнату. Всё казалось на своих местах. Но разве она уснула не на диване?

Когда она была маленькой, мама рассказывала ей, что иногда она ходит во сне. Возможно, так все и было. Включив в душе горячую воду, она решила освежиться перед ужином. Сняв одежду, она осмотрела себя в зеркале. Во времена с Тони её тело демонстрировало доказательства их интимной связи или его доминирования.

Но её кожа выглядела нетронутой. И все же в теле ощущалась… она не знала , как это описать… наполненность? Неослабевающее напряжение, которое она испытывала с первой видеоигры в компании с Гарри, исчезло. Удовлетворённой – да, именно так она себя и ощущала, наполненной и удовлетворённой. Как будто её полностью наполнили и удовлетворили воспоминанием.

Клэр ступила под мягкие горячие струи. Когда вода ударила по её соскам, девушка вздрогнула и прикрыла их. «Странно, - подумала она.
– Почему я настолько чувствительна?» Налив шампунь себе в руку, она быстро вдохнула аромат одеколона Тони. Её следующий вздох был наполнен ароматом цветов.

Клэр покачала головой и стала втирать цветочную пену в свои волосы. У нее слишком богатое воображение. Ей нужно абстрагироваться от Тони. К счастью, у неё есть планы на ужин с Гарри. Он может помочь ей оставить этот мир фантазий и сосредоточиться на реальности. Она хотела рассказать ему про Тони и сногсшибательную новость, что это не он отправил ту коробку. Было что-то ещё … В ыйдя из душа на мягкий коврик, она попыталась вспомнить.

Пока Клэр вытирала кожу, она вспомнила. О бабушке Тони. Она хотела поискать какую-то информацию о Шаррон Роулз … Н о тут внимание Клэр привлекло что-то в зеркале. Куча её грязной одежды. Она подняла топ и свои штаны для занятий йогой. А разве на ней не было белья?

Глава 19

– Самая уникальная черта человека – это способность творить и преодолевать препятствия, терпеть и преобразовывать, любить и быть выше страданий.

Бен Окри

Ранее в 1985 году…

Мария не хотела ни к кому проявлять столько заботы. Тогда почему же она сидит в одной ночной сорочке в три часа утра и наблюдает за дыханием мисс Шаррон? Не похоже, что для всей семьи она является кем-то иным, кроме как простым наемным работником, - а у нее-то абсолютно точно никогда не было собственной семьи.

С ее губ срывались рваные и хриплые вздохи. Если бы только врачи могли остановить эти чёртовы хрипы.

Мария села в кресло в стиле королевы Анны, с высокой спинкой, и обхватила руками колени. Доктор, прибывший в поместье сегодня утром, сказал, что введённое внутривенно лекарство победит инфекцию. Мария же просто надеялась, что мисс Шаррон хватит сил, чтобы выдержать этот бой. Какой толк в сильной армии, если под осадой рушится земля?

У Марии нет медицинской подготовки. Разве не это говорилось ей около сотни раз за последние несколько дней?

Мистер Самюэль и мисс Аманда не скрывали своего мнения, что за больной мисс Шаррон должен ухаживать кто-то более квалифицированный. Они не только выражали своё неудовольствие по поводу отсутствия у Марии соответствующей медицинской квалификации, но и не хотели, чтобы она оставалась с мисс Шаррон наедине, когда та отойдёт в мир иной.

Но, как и во всем, последнее решение было не за ними. Мария останется так долго, как этого захочет Натаниэль Роулз. Он не спорил, а просто заявил:

– Шаррон удобно с Марией. Поэтому она остаётся.

И это не подлежало обсуждению. Но Самюэль с Амандой не пытались скрыть своего неодобрения.

Даже без медицинской подготовки Мария знала, что мисс Шаррон испытывает боль и муки. Всё, что Мария прочитала, указывало на то, что болезнь Альцгеймера непредсказуема. Она могла умереть сегодня или прожить ещё пять лет. Пока Мария наблюдала и прислушивалась, она ощутила потребность помолиться именно за сегодняшний день. Она хотела, чтобы мисс Шаррон продолжала вести не такую жизнь. Но с другой стороны, если она умрёт, что это будет значить для Марии? Это будет означать, что она покинет это поместье и продолжит жить своей жизнью. И хотя такой расклад, без сомнения, осчастливит Самюэля и Аманду, Мария сомневалась насчет Натаниэля. Девушку удивило осознание того, что она действительно скучает по разговорам с этим упрямым стариком.

Мари тихонько хихикнула: старик? По правде говоря, он и правда старик - по крайней мере, намного старше неё. За последние восемнадцать месяцев он стал выглядеть даже старее. Тем не менее, для человека с таким количеством забот, давящих на него, он был невероятно привлекателен. А власть, которой он обладал за пределами этой комнаты, впечатляла. Хотя Мария будет скучать по той стороне Натаниэля Роулза, которую никто больше не видел. Не по тому претенциозному самовлюблённому тирану, заключающему сделки и грубо отдающему приказы. Она будет скучать по привлекательному выдержанному джентльмену, способному сидеть часами и сжимать руку, которая изредка делает то же самое в ответ. По мужчине, который, прислонившись к кровати, обнимает хрупкое тело своей жены и наблюдает за тем, как она спит у него на груди.

– По-моему, я велел тебе отправляться в кровать.

Звук глубокого голоса спугнул её, вернув к реальности. Она повернула залитое слезами лицо к мужчине, который царил в её мыслях.

– Я пыталась, но не смогла уснуть.

– А что, лучше спать в этом кресле?

Мари улыбнулась:

– Нет, но, по крайней мере, я что-то делаю.

Натаниэль пододвинул ещё одно кресло к Марии и, опустившись в него, сжал ее руку.

– Я могу нанять ещё кого-нибудь, чтобы тот дежурил рядом с ней по ночам, а ты могла больше отдыхать.

Мария отвернулась и попыталась сделать вдох, её эмоции были на пределе.

– Вы тоже считаете, что я не в состоянии выполнять свою работу?
– В её вопросе прозвучало больше подавленности, чем она вкладывала в него.

– Мари, ты плачешь?

– Нет, - солгала она.

Его сильные пальцы по-прежнему накрывали её.

– Я считаю, что ты более чем способна. Просто думаю, что тебе нужен перерыв. Ты не можешь находиться рядом с ней двадцать четыре часа в сутки.

– А как же насчёт вас?