Чтение онлайн

После чая я, бабушка и Лора остались сидеть за столом.

– У нас две проблемы. Детей надо устраивать в школу, – начала бабушка.

– Я знаю английский, немецкий и французский, два года изучала латынь и историю христианства, обучена приемам восточных единоборств, стреляю, прыгаю с парашютом, умею водить машину, мотоцикл и катер! Это меня – в школу?! – тут же выразила свою позицию Лора.

– Хорошо. – Бабушка не удивилась. – Чем ты собираешься заниматься в жизни?

– Дотяну как-нибудь до совершеннолетия и пойду учиться в академию военно-воздушных сил США.

Мы с бабушкой, как по команде, начали вертеть на блюдцах пустые чашки. Пришел Питер, забрал чашки с блюдцами.

– Мне еще с тобой повезло, – сказал он бабушке. – Бог миловал, ты не пошла в военные летчицы и даже не стала простым снайпером!

– Оставь нас, – попросила бабушка.

– Могу поспорить, что она решила до совершеннолетия заняться проституцией и изучением реакции своего организма на некоторые виды наркотиков. Чтобы время зря не терять. – Питер старательно собирал салфетки.

– У меня рост метр семьдесят пять, талия – пятьдесят пять, длина ноги почти метр! Я собиралась поискать работу в модельных агентствах! – повысила голос Лора.

– Что я говорил, – кивнул Питер.

– Уйдешь ты или нет? – устало спросила бабушка.

– Оставь блюдце, я покурю. – Лора задержала свое блюдце.

– А по сопатке не хочешь схлопотать? – ласково спросил Питер. – А то давай проверим, как такая всесторонне развитая и в боевом отношении подготовленная пацанка справится со стариком. Учти, опыт усмирения зазнавшихся воительниц у меня отменный! И запомни на будущее. При Антоне не смей засовывать в рот никотиновые соски. Не порть мальчика. Хочешь пососать – иди в уличный нужник и запрись там как следует.

Я во все глаза смотрю на Питера. Он совершенно спокоен, только чуть тренькает чашка в горке грязной посуды у него в руках.

– Питер, тебе вредно волноваться, – улыбается бабушка.

– Да. Если ты не станешь засовывать в рот эту гадость из пачки в твоем рюкзаке и мы не будем драться, то я, пожалуй, пойду спать. Поздно уже. – Постояв рядом с Лорой и выждав полминуты, Питер кивает и уходит.

– Ненавижу зазнавшихся мужиков! – шипит Лора.

– Попробуй относиться к Питеру как к своему дедушке, а не как к мужику, – улыбается бабушка.

– Тоже мне дедушка!..

– Другого нет. Так на чем мы остановились? Так… Тебе не подходит общеобразовательная школа? Хорошо. Предлагаю платный колледж гуманитарно-исторической направленности. Обещаю, что таких, как ты, всесторонне развитых и даже утомленных различными удовольствиями юношей и девушек там предостаточно. Колледж для богатеньких воинов. В свободное время – корты, бассейн или тренажерные залы на выбор. Отдых – в странах Европы для лучшего закрепления языков.

– Это большие деньги, – начала было я, но бабушка махнула рукой:

– Не волнуйся. Ханна оставила много денег. Куда их тратить, если не на обучение детей?

– Много денег? – Я стараюсь не выдать голосом волнения. – Сколько?

– Точно не знаю. И некоторое время будут проблемы.

– Почему? – Я зажмуриваюсь на всякий случай. Так я делала в детстве, когда в фильме должны кого-то убить.

– Потому, что их еще нужно найти.

Этой ночью я сплю в одной комнате с детьми. Затаившись каждый со своими мыслями, мы напряженно прислушиваемся к дыханию друг друга. Первым не выдержал Антон.

– Почему мама умерла? – спросил он шепотом, как бы про себя.

– Потому что ее убили, – тут же разъяснила Лора.

– И папу убили?

– И папу убили.

– Зачем?

– Убивают не зачем. – Лора продолжала наставлять брата. – Убивают почему.

– Почему? – шепчет Антон, и я слышу подкатывающие к его горлу рыдания.

– За деньги, конечно, – как само собой разумеющееся, снисходительно объясняет Лора.

– Их ограбили?

– Может быть, еще нет. Но дело к тому и идет. Если не проявить решительности, ограбят уже нас с тобой.

– Кто тебе сказал о деньгах? – не выдерживаю я.

– Неважно. Я знаю, что дело в деньгах. Плакали мечты бабушки о колледже для богатеньких, – потягивается Лора. – Придется мне мыть посуду в кафешках и заочно кончать школу.

– Ничего не понимаю, – сознаюсь я. – Ты же только что собиралась стать фотомоделью! И почему это с колледжем не выйдет?

– Если моих родителей убили, значит, убийца узнал все, что хотел, о деньгах. И деньги теперь уже у него. Логично? Логично, – отвечает она сама себе. – Зачем убивать, если не узнал, где клад? А насчет фотомодели… Дедушке не понравилось. – Лора улыбается. – Дедушке Питеру моя идея не понравилась. Не будем огорчать дедушку!

Дверь открылась, в проеме возникла бабушка в длинной ночной рубашке и теплых шлепанцах (из шкуры козы, мехом внутрь).

– Две проблемы, – тихо сказала она, вошла и села в кресло-качалку. – Я говорила, что их две. Образование детей – первая. Деньги – вторая. Лора, говори.

– Мне нечего сказать. Мама про деньги упоминала, но лично я ничем помочь не могу. Это была запрещенная тема, беседы велись шепотом и всегда – на открытом воздухе. Самое смешное – она уверяла меня, что не знает, где находятся деньги. Она говорила, что Руди вредный мальчик, начитавшийся приключенческих романов. Он так исхитрился запрятать эти деньги, что, по-моему, сам запутался. Мама ничего толком от него не могла добиться, хотя кричала и визжала на славу. Папа был поспокойней, смеялся над ее страхами и обещал мне, что, если с ними что-нибудь случится, есть человек, который отгадает, где деньги.

– Да, я тоже помню. Папа говорил, что Инга отгадает любую головоломку, – подал тоненький голосок Антон.

Я медленно села на кровати.

– Ну вот, все и уладилось, – хлопнула бабушка ладонями по коленкам. – А теперь спите. Поздно.

– Минуточку, что уладилось? – просипела я. – Какую головоломку? Что все это значит? Мне Латов никогда ничего не говорил!

– Но он в тебя верил! – успокоила меня Лора. – Он говорил, что если моя мать действительно отменный экземпляр женщины-воина, то интуиции и сообразительности ей стоит поучиться у тебя – отменного экземпляра хранительницы очага!