Чтение онлайн

Отсутствовали мы два с половиной часа. За это время обе подруги успели выболтать Зоряне все собранные о нас сведения, проследить за её сном и даже напоить рекомендованным мною отваром. Так что к нашему приходу лидер беглянок чувствовала себя ещё лучше, и я решил, что вполне возможен её перенос на носилках. Да и мы пребывали весьма в благодушном настроении. Потому что, не особо напрягаясь, набрали в скоротечных схватках сразу пять «ничейных» ракушек. И это – не выходя из данной каверны! Ещё пяток сияний я заметил в иных группах животных, но мы к ним не стали соваться из-за их опасной многочисленности. То есть теперь у нас не только Длань имелась, но и отличные просторы для перспективной охоты. Но с другой стороны, несколько настораживало такое обилие разных представителей местной фауны: если есть переходы отсюда в иные просторы, то не нагрянут ли сюда иные нехорошие редиски? С одной стороны, они могут к данному месту и не добраться, а с другой?..

Но пока мы собирались и пока выбрались из пещеры, к пункту выдачи пайков успела прийти вторая партия как наших, так и десятка самых активных и боевитых «новеньких» в нашей компании. Они приволокли с собой три арбы, которые женщины решили загрузить наиболее ценными в хозяйстве предметами быта. А тех у них скопилось предостаточно, и особенно меня поразило большое обилие ковриков. Мягкие, пушистые, они тоже подавались завхозам-мужчинам в количестве две штуки в каждом комплекте товаров за груан. Но, видимо, женщинам выдавалось десятикратно больше.

Ну и я не сомневался, что первой нам навстречу поспешит Ксана Молчун. Не знаю, что она себе подумала, но, только внимательно меня осмотрев, успокоилась и стала рассказывать, что начало твориться в башне с приходом такого огромного пополнения. При этом она старалась скрывать своё недовольство, но я-то на раз считывал все её новые тревоги и волнения. Я-то толком девиц и женщин, которые вырвались из разбойничьего замка, не рассматривал, а вот она успела рассмотреть среди них и стройных, и симпатичных, и теперь опасалась такого огромного количества конкуренток в деле сугубо индивидуального воздействия на мою любвеобильную тушку.

Мало того, покосившись глазами на довольно моложавых и приятственных внешне подружек лидера, вдруг воспылала ревностью не к ним, а именно к больной. Это было настолько странно и нелепо, что я вначале даже не понял. Опухшая до безобразия, с перекошенными чертами лица, со сбитой в паклю причёской, Зоряна сразу показалась моей боевой подруге наиболее опасной. И начала она с шипения, когда мы уже двинулись на нашей стороне непосредственно к башне:

– Чего это ты так волнуешься о её состоянии, что сам чуть ли носилки не тащил?

– Ох! Не видела ты того состояния, в котором мы её застали! – высказал я своё сострадание без всякой иной мысли. – Вот потому нельзя её внутренности неожиданным ударом побеспокоить, там всё только-только возрождаться и восстанавливаться стало.

– А у самого не так? Тебе же ничего тяжёлого нельзя поднимать! А ты какую-то корову таскаешь, – фыркала Ксана. – Сама идти может, вон, как глазами поблескивает!

– Эт, ты зря. Ей ещё покой и покой нужен.

– Ну, ну! Посмотрю, как она в башне себя вести станет, попав на всё готовенькое. Там уже некоторые пытались права качать, но я их с ходу на место поставила. И хорошо, что двойняшки меня поддержали со всей категоричностью. Сразу заявили, что именно я твой заместитель на женской половине.

Я не сдержался от улыбки:

– А справишься с таким боевым контингентом? Это тебе не Франей командовать и не малышками. Да и те, если ты не забыла про упокоенную Курицу, могут человека зарезать в мгновение ока. А эти все беглянки более десятка здоровенных мужиков на тот свет спровадили. Им слово поперёк сказать – можно и на грубость нарваться. А настаивать начнёшь, так они за свою свободу зубами любую преграду перегрызут.

Моя боевая подруга капризно надула губки:

– Если ты меня поддержишь, никто из них и слова поперёк моих распоряжений не скажет.

– В любом случае тебе помощница или соратница понадобится, которая среди них обладает несомненным авторитетом. А что мне удалось услышать об этой Зоряне, так она как раз к таким врождённым лидерам относится.

Вот тут и прорвалась плохо скрытая ревность в голосе. Ксана, видимо, пыталась представить своё высказывание в виде шутки, но слишком уж неуместной она получилась:

– Может, ты мне её в помощницы не только в руководстве прочишь, но и в нашей постели?

Я постарался ответить тоже шуткой:

– Тогда я точно никогда не поправлюсь и буду возле плиты мёрзнуть. Хе-хе! – Потом попытался призвать к здравому смыслу: – Ксан, ты о чём? Человек ещё одной ногой в могиле находится, а ты уже ей такие фривольные подвиги приписываешь!

Но, кажется, мои укоры пропали втуне. А может, на пути к Длани новенькие рассказали Ксане нечто конкретное, где Зоряна предстала как обольстительная красавица, могущая окрутить любого мужчину только одним движением век. Поэтому и зародились подобные ревнивые предвидения. Но я, по крайней мере, от пары подруг, не отходящих далеко от носилок, ничего такого не слышал. Да и в голове у меня как-то не укладывалось сравнить это опухшее, скорее отталкивающее от себя одним видом создание с очаровательной красоткой. Никак не ассоциировалось у меня истинное лидерство с женским коварством и неотразимостью.

Затем у нас разговор перешёл на иные, бытовые темы, а там и час нашего пути к обжитой башне пролетел. Тем более что мы всех остальных, собирающих караван, не ждали, а, компактной группой окружив носилки, двигались от грота к нашему дому.

Там же, пока устраивали мы раненую во временном лазарете первого этажа, я весьма удивился именно командной активности, которую Ксана проявляла по отношению к новенькой. И что удивляло отдельно, так эта невероятная поддержка некоего командирского статуса моей боевой подруги со стороны двойняшек. Практически по любой мелочи они заставляли консультироваться с Молчуном, советовались демонстративно сами и частенько во всеуслышание заявляли:

– А вот в этом вопросе надо поинтересоваться у Ксаны! – или:

– Как Молчун скажет, так и будет! – а когда в какой-то момент мы остались со Всяной наедине, – девица откровенно мне пояснила:

– Поддерживая во всём твою подругу, мы имеем неплохие шансы официально стать твоей второй и третьей женой. Всё-таки нас она примет в семью с гораздо большей симпатией, чем кого-либо другого.

И убежала. Оставив меня с приоткрытым ртом ошарашенно размышлять над услышанным. В действиях сестёр просматривался свой резон и правильный расчёт, и у них такая нереальная вроде как задумка могла и претвориться в жизнь. Подобного на Дне никогда не могло твориться по умолчанию, потому что на каждых троих мужчин приходилась всего лишь одна женщина.