Чтение онлайн

— Нет, нет, Майк, — раздраженно отмахнулась Одри, — не валяй дурака. Все это здесь ни к чему.

Майк побагровел и отложил ложку в сторону.

— Мне надо отлить, — встал из-за стола Ленни.

— Лен, зайчик, — с ласковой насмешкой сказала Одри, — непременно сообщи нам, когда захочешь по большому. — Проводив глазами сына, она опять повернулась к Розе: — И все же, чемуты учишься в своей школе?

Роза опустила веки:

— Я не собираюсь обсуждать это с тобой.

— Как приготовить идеальную грудинку?

— Будь добра, мама, прекрати, — с высокомерным видом ответила Роза.

— Но почему такая таинственность? Может, у вас там орудует сраный Моссад?

С тяжким вздохом, тщательно выговаривая ивритские слова. Роза объяснила:

— Я изучаю парашат ха-шавуа. [40] Каждую неделю мы разбираем определенный отрывок из Торы.

— О-о, да без этого просто нельзя прожить!

— Смотря как жить, — со снисходительной улыбкой парировала Роза. — Я очень мало знаю о моем религиозной наследии и хочу…

— Извини, — перебила Одри, — на свете существует масса вещей, о которых ты очень мало знаешь. О квантовой физике, например. Офигенная штуковина, но ты почему-то ее не изучаешь.

— Мама, мы же отмечаем твой день рождения, — напомнила Карла. — Давайте праздновать.

На нее никто не обратил внимания.

— Верно, — согласилась Роза, — но в настоящий момент меня интересует история моего народа, мои корни.

— Корни? Твой народ? — переспросила Одри. — О чем это ты. Роза?

— О евреях. Жаль тебя огорчать, но мы— евреи.

Одри захлопала в ладоши:

— А Майк крещеный. Не вступить ли ему в «Арийские народы»? [41]

— Ты действительно веришь в Бога? — ухмыльнулся Майк.

Помолчав, Роза ответила с горделивым достоинством:

— Это сложный вопрос, Майк. Иногда верю.

— Великолепно, черт подери! — воскликнула Одри. — «Иногда»! Что бы это значило?

— Послушай, — вскипела Роза, — не могла бы ты, хотя бы изредка, поддерживать меня в том, что я говорю или делаю, а не изгаживать все и вся, как это у тебя принято?

Одри глянула на нее с преувеличенным изумлением:

— Что ты такое говоришь? Я всегда поддерживаю моих детей.

— Ну конечно.

— Разве нет? Я всегда хотела только одного: чтобы ты была довольна и счастлива.

— У меня сложилось иное впечатление.

— И какое же?

— По-моему, ты бы удавилась с горя, если бы увидела, что я по-настоящему счастлива.

В полной тишине все с затаенным страхом смотрели на Одри. Но та лишь сказала:

— Эти религиозные дела превращают тебя в психопатку, Роза.

Снова зазвенели кружки и задвигались палочки.

— А по-моему, религия — это круто, — встряла Таня. — Я тоже хочу развиваться духовно.

— Тебе не помешало бы, — пробормотала Одри.

— Я серьезно. По-моему, нужно быть терпимым к вере других людей.

— Зачем? — оскалилась Одри. — Зачем это нужно? Почему я должна уважать то, что считаю полным говном?

— Ну, — ничуть не испугалась Таня, — вы же хотите, чтобы другие люди уважали ваши убеждения.

— Ты смешала все в одну кучу, детка, — рассмеялась Одри. — Моиубеждения основаны на объективных фактах и научных выводах. А Роза верит в старого пердуна, который сидит на небесах и хватается за сердце всякий раз, когда еврей съедает креветку. Если человек начинает исповедовать такой бред, тут уже не до уважения его взглядов, тут надо звать долбаного врача.

— Только креветки нельзя есть? — живо заинтересовалась Таня. — Или все морепродукты? Мне кажется, я не в силах отказаться от роллов с лобстером…

— Не волнуйся. Розу хлебом не корми, только дай от чего-нибудь отказаться. Она любит вериги. Воздержание — ее конек. Иначе как бы ей удалось прожить четыре года на Кубе в глинобитной хижине…

— Точно, я ужасно сглупила, — съязвила Роза. — А ведь могла сидеть дома, как ты, и направлять революцию из особняка в Гринвич-Виллидж.

Одри задумчиво посмотрела на дочь:

— Знаешь, чего тебе не хватает, Ро? Парня. Уверена, Майк с удовольствием познакомит тебя с каким-нибудь приличным молодым человеком из профсоюза, правда, Майк?

— Мама…

— Я не шучу. Немножко секса пойдет тебе только на пользу…

— Прекрати! Ты можешь прекратить!

Одри удовлетворенно улыбнулась:

— Видишь? Я права. Ты очень напряжена. Необходимо выпустить пар…

Майк снова схватился за ложку и легонько постучал по кружке:

— Боюсь, теперь вам придется меня выслушать.

— Ленни нет, — шепнула Карла, дергая мужа за рукав. — Надо его дождаться.

— Я схожу за ним! — Таня вскочила и выбежала из комнаты.

— Ма, — торжественно произнес Майк, — мы с Карлой приберегли для этого дня, твоих именин, особенную новость…

— О боже, ты беременна! — вскричала Одри. — Давно пора.

Майк открыл и закрыл рот, как рыба, выброшенная на берег. Взяв себя в руки, он сказал: