Чтение онлайн

— Ты запрещала мне употреблять это слово, бабушка, — сказал он.

— Тебе, но не себе, — отрезала она. — Я уже достаточно стара, чтобы называть вещи своими именами. Рон… Тебе, возможно, неприятно будет это услышать, но твой отец — нищеброд. И пусть я никогда не прощу тех чистокровных мерзавцев, которые запытали моего сына и невестку, но и не забуду о том, что я сама чистокровная, как и мой внук. И ты, между прочим, тоже!

— А я и не забывал, мэм, — сказал я. — Но разве чистокровные бывают…

— Нищеброд — состояние души, — отчеканила миссис Лонгботтом. — Это не зависит от статуса крови. Ты вот слыхал о содержателе заведения «Кабанья голова» в Хогсмиде? Сам вряд ли ходил, рано тебе, но от старших мог узнать…

— Да, там какой-то старик хозяином, — недоуменно ответил я.

— Этот старик — брат Альбуса Дамблдора, — ядовито улыбнулась она. Невилл пораженно вытаращил глаза. — И он не сквиб, если ты подумал об этом, просто не смог доучиться… по ряду причин. Но его извиняют обстоятельства, а также то, что он-то как раз занят делом, которое ему по силам, пусть и не слишком чистым, не сидит и не ноет о том, как жесток мир и несправедливы люди, и происхождение свое старается всячески скрывать… — Миссис Лонгботтом снова отложила вязание. — А вот ваш декан — полукровка. Я его помню ребенком: неухоженный — даром, что мать волшебница не из последних, — запуганный, некрасивый, однако же сумел выучиться и стать Мастером Зелий! Ваш знаменитый Поттер — тоже полукровка, у него мать магглорожденная…

— Он не наш, бабушка, — вставил Невилл. — Он гриффиндорец.

— Неважно! Ты уловил мою идею, я полагаю?

— Можно, я скажу, мэм? — попросил я, дождался кивка и заговорил: — Я буду, наверно, не очень умно говорить, но уж как получится… Значит, есть чистокровные, которые ни о чем, кроме этой чистоты крови, говорить не могут, вроде тех… ну, вы поняли. Только они забывают, что жениться им, если магглорожденных и полукровок выгнать, придется только друг на друге, а их не так много, и через пару-тройку поколений они просто загнутся… ой, простите!

— Ничего, продолжай.

— Вот… Есть чистокровные вроде вас, Поттеров, да хоть бы и Малфоев, — вошел я в раж, увидел, как сузились глаза миссис Лонгботтом, и поднял руки. — Постойте, объясню! Малфои — не чокнутые фанатики типа Лестрейнджей, они, как Драко как-то сказал, торгаши. И отлично понимают, что попросту вымрут, если не будет новой крови… А так — выпендриваются, конечно. А вы, мэм, — спросил вдруг я, — если Невилл вдруг решит жениться на магглорожденной девушке, будете возражать?

— Гм… — неожиданно смутилась она и спустила сразу три петли. Я в этом разбираюсь: когда меня ставили в угол в чулане за шалости, я наблюдал за мамочкиными зачарованными спицами. Сам вязать не умею, а как это делается, представляю очень даже хорошо. — Смотря что за девушка, умеет ли она себя вести, какой у нее потенциал…

— Ну вот, и те так же рассуждают. Я так думаю, если что, они просто документы новые купят, в Министерстве кого надо подмажут и все, — придумал я в порыве вдохновения. — Полукровки тоже разные бывают. Одни вроде профессора Снейпа — у магглов это называется «сам себя сделал», другие ни то ни сё. Ну а… — у меня едва не сорвалось «грязнокровки», — магглорожденные тоже все разные. Кто-то думает, что у нас все, как у них… а кто-то соображает, что нельзя жить в обществе и быть свободным от него, — ввернул я подходящую цитату из очередной маггловской книжки. — Многие пробиваются!

— Рональд Уизли, — серьезно произнесла миссис Лонгботтом, — я кое-что слышала о тебе прежде от твоих родителей, но даже не думала, что ты способен на подобные логические построения. Ты узнал это от старших братьев или на факультете?

— Нет, мэм, я сам додумался, — честно ответил я. — Просто, видите ли, дома выгоднее было прикидываться таким… недалеким Ронни, чтобы не лезли особо. Мне нетрудно помыть посуду или прибраться, это не так долго, но если папочка начнет разглагольствовать, то выйдет лекция часа на три, а я за это время успею книжку прочитать. Или в шахматы поиграть. Все равно он одно и то же повторяет, честное слово! Или мамочка начнет зудеть, и тоже по кругу… Старшие-то в школе, а я у нее единственная жертва… Ой, бедная Джинни!

— Вспомнил, не прошло и полугода, — ворчливо произнесла старая дама. Или надо говорить «пожилая леди»? — Да, твои родители — прекрасные люди, но чрезвычайно занудные, в этом я с тобой соглашусь. Я тебя не выдам, только и ты никому ни слова!.. Невилл?

— Я ничего не слышал, я задумался, — понятливо отозвался тот.

— Профессор Снейп сказал, что поодиночке Уизли — умные, а как соберутся толпой, пиши пропало, — вспомнил я. — Это как, мэм?

— Так, что отец твой дал жене слишком много воли, — сурово произнесла она. — Даже реши он теперь покомандовать, слышать будут только ее, потому как привыкли. Старшим твоим братьям проще, они живут отдельно, и им, уж извини за выражение, наплевать. Близнецы… о, эти выкрутятся. Перси для нее идеальный сын, ну а вам с Джинни придется справляться самим. Хотя ты-то как раз справился…

— Да, мэм, спасибо, что позволили приехать, — сказал я, с ужасом подумав о летних каникулах. Да я же чокнусь!

— Бабушка, а можно, Рон приедет на лето? — с хорошим чувством момента вступил Невилл. — Давай, ты мне вообще не будешь давать карманных денег, куда мне их тратить-то? А я пообещаю, что получу по зельям «выше ожидаемого»? Мне одному так скучно… а Рону дома плохо…

— Мы на море собирались, а это не очень дешево, — напомнила та.

Я никогда не был на море. Я видел его только на картинках…

— Пускай приезжает, — после долгой паузы произнесла Августа Лонгботтом. — А твоим родителям, Рон, я сама напишу. Как я понимаю, возвращаться домой ты не намерен?

— Спасибо, мэм! — выпалил я. Вот счастье-то! — Нет, то есть не собираюсь, ну разве ненадолго, кое-какие книжки захватить, а вещи у меня все в школе! А, ну и Джинни сказать, чтоб не скучала…

— Вот и хорошо. Приедешь домой, соберешься, на другой день я пришлю за тобой домовика, — кивнула она. — Невилл, поедем не в Италию, как собирались. Музеи посмотришь, когда вырастешь, все равно тебе там еще мало что понятно… У нас и тут неплохие пляжи найдутся.

— Конечно, бабушка! — засиял он. — Да мне хоть дома остаться, только не одному!

— Надо же, — произнесла миссис Лонгботтом задумчиво. — Мне всегда казалось, что слизеринцы очень замкнутые…

— Так и есть, мэм, — вставил я, вспомнив свою мысль. — Рот на замок, душу — тем более. Это не Гриффиндор, где все напоказ, тут только очень близким друзьям доверяют, и то не всё и не всегда.

— Может, это и к лучшему, — кивнула она. — Идите спать, мальчики, время позднее. А мне еще нужно написать твоему отцу, Рон. Хочешь что-нибудь передать?