Чтение онлайн

– Мистер Кэссиди, дело, которое мы должны обговорить, исключительно важное и не терпит отлагательства.

Облегчение, которое испытал Чейз, убедившись, что Лейн невредим, ничуть не умалило его злости. Но он как-то совсем забыл про учительницу. Когда та заговорила, он глянул на нее поверх плеча.

– Мисс Олбрайт, я признателен вам за то, что вы приехали, но это наши с Лейном личные дела, и я не намерен тратить время на обсуждение этой проблемы с вами.

– Но я хотела поговорить о школе.

– Я каждый день отправляю его туда. А теперь нам пора идти работать, мэм. – Он прикоснулся к шляпе кончиками пальцев, надеясь, что она поймет намек и удалится. Потом повернулся и пошел прочь.

– Вы не будете возражать, если я зайду в дом и переговорю с вашей домоправительницей? – крикнула она ему вдогонку.

Чейз вздрогнул. Вполне возможно, что мисс Олбрайт расскажет Эве все о его прошлом. Конечно – представляется такой случай открыто надавить на него. Он сжал руки в кулаки и оглянулся.

– Милости прошу.

– Он больше лает, чем кусает, – произнесла Эва, глядя в толстенную книгу, которую держала в руках. Когда Рэйчел Олбрайт пришла, Эва просматривала различные способы лечения ожогов. Многие рекомендовали пчелиный воск, но в ее распоряжении такового не имелось. Она быстро пробежала глазами остальное, немедленно отбросив совет мазать пораженный участок коровьим навозом.

Наконец она остановилась на присыпке из пшеничной муки. Высыпав две чашки муки в кастрюлю, она решила, что пора попытаться убедить учительницу в том, что Чейз Кэссиди вовсе не такая упрямая толстокожая скотина, какой кажется. Только вот интересно, как можно убедить кого-то другого в том, в чем ты сама не совсем уверена.

– Мисс Олбрайт, я действительно очень хотела бы с вами побеседовать, но сейчас на моем попечении находится пациент, который получил сильные ожоги. Ему нужна помощь. Может, выпьете пока чашечку кофе, а я вернусь, как только со всем управлюсь.

– С большим удовольствием, – ответила Рэйчел. На ее лице было написано облегчение от того, что задача выполнена. Эва взяла муку, два чистых, аккуратно сложенных полотенца и пузырек настойки опия, который она обнаружила в аптечке в кладовой.

Рывком распахнув дверь, Эва сразу же сбавила ход, чтобы не грохнуться, зацепившись за Орвила, который сидел на крыльце, опустив глаза.

– Орвил, ты мне нужен.

Он выглядел таким подавленным, таким одиноким, что ее сердце заныло от жалости к бедняге.

– Мне нужно промыть рану Неда молоком. Я знаю, тут его полно. Принеси немного в пристройку так быстро, как только сможешь.

Она поспешила к пристройке, которая стояла на берегу неглубокого ручья. Пересекая двор, Эва бросила взгляд туда, где Лейн работал в паре с остальными ковбоями. Чейз, сидя верхом, вращал лассо и отлавливал неклейменых телят, чтобы Лейн и Рамон могли поставить тавро. Когда он посмотрел в ее сторону, она улыбнулась. Если он и заметил ее, то виду не подал.

Внутреннее убранство маленькой деревянной пристройки превзошло наихудшие ожидания Эвы. Вдоль стен стояли двухъярусные кровати. В центре комнаты торчал кривобокий стол. С потолка свисала жестяная лампа. Все помещение пропахло табаком и запахом немытых мужских тел и нуждалось в основательной уборке. Эва старалась не отвлекаться на эти неприятные детали и целиком сосредоточила внимание на человеке, корчившемся на нижней койке.

– Нед?

Он открыл глаза при звуке ее голоса. Он лежал на боку, скрючившись, зажав руки между колен. Он выгибался туда-сюда, пытаясь хоть немного заглушить терзавшую его боль. Она опустилась на колени и дотронулась до плеча.

– Нед, у меня есть кое-что, что тебе поможет. Она вытащила из-под него шерстяное одеяло и набросила ему на плечи. Потом потрогала его лоб. Он был холодный и влажный на ощупь. Вошел Орвил с ведерком свежего молока.

– Вот, я принес, мисс Эва. – Он поставил ведро рядом с ней. Эва сложила одно из полотенец и окунула его в молоко, а потом приложила влажный компресс к ране Неда. Он закрыл глаза.

– Легче?

– Да, мэм. – Его голос сорвался.

Она ему не поверила; но начала осторожно промывать молоком обожженные места – лоб, щеку, ухо. Все это время Орвил топтался у нее за спиной.

– Мне очень жаль, Нед, – прошептал Орвил.

– Я знаю, Орвил, – успокоил его раненый. – Это была просто случайность. – Когда Нед говорил, у него стучали зубы. Эва услышала, как сзади вздрогнул Орвил. Она обернулась и увидела Чейза, наблюдавшего за происходящим.

– Помощь нужна? Она улыбнулась.

– Мы прекрасно справляемся. Сейчас я закончу промывать рану, а потом присыплю ее мукой.

– А вы точно знаете, что это поможет? Продолжая натянуто улыбаться, она отвернулась от Неда и процедила сквозь зубы:

– А вы можете предложить что-то лучшее? Он пожал плечами.

– Вот и ладно. А теперь я посыплю все мукой. Это подсушит кожу там, где она лопнула, и все заживет быстрее. Получится что-то вроде пластыря – чтобы воздух не попадал.

– Мне уже гораздо лучше, – попытался убедить их обоих Нед, а Эва снова прижала к его щеке смоченную молоком тряпицу.

Чейз подошел ближе.

– Настойку опия вы нашли?

Она кивнула. Какое-то время все молчали. Наконец подал голос Чейз.

– Эта учительница сильно вам досаждала? Она покачала головой.

– Нет, конечно, нет. Когда я управлюсь тут с Недом, мы вместе выпьем кофе.

Не дождавшись ответа, Эва оглянулась и обнаружила, что Чейз смотрит на нее. Похоже, у него что-то вертелось на языке, но он не решался произнести это вслух.

– А что? – Стоя на коленях у койки и прижимая компресс ко лбу Неда, Эва не отрывала глаз от Чейза.

– Ничего. Желаю хорошо провести время.

Ее удивило его странное поведение, но особо размышлять над этим было некогда – Нед ждал.

Эва сидела за столом и чистила картошку к обеду с таким видом, как будто для нее было привычным делом вот так сидеть и вести светские беседы со школьными учительницами. Рэйчел Олбрайт выглядела опрятной и собранной даже после своей скачки из города. А вот про себя Эва могла наверняка сказать, даже не глядя в зеркало, что ее волосы в полном беспорядке. По меньшей мере две непослушных пряди свисали на глаза. Она пыталась выглядеть невозмутимой, такой, какой, по ее мнению, должна была выглядеть достойная леди, пусть даже и швыряющая в ведро картофельные очистки.