Чтение онлайн

Меня должны встретить с распростертыми объятиями?

'И тебе не будет одиноко, и ему.'

Какая трогательная забота!

'Дядя - хороший учитель. Если я чего-то не успел, он сможет закончить.'

Ага, сможет. Привести меня в бешенство, судя по всему.

'Найдешь его в старой столице, над трактиром без вывески.'

И это все?

– Тьфу!

– Брат снова не оправдал ожиданий?
– участливо спросил Борг.

– Вроде того.

Хотя события последних дней, пожалуй, доказывают обратное. Еще как оправдал! Только тот Сорен, которого я знал меньше часа. А другой, деливший со мной всю мою жизнь...

Странное чувство. Кажется, и не было этой жизни. То есть, она вдруг взяла и прошла. Память осталась, но какая-то нехорошая. И что бы ни лезло в голову, какой поступок брата ни вспоминался бы, так и тянет поглядеть на все новым взглядом.

Замечательное наследство, ничего не скажешь. Целый сундук добра, которое либо закрыть и забыть, либо начать перетряхивать с самого начала. И как быть?

Это решение брат вроде бы оставил на мою долю, но сделал все возможное, чтобы...

– А чего тогда злишься?

– Скажи, тебе нравится, когда все решают за тебя?

– Так уж и все?
– сощурил карие глаза Борг.

– Ну... Разные важные вещи.

– И что же именно решено... Нет, не отвечай!

– Почему?

– Потому что в руках у тебя что?

– Письмо.

– Не только. Последнее письмо. Прощальное. Знаешь, как оно еще может называться?

Кажется, догадываюсь, куда клонит верзила. И его правота мне совсем не нравится.

– Завещание это, самое прямое. Неважно, что ты чувствуешь и о чем думаешь, но если в письме есть хоть одна просьба или предложение, отказывать нельзя. Не по-людски это будет и не по-божески.

Ладно, согласен. Тем более, что прощальная уловка брата превзошла все прочие.

Мало того, что под благовидным предлогом поубавил мне свободу, так еще и позаботился, чтобы рядом со мной оказался эдакий ревнитель традиций и хранитель устоев. Чтобы, не дай боги, я все-таки не взбрыкнул и не послал все братские наказы в...

– Он желал тебе добра.

И добро привалило. Большое и непоколебимое.

– А обязательно было напоследок все запутать?

– В чем беда?

– В том, что это, с позволения сказать...
– я помахал листком в воздухе.
– Завещание, да. Оно отправляет меня, не знаю, куда.

– А адресок имеется?

Я сунул письмо ему под нос, но вопреки моим предположениям Борг, пробежав взглядом по строчкам, улыбнулся. Да, чуть растерянно, но в то же время и лукаво.

– Чего смешного?

– Да место это. Знакомое. Дорогу показать - легче легкого.

Да будь ты проклят, брат, со своими играми! Понимаю, что верзилу ты мог знать и лично, и просто представлять, кто он и откуда. Но все вместе получается не цепочкой счастливых случайностей, а сетью, в которой я вязну с каждым новым открытием. Только вот кто ее расставил, а? Помогал ты, не спорю. Но сдается мне, что и сам ходил под рыбаком, который...

– Далековато немного, недели с две будет пути, но с божьей помощью, да если обуз попутный словим...

Две недели в обществе доброго дядюшки Борга? Ну уж нет! Да я повешусь от его нравоучений и липкой заботы на половине пути! Или утоплюсь. Или...

– Господин лоцман?

Это еще кто сквозь мокрый туман просочился? А, один из селян. Видел его пару раз то тут, то там. Может, соглядатай старосты, а может и сам по себе не прочь сунуть нос в чужие дела.

– Я за него. Чего надо?

Сорен бы меня за такое обращение отругал. Но теперь даже это сделать некому. Одна надежда на верзилу, но тот, похоже, к бывшим соседям испытывает схожие чувства. По крайней мере, ни замечания, ни попрека я не услышал.

– Есть у меня к вам дельце маленькое, господин лоцман.

На другой поворот событий я и не рассчитывал. Все село, небось, смотрело и удивлялось, что там такое вытворяет пришлый умелец. Вот про последний разговор со старостой этот мужик явно не знает, но мне повторить недолго.

– С краю я живу, у самого леса. Уперся, а дальше ни шагу не сделать. А мне бы землицы еще немного... Совсем чутка.

Издалека начал, однако. Но действует знакомо. Сейчас поплачется, всю свою горемычную судьбу расскажет, разжалобит, и останется либо поплакать вместе с ним, либо ринуться помогать изо всех сил. Попадались нам такие заказчики, чаще, чем хотелось бы.

– А я-то чем подсобить могу?

– Так вон вы что с господским домом наделали! Там теперь ровным-ровнехонько, целое поле. Хочешь - сей, хочешь - скотину паси.

– То особый случай был.

– И тут особый!
– радостно подхватил селянин.
– Тут в леске, чуть за опушку, тоже домик стоит, в который хода нет. Вы б его тоже... А?

– Я не с каждым домом могу работать. В особняке был разлом.

– Так и тут он есть, родимый!

В лесном домике? Интересно дело поворачивается.

– Точно разлом?

– Да вы сами гляньте, я провожу!

И он посеменил прочь, на каждом шагу оборачиваясь, чтобы проверить, иду ли я следом.

– Я чего-то не понимаю?
– шепнул Борг, наклонившись к моему уху.

– Я пока не уверен. Но если все так, как думаю, обоз не обоз, а попутный ветер мы точно сможем словить.

Больше он спрашивать не стал, хотя всем своим видом дал понять, что за соблюдением правил будет следить очень даже пристально.

Идти пришлось недолго: сельская улочка вильнула пару раз, истончилась в тропинку, пробираясь через луг, и уперлась в знакомую полосу праха, за которой темнел в окружении деревьев невысокий домишко.

– Вот он, видите? Ведунья местная тут жила, а потом, как все случилось, так и сгинула.