Чтение онлайн

— Разберешься, — снисходительно кивает Серый, — после пар. А пока тебе надо знаешь, что сделать…

Он наклоняется и принимается тыкать по клавишам с бешеной скоростью, попутно поясняя свои действия Дане на этой их дикой компьютерной фене.

Ни одного слова в простоте, реально!

Какой-то высший уровень задротства!

— Кто тебе вот этот блок делал? Он вообще понимает, что именно он делает?

— Ну… — Дана щурится на экран, — нет, я думаю. Там… Короче, там парень — практически аутист. Он вообще не говорит. И пишет с трудом. Но кодит… Охеренно. Но ему надо прям четко задачу ставить от и до.

— Интересно… — задумчиво щурится Серый, — познакомь меня с ним.

— Он с чужими вообще не…

— Я найду с ним общий язык.

Дана смотрит пару мгновений на Серого, затем медленно кивает.

И я усмехаюсь. Вот в чем вообще не сомневаюсь, так это в том, что Серый найдет общий язык с таким же наглухо повернутым мозгоклюем, как и он сам. И как-то даже сомнения берут, а есть ли более двинутые ебанашки, чем мой братишка? Это же нереально…

— Он сегодня будет в универе, кстати, — говорит Дана, — надо успеть, потому что у него свободное посещение из-за инвалидности… И он может тупо свинтить с пар. А в дом к нему хрен попадешь. У него там мамаша…

Она морщится, давая понять, что семейка парня-задрота — сложная тема.

— Хорошо, — кивает Серый, — вместе поедем.

— А мне никто ничего не хочет пояснить? — решаю я обозначить свое присутствие.

— Ты же все слышал, — холодно говорит Серый, и только я могу различить стеб в его мерзлой каменной роже.

— Щас втащу, — честно предупреждаю я.

Заебал меня при Дане чморить!

Хватит уже того, что я и так дебилом в легкой степени выгляжу.

Надеюсь, что в легкой…

Серый, само собой, не пугается, просто чуть дергает углом губ, кивает:

— Дана, иди поспи. Через два часа выдвигаться.

— Э-э-э… — я провожаю полным сожаления взглядом мгновенно улетевшую за дверь тоненькую фигурку, затем смотрю на Серого, которому мои междометия вообще похеру.

— Потом, — коротко говорит он, — надо дать ей поспать. А то толку не будет.

Мне очень не хочется с ним соглашаться, но… Приходится.

Серый прав.

Девчонка выглыдит усталой и затраханной.

Надо дать чуть-чуть поспать, а то потом отдача будет не в кайф. А мне уже понравилось то, что мы с ней делали вдвоем. И еще больше понравилась ее реакция. Хочется еще.

— А мы пока с тобой глянем вот эту тему…

Серый садится поудобней, приглашающе кивает мне на соседнее кресло.

С тихим вздохом, переключаюсь с отдыха на работу.

Гребанная работа.

Жить совсем не дает!

Ну ничего, вот порешаем вопросы Вопроса, чтоб тем, кто ему такое погоняло придумал, в аду было весело…

И потом завалимся вместе с Даной на остров какой-нибудь. Или лесную заимку в Карелии…

Отличная идея, кстати.

Большой, хозяин того края, нам теперь должен.

Как-никак, дочурку его спасли из лап маньяка… Устроит нам домик такой, чтоб ни одной гребанной рожи посторонней не было за десятки километров.

Разве что, волки да медведи.

Но с ними мы найдем общий язык, определенно.

Все-таки, родственные души.

— Конфета, мы пока по делам сгоняем, а ты глянь, где там этот твой задрот, — Черный выпускает меня из их здоровенного танка, тормозит, кладя широченную лапу на талию, возле водительского места.

Серый приоткрывает дверь, чуть отгораживая нас ею от толпы студентов.

Это более чем предусмотрительно, учитывая, что мы на стоянке находимся, и белую приметную машину видно отовсюду. Сложно такую не увидеть!

Открытая дверь полностью прячет меня, только кепка торчит, Серый на в хлам тонированном водительском тоже не особо виден, а вот Черный, мощной брутальной массой возвышающийся над кузовом внедорожника — прямо магнит для любопытных взглядов.

Любопытных, но мимолетных. Люди понимают, что не надо особо всматриваться в этого громилу, чревато. Инстинкт самосохранения работает на полную.

Черт, где же Костик, поганец, его проебал?

Я задираю подбородок, смотрю на Черного и успеваю словить в его непроницаемых глазах какую-то странную эмоцию, которую сложно распознать. Да и была ли она?

Через секунду уже ничего нет. Обычный смешливый крокодилий прищур.

— И это… — большой палец скользит по талии вверх-вниз, а взгляд задумчивый такой, странный, — если кто будет что-то… Говорить… Смотреть даже… Сразу звони, поняла?

Киваю.

Не представляю, чтоб, после случившегося с Костиком и его приятелями, в универе обнаружились еще похожие безголовые дегенераты, но, может, я слишком хорошо о людях думаю?

Черный прихватывает меня за подбородок, еще приподнимает, наклоняется целует…

Покорно раскрываю губы, не сопротивляясь.

И уплывая в этот сладкий властный поцелуй.

Черный, несмотря на грубость, может быть нежным в постели. И может очень-очень вкусно целовать… Так, что ноги подкашиваются. И голову дурит.

Волна кайфа проходит по всему моему измученному организму, показывая, что кое у кого восполняется энергетический и физический ресурс. Два часа сна — это отлично просто. Не были лишними.

Не могу сдержать сладкого стона, Черный, услышав, рычит сдавленно и уже обеими лапами подхватывает меня за талию, отрывает от земли, спиной поворачивает к брату, с готовностью принявшемуся оглаживать мой зад в простеньких джинсах-бойфрендах.

Меня, не прерывая сладкого поцелуя, ставят на подножку машины, так, что оказываюсь на одном уровне с лицом Черного, зарываюсь пальцами в его шевелюру, царапаю мощный загривок. И кайфую, бессовестно кайфую от происходящего, наплевав вообще на все.