Принц и Русалочка
Шрифт:
– Вы спасли меня от голодной смерти, – с признательностью проговорил он. – Осознаю, что ел как варвар, но голод оказался сильнее хороших манер.
– Позвольте спросить, где же вы находили себе пропитание до встречи со мной? – спросил Ланцерей.
Барон испустил глубокий вздох, похожий на рычание.
– Видите ли, ваше высочество, я уже неделю нахожусь в таком безобразном виде и за это время только однажды сумел добыть себе нормальную пищу, когда набросился на обедающих в поле крестьян… Они с криками разбежались, и я закончил трапезу за них, – волк оскалил зубы в улыбке. – Увы, мне даже не удалось вздремнуть после сытного обеда. Перепуганные крестьяне подняли на ноги всю деревню, и мне пришлось уносить ноги от охотников с собаками… Как вы понимаете, удовольствие было испорчено…
– Только один обед за неделю? – не верилось Ланцерею.
– Ну… откровенно говоря, не только, – бывший барон переступил с лапы на лапу. – В какой-то момент я так отчаялся, что решил не противиться волчьей природе, и… ну, в общем, исхитрился поймать какого-то глупого зайчишку…
– Ну и как? – полюбопытствовал Ланцерей.
– Отвратительно. После такого падения я закаялся убивать дичь, хотя бы это стоило мне жизни…
– Барон, боюсь, я не вправе спрашивать, – Ланцерей замялся, – но мне ужасно интересно узнать, как вы сделались волком?
– Понимаю. И охотно расскажу вам свою печальную и поучительную историю. Всему виной мое чрезмерное любопытство…
В ШКУРЕ ЗВЕРЯ
– Итак, я потомок древнего и знатного рода и единственный сын и наследник своих именитых родителей, с детства не знавший ни в чём отказа.
Вам, ваше высочество, хорошо известно, что это значит: мне были доступны любые развлечения и удовольствия этого мира. Казалось бы, чего ещё нужно? Но нет, меня постоянно влекло куда-то за черту дозволенного. А когда ты всей душой стремишься к чему-нибудь, то рано или поздно получаешь то, чего так страстно желаешь.
Вот и у меня в один далеко не прекрасный день случайно (хотя, скорее, неслучайно) оказалась в руках старинная магическая книга. В ней было много чудесного и даже страшного, но особенно сильно меня поразила возможность сделаться оборотнем – человековолком. Условие было не сложным: на рассвете воткнуть в землю нож и, трижды прочитав заклинание, перекувыркнуться через него. Чтобы снова стать человеком, следовало перекувыркнуться через воткнутый нож в обратную сторону.
Всю ночь я ждал рассвета и с первыми лучами солнца совершил магический обряд… Я превратился в огромного волка, едва лишь ноги мои коснулись земли после прыжка, и моему восторгу не было предела. Я стремглав бросился в лес и там то резвился и прыгал как щенок, то скользил невидимой грозной тенью меж стволами, то принимался громко выть, повергая в ужас лесных обитателей… Я и представить себе не мог, какой страшный удар готовила мне судьба.
К вечеру я решил вернуться в свой замок: я проголодался и к тому же подозревал, что слуги беспокоятся и ищут меня… Я поспешил туда, где оставил в земле нож и… вообразите моё потрясение, когда я не нашёл его на прежнем месте!.. Случайно или намеренно кто-то вытащил его из земли, я не знал, но отлично понял, что это конец. Мне суждено было остаться волком до самой смерти. А смерть, кстати сказать, подкарауливала меня на каждом шагу – от голода, от охотничьей пули или капкана… либо от зубов моих новых собратьев, не принявших меня в свою стаю…
Два дня и две ночи бродил я вокруг родного замка, опасаясь даже завыть от тоски… Потом представил, как меня травят собаками мои же подданные, и пустился куда глаза глядят, подальше от своих владений…
Во всей этой истории был один положительный момент: сделавшись зверем, я стал понимать язык других животных, так словно знал его всегда. И вот однажды я невольно подслушал разговор двух мотыльков, вернее, даже не мотыльков, а этаких эфемерных созданий с прозрачными крылышками, похожих на эльфов… Крохотный самец уговаривал свою подружку переселиться в какой-то райский уголок.
– Дорогая, ты даже не представляешь, какое это чудное местечко! И абсолютно безопасное, там нет наших врагов!..
– Что? Там нет птиц? – пропищала другая козявка.
– Ни птиц, ни зверей, ни людей, кроме одного-единственного человека, который и обустроил всё таким прелестным образом…
– Кто же этот человек, так мило позаботившийся о нас? – спросила прозрачная бабочка.
– Мне почему-то кажется, что в первую очередь он позаботился о себе самом, – ответил её жених. – Дело в том, что этот человек – волшебник…
– Ах!.. Неужели настоящий волшебник?
– Самый настоящий и ужасно всемогущий. Его зовут Фелигер. Скорее всего, он уединился, чтобы ему не мешали чародействовать. Фелигер наколдовал себе гору, покрытую девственным лесом, и специальным заклинанием сделал её неприступной для других людей, а также зверей и птиц.
– А мы? А для нас?
– Для нас этот великодушный человек сделал исключение. Скажу тебе по секрету, я уже побывал у него в гостях и даже осмелился присесть на краешек его волшебной мантии…
– О дорогой, какой ты смелый!.. И что же Фелигер?
– Представь себе, ничего. Поэтому собирайся в дорогу и летим.
– Но где же эта обетованная земля, дорогой?
(Тут, ваше высочество, я весь обратился в слух и даже перестал дышать.)
– Видишь ту отдалённую высокую гору? – спросил прозрачнокрылый эльф. – Это и есть убежище Фелигера, которое он называет Тамуткели…
– Тамуткели?! – воскликнул Ланцерей так громко, что волк испуганно шарахнулся в сторону.
– Как, ваше высочество, вам знакомо это слово?..
– Да, но умоляю вас, продолжайте, барон!..
Волк снова уселся у костра.
– Услышав о всемогущем волшебнике, я понял, что он единственный, кто может мне помочь. И я решил найти его во что бы то ни стало.
К подножию заколдованной горы я добрался без труда, но дальше меня ждало разочарование. Какая-то невидимая преграда выросла передо мной, не позволяя ступить ни шагу. Я пытался обойти её, но это оказалось невозможно. Я видел, как на эту преграду в воздухе наталкиваются птицы и обескураженные улетают прочь…