Причуда принцессы
Шрифт:
Деметрио вытер ее щеки краем рубашки.
– Я итальянец, помнишь? Я люблю помидоры. Они – обязательная часть моего меню, не могу и дня провести без них.
– Давай поспорим, – робко улыбнулась Натали, – ты говоришь это всем женщинам.
– Нет, принцесса. Только тебе. Потому что ты – единственная женщина в моей жизни. Если ты от меня уйдешь, она и гроша ломаного не будет стоить.
– Я не хотела уезжать, – шепнула Натали. – Не хотела верить, что между нами все закончилось.
– Мы всегда будем вместе. – Деметрио страстно поцеловал девушку. – Ты пройдешь в дом и позволишь мне все объяснить?
– Конечно. – Натали расстегнула ремень безопасности. – Кстати, где твой грузовик… и чья это машина?
– Грузовик в гараже, а эта машина моя.
Натали рассмеялась.
– Мне следовало догадаться. Какой итальянец не владеет красным «Феррари».
– Да, – поддержал он. – Еще у меня есть «Ламборджини», только не красный.
Девушка оправила юбку и жакет – те самые, что были на ней в день приезда.
– Тебе многое придется мне объяснить.
– Только сначала пригласим твою бабушку.
К удивлению Деметрио, Натали сразу же согласилась. Как только Барбара Уэйд уселась рядом с внучкой на кушетку, Деметрио приступил к объяснениям.
– Вы знаете, что я намеренно пускал вам пыль в глаза, когда приехал сюда, но теперь я думаю, пришла пора вам узнать обо мне кое-что, прежде чем я попрошу у вас прощения.
– Не томите, молодой человек, – попросила Барбара.
Деметрио прошелся по комнате и остановился у портрета, написанного маслом. На нем была изображена женщина около сорока лет в шикарном бархатном платье, с бриллиантовой диадемой в волосах и ниткой жемчуга на высокой, точеной шее.
Натали тут же узнала ее: печаль в глазах роднила женщину с девушкой на свадебной фотографии.
– Это портрет моей бабушки, – начал Деметрио.
– Я помню ее, – кивнула Барбара. – Она была настоящей леди.
– Она была моим вдохновением, – подхватил Деметрио. – Именно ей я обязан всем тем, что имею сейчас. Я вернулся в Италию после Принстона в двадцать восемь лет и основал в Милане свой бизнес. У меня была маленькая компания по реставрации зданий и команда из пяти человек. Я занял денег, купил старую, полуразрушенную виллу, восстановил ее и превратил в роскошный отель. Рискованное предприятие, но у меня получилось. Вскоре я открыл филиалы в Генуе и других городах. – Деметрио посмотрел на Натали и улыбнулся. – А недавно – и на этом побережье.
– Темно-зеленые фургоны с золотыми буквами… «Эмеренция кострузион». Они твои! – воскликнула девушка.
– Правильно. Эмеренция – второе имя моей бабушки. – Деметрио ласково погладил раму, обрамляющую портрет. – Я добился успеха и могу себе позволить содержать гараж роскошных машин, пентахаус в центре города, шале в Альпах и квартиру в Венеции. – Деметрио повернулся к Барбаре. – Я упомянул об этом, синьора, не для красного словца, а чтобы вы поняли: я не претендую на богатство Натали.
– Такая мысль приходила мне в голову, не стану скрывать, – призналась пожилая женщина. – Но продолжайте.
– Конечно, я мог бы сменить имя, продать виллу, жениться и начать новую династию в Милане, – Деметрио снова посмотрел на портрет. – Но это значило бы отречься от себя, от своей индивидуальности. Моя бабушка воспитала меня для успеха, и я должен был восстановить ее честное имя. Поэтому я вернулся в места, где прошло мое детство и начал все заново.
– Но почему вы не представились нам тем, кем являетесь на самом деле? – спросила Барбара. – Тогда вы избежали бы недомолвок и подозрений.
Деметрио покачал головой и улыбнулся.
– Недомолвки и подозрения только бы удвоились. Мне требовалось доказать, что я способен выполнить любую, даже самую сложную задачу. И доказать не только вам – живущим здесь, но и себе самому. Это был подарок моей бабушке… выплата долгов юности, если хотите. И я верю, что достиг вершины.
– И я тоже верю, – воскликнула Натали. Радость переполняла ее. – Я верю в тебя!
– А я верю своим глазам, – подхватила Барбара. – Вы – выдающийся молодой человек, Деметрио Бертолуччи.
Однако Деметрио вытянул вперед руку, останавливая всеобщее ликование.
– Это еще не все. – Он снова повернулся к Натали. – Я лгал тебе. Долго, почти два месяца.
Холод сковал ей сердце.
– Почему? Я не понимаю, – прошептала девушка.
– Полиция Поситано попросила меня сотрудничать с ними, чтобы вывести на чистую воду человека, чья жадность явилась причиной многих несчастий этого города. Ты знаешь, о ком я говорю, принцесса. Речь идет о Гвидо Каттанаске.
– Тот отвратительный тип? – переспросила Барбара. – Пришло время изобличить его. Но почему они пригласили вас?
– Гвидо Каттанаска хотел купить мою землю, снести дом и построить здесь гостиничный комплекс.
– О боже! – Барбара от ужаса не могла говорить.
– Думаю, вам пришлось бы несладко, – сухо заметил Деметрио. – Поэтому я согласился сотрудничать с полицией. – Он слегка поклонился в сторону Натали. – Я очень сожалею, что мне пришлось лгать тебе, и обещаю впредь не разочаровывать тебя.
– Как ты можешь извиняться! – Девушка вздохнула с облегчением. – Ты – само совершенство.
– О принцесса… – тихо сказал Деметрио. – Я далек от совершенства.
– Ты – мой герой!
– Какой я герой? Герои не рискуют теми, кем дорожат больше всего на свете.
– Не спорь, ты мой герой! – возразила Натали.
Деметрио откашлялся и провел рукой по глазам.
– Тогда осталась всего одна вещь, которую я должен сказать…
– Стоп! – Барбара подскочила с кушетки. – Третий здесь – лишний. Я должна ретироваться. Где твой винный погреб, Деметрио?
– Рядом с кладовкой в кухне. Пожилая женщина похлопала его по руке.
– Я найду, дорогой. У тебя есть заботы важнее. Не волнуйся, я не потеряюсь.