Чтение онлайн

– Здра... здравствуйте, - я справилась с изумлением.

– Добрый вечер, - кивнул он, - ну так что, садитесь?

Я взвесила перспективу идти пять кварталов пешком под дождем, или проехаться с комфортом рядом с шефом, и быстро обогнула автомобиль, скользнув на переднее сиденье.

– Что же вы так поздно заканчиваете, Екатерина Игоревна? У вас же рабочий день до пяти сегодня.

А он-то откуда знает?

– До пяти-то до пяти, но срочные заказы за это время сделать не успеваешь, - проворчала я.

– Так надо делать все в срок, - улыбнулся Воронов.

– Александр Сергеевич!

– Ладно-ладно, не шумите, главное, что вы всегда все делаете. Кстати, посмотрел вашу последнюю работу - я впечатлен. Почему раньше вас не видел?

Я смущенно потупилась. Все мои проекты раньше шли как работа от всего отдела и сдавались Илье Григорьевичу. И меня, в принципе, все устраивало. А после того случая, когда мне пришлось идти отдавать документы к Воронову, и он похвалил мои логотипы, что-то внутри перевернулось, и теперь мне дико хотелось, чтобы люди знали, что именно я делаю что-то. Леша тоже взял пример с меня, и в скором времени девчата из отдела получили выговор из-за того, что львиная часть работы делаем только мы с Алексеем. На нас тогда очень сильно обиделись, но зато производительность нашей команды гораздо повысилась.

У шефа запиликал телефон. Одной рукой продолжая вести, он прочитал смс и нахмурился. Пару минут в салоне царило молчание, а потом мужчина внезапно спросил:

– Екатерина Игоревна, а как вы относитесь к театру?

– Эм, хорошо отношусь, а что?
– я напряглась.

Воронов как будто собрался с силами и резко выпалил:

– Не хотите сегодня пойти со мной на одну постановку? У меня есть два билета.

Я хмыкнула. Значит, вороновская блондинистая подружка решила его продинамить?

– Соглашайтесь, билеты пропадут, и я один тоже от скуки вслед за ними, - взмолился шеф.

– Ладно, - я согласилась.

Он облегченно выдохнул.

– А что за постановка-то?

– Что-то современное и артхаусное, - задумчиво произнес Воронов.

Ох, наверное, еще и дофига модное среди пафосных дамочек.

Чувствую, постановка будет незабываемой.

Приехали почти вровень с первым звонком, так что не теряя времени, поспешили в зал. Места были хорошими - кто бы еще сомневался - балкон, с которого отлично просматривалась и сцена и сами актеры. Устроившись на своих местах, мы стали ждать начала.

И вот поднялся занавес, и перед нашими взорами оказался спортивный зал. Уже хорошее начало. Раздались громкие фанфары, из-за кулис выбежала стайка девушек в балетных пачках и красных сапогах и начала дергаться под какое-то невообразимое техно. Вслед за ними под восторженные аплодисменты с первых рядов вышел мужчина в костюме и огромном белом накрахмаленным париком. Обведя загадочным взглядом зал, он начал декламировать:

– Вселенная говорит нет,

Вселенная говорит да

Получается белиберда.

Жизнь сует задачи

И ты очень озадачен.

Но мы поможем, мой друг

И всем, кто вокруг!

Закончив сей великолепный спич и поклонившись, он, сделав па истинной балерины, упрыгал со сцены, ведя за собой танцовщиц.

Боже мой, я же не выдержу это больше часа.

Под очередной великолепный трек, от которого уши сворачивались в трубочку, выбежали парни в трико и, выстроившись в три колонны, начали по очереди забираться на шведские стенки, стоящие по бокам сцены, пока закадровый голос радостно повествовал что-то вроде: "Весь мир - спортзал, а мы в нем- заплатившие за абонемент".

Я украдкой покосилась на Воронова. Он напряженно смотрел, прикусив костяшку указательного пальца. Уголок рта нервно дергался. Ох, еще чуть-чуть, и мир лишится еще одного поклонника театра.

Апогеем всего стала женщина крайне пышных форм в таком же пышном платье времен восемнадцатого века и париком высотою в башню, который так и норовил съехать на бок. Взгромоздившись на детскую карусель, она с чувством начала декламировать Шекспира, перемежая его с какими-то дикими одами о несчастной любви. Карусель раскачивал очень грустный мальчик в форме пажа.

Мне очень хотелось бежать отсюда как можно скорее и как можно дальше, потому что с каждой минутой этого фарса становилось все смешнее. Антракт стал просто спасением для нас с шефом, и мы буквально вывалились из зала, изо всех сил стараясь сохранить серьезный вид. Все вокруг обсуждали первый акт: то тут, то там доносились обрывки разговоров о гениальности режиссера и глубоких мыслей, заложенных в каждом слове, произносимом актерами. В какой-то момент душа поэта не выдержала, и, схватив меня за руку, Воронов стремительно куда-то рванул - я еле за ним поспевала.

Завернув за какую-то колонну, он остановился, пару секунд отдышался, а потом разразился диким хохотом. Заразившись от него, я тоже перестала сдерживать эмоции, и чуть ли не сползла вниз по стеночке, если бы меня вовремя не поддержали.

– Ох, вы простите, - сказал он, придерживая меня за талию, - я не ожидал такого представления.

Видимо, вспомнив какую-то сцену, он опять словил приступ хохота.

– Да нет, все нормально, - я сама уже всхлипывала, - кто же знал, что это настолько гениально.

– Все, кроме нас с вами, наверное, - отозвался Александр Сергеевич, - когда Алена уговаривала меня купить билеты на этот спектакль, я даже представить не мог себе, что все будет настолько феерично.

Алена? А, так зовут его пассию, точно. Я отстранилась, ненавязчиво убрав его руку с талии.

– Это ваша девушка, одна из тех, что на фото была?
– и которую я в магазине видела.
– А почему она не смогла прийти?

– Да, это та, которую вы мне посоветовали, - он нахмурился, - без понятия, что-то там у нее не складывалось.