Принц Ардена
Шрифт:
Аврора всхлипнула. Она убийца. Нет. Не просто убийца – цареубийца, братоубийца, предательница царской семьи. За такое преступление ей полагалась казнь через четвертование. Аврора даже не чувствовала, как содрогается в беззвучных рыданиях. Как трясется ее тело от холода и истерики.
Она пыталась воскресить в голове события в Древнем лесу.
Он изнасиловал ее!
Но почему она плачет? Почему в горле стоит горький привкус скорби? Почему в сердце зияет дыра?
– Аврора! Отойди от обрыва, прошу тебя. – Сквозь шквал ветра и рокот моря она услышала знакомый голос, полный отчаянной мольбы.
Рэндалл… Крошечное светлое пятно в зияющей черной дыре.
Она обернулась на зов. Их разделяли считаные метры. Аврора прочитала тревогу и сочувствие на его красивом лице.
– Аврора, пожалуйста, отойди и вернись ко мне.
Ей так захотелось оказаться рядом с ним, расплакаться в его теплых объятиях, ощутить себя под его надежной защитой.
– Рэндалл…
Она сделала шаг вперед, но, зацепившись о подол ужасно неудобного длинного платья для верховой езды, оступилась. Очередной шквал ветра толкнул ее в грудь, и она шагнула в пустоту, потеряв равновесие. Аврора почувствовала, как внутри все сжалось от неприятного стремительного падения вниз.
Сквозь шум моря пробился истошный крик, полный ужаса и отчаяния.
– Аврора! Нет!
Она с головой погрузилась в ледяную воду. Тяжелое длинное платье сковывало все движения. Ей стоило невероятных усилий, чтобы вынырнуть на поверхность.
Сердце разрывалось от панического страха, ведь она не умела плавать.
– Помо… – хотела она позвать на помощь, но не смогла. Ее накрыло следующей волной и затянуло в морскую пучину. Аврора не оставляла попыток вынырнуть, но обледеневшие конечности отказывались подчиняться. Грудную клетку сковала тяжесть от нехватки воздуха. Легкие заполнились соленой водой.
«Какая нелепая смерть», – подумала она, прежде чем ее объял безмолвный мрак.
– НЕТ. НЕТ. Аврора! – Рэндалл подбежал к краю обрыва, увидев, как хрупкое тело в ярком бордовом одеянии скрылось в пучине волн.
Он разом скинул с себя сюртук и сапоги. Берег был не опасен. Еще мальчишкой Рэндалл прыгал с этой скалы, но из-за бушующего ветра море было неспокойно. К тому же он сомневался, что Аврора умеет плавать.
– Томас! Живо вниз!
С этими словами Рэндалл без колебаний прыгнул с обрыва в морскую пучину. Глаза жгло от соли, но он отчаянно оглядывался в мутной воде в поисках знакомого силуэта, пока не увидел всполохи яркого бордового платья. Тело стремительно шло ко дну. Рэндалл мысленно взмолился и быстро поплыл вниз.
«Только бы успеть! Боже, дай мне сил!»
Рэндалл с трудом преодолел расстояние между ними и, обхватив Аврору за талию, начал отчаянно грести ногами и свободной рукой, чтобы выбраться на поверхность. Грудь от нехватки воздуха сдавливали спазмы. Он уже привык к холоду и не обращал внимания на онемение в конечностях. Он обязан был выплыть. Обязан спасти ее.
В его глазах начало темнеть, но он увидел, что сквозь воду пробивается свет. Рэндалл бросил все силы на то, чтобы преодолеть оставшееся расстояние и выплыть на поверхность.
Глубокий вдох режущей болью отдался в его груди. Рэндалл закашлялся, пытаясь прочистить легкие от соленой воды. Пока он пытался выплыть из воды, их прилично отбросило от берега.
Аврора была бледнее снега и не дышала.
– Черт! – Рэндалла охватила паника. Что, если он опоздал и не успел ее спасти? – Нет!
Гнев отрицания придал ему сил, и он с остервенением начал грести в сторону берега. Рэндалл не понимал, откуда у него взялось столько сил противостоять стихии, которая становилась все яростнее. Не знал, как ему удавалось плыть, держа одной рукой бездыханное тело. Но вскоре он добрался до берега.
– Мой принц! Гребите сюда.
В нескольких метрах от себя он увидел Томаса.
«Только бы успеть! – взмолился Рэндалл. – Только не умирай, умоляю!»
Когда он добрался до Томаса, тот помог ему вытащить Аврору на берег, а потом вылезти ему самому.
– Аврора! Аврора, прошу, очнись.
Рэндалл подполз на четвереньках к бездыханному телу. Ее губы посинели от холода, и она не подавала никаких признаков жизни. Не чувствуя, как его сотрясает бешеная дрожь, он повернул ее голову набок и начал непрямой массаж сердца.
– Умоляю, Аврора, очнись. Прошу тебя, – сквозь зубы прорычал он, почти отчаявшись. – Ну же! Давай!
Аврора лежала неподвижно, словно тряпичная кукла. Трясущимися руками он убрал прилипшую прядь волос с ее лица.
– Пожалуйста, Аврора, не умирай. – Его голос дрогнул на последнем слове.
Одной рукой Рэндалл зажал нос и, прильнув к ее губам, начал вдыхать в нее воздух. Томас пристроился рядом и теперь делал массаж сердца. Секунды длились вечность. Рэндалл прижимался к синим холодным губам, отчаянно надеясь вдохнуть в них саму жизнь, но Аврора так и оставалась бездыханной.
Он опоздал. Не уберег ее.
– Душа моя, умоляю, очнись, – дрожащим голосом прошептал он и снова прильнул к ее губам, теряя всякую надежду.
Глухой вздох показался ему прекрасней, чем пение ангелов. Грудь Авроры сотряслась от кашля, а изо рта вытекали струйки воды.
Рэндалл резко выдохнул.
– Аврора. Моя Аврора, – шептал он, исступленно прижимая к себе ослабшее тело и рассеянно осыпая ее щеки и лоб короткими поцелуями. Его сердце готово было разбиться вдребезги от нахлынувшего облегчения, радости и чего-то еще, о чем он не хотел сейчас думать.
– Рэн… Рэн… Рэй… – тихим обессиленным голосом прошептала Аврора. И то, как она сократила его имя, отдалось в груди волной ранее неизведанного чувства. Рэндалл посмотрел в синие глаза, наполненные слезами, и у него появилось необъяснимое желание утонуть… но не в морской пучине, а в бездне этих глаз.