Чтение онлайн

– Вам, вам самому, – убеждал принц. – Вы не можете распоряжаться этим бесценным даром…

– То-то и оно, что могу! – перебил волк, возбуждаясь всё сильнее. – Я прожил на свете тридцать лет, и на что я их потратил?! На глупости, на жалкие удовольствия? Кому я сделал добро, кому принёс счастье? Я никого не любил, я не испытал и сотой доли того чувства, которое владеет вами!.. И только теперь моя жизнь может стать по-настоящему полезной и оправданной!.. Нет, ваше величество, не переубеждайте меня, а лучше… давайте-ка немного поспим до рассвета, я что-то устал.

Он демонстративно свернулся в клубок, как делают собаки, ночуя под открытым небом, и сразу же затих. Ланцерей прилёг на землю и широко открытыми глазами стал смотреть на маленькую звёздочку, заблудившуюся в чёрной кроне дерева. «Вот и снова мне улыбнулась судьба, – думал принц. – Улыбнулась тогда, когда я совсем уже было отчаялся… Какой благородный и великодушный человек этот барон Куартен…»

Через некоторое время заблудившаяся в ветвях звёздочка исчезла, и ночная темнота стала понемногу рассеиваться. Близилось время рассвета. Ланцерей сел и долго смотрел на спящего волка, пока какая-то птица не вывела его из задумчивости своей ранней коротенькой трелью. Тогда Ланцерей встал и закинул на плечи свою сумку.

– Прощайте, дорогой барон, я не могу принять вашей жертвы, – чуть слышно прошептал он.

Осторожно, боясь хрустнуть веткой, Ланцерей сделал шаг, другой… Волк спал с безмятежностью существа, пребывающего в мире и согласии с самим собой…

Когда полянка осталась далеко позади, принц остановился и огляделся.

– Куда же мне идти? Где мне искать тебя, Сиренелла? – вырвалось из его груди.

Кусты впереди неожиданно раздвинулись – перед Ланцереем, улыбаясь во всю свою зубастую пасть, стоял огромный волк.

– Вы забыли разбудить меня, ваше высочество, – вместо приветствия сказал он. – Впрочем, я это подозревал и старался спать чутко. Ну а раз мы оба уже на ногах, пойдёмте. Я провожу вас к Тамуткели.

– Это где-то здесь, – сказал волк, медленно продвигаясь через заросли высокой травы, и вдруг его вытянутый нос наткнулся на какое-то препятствие. – Ага, вот и она. Полюбуйтесь, ваше высочество…

Ланцерей протянул руку и коснулся невидимой стены – она была твёрдой и холодной на ощупь.

– Может быть, это стекло? – растерянно пробормотал принц. – Какой-нибудь необыкновенно чистый хрусталь?..

– Через который без помех может проникнуть любая букашка? – фыркнул волк. – Говорите волшебные слова, ваше высочество.

– Тагоро, сингаро, камагор! – произнёс наученный волком Ланцерей и почувствовал, что незримая преграда исчезла.

– Ступайте, я от всей души желаю вам счастья, – сказал волк.

– А вы? – виновато спросил Ланцерей. – Может быть, пойдём вместе?

– Боюсь, меня там никто не ждёт, – ответил зверь, – а в худшем случае могут и наказать.

– Барон, я буду умолять волшебника пощадить вас!.. Я объясню ему ваш поступок!.. Вы достойны не наказания, а награды!

– Ну что ж, давайте попробуем, – с сомнением сказал волк. – Идите первым, и, если окошко не захлопнется, я последую за вами.

Они беспрепятственно пересекли границу заколдованных владений Фелигера и стали подниматься в гору. Тамуткели и вправду была неповторимо прекрасна, как только может быть прекрасен уголок земли, куда ещё не ступала нога человека. Покой и тишина царили под изумрудными кронами деревьев, и эту тишину не нарушали даже бегущие с горы ручьи…

– Как хорошо! – очарованно проговорил Ланцерей и вздрогнул от звука собственного голоса, показавшегося ему неестественно громким и чужим.

– А всё-таки десяток-другой пичуг не повредил бы этому лесу, – проворчал волк, и вдруг шерсть на его загривке поднялась. – Ну, вот вам и стекольщик.

– Что вы сказали? – переспросил Ланцерей и увидел Фелигера – в длинной чёрной мантии, со скрещенными на груди руками… Волшебник смотрел на волка, и его взгляд не сулил ничего хорошего.

– Почему ты вернулся? – грозно спросил Фелигер. – Разве ты забыл, когда истекает твой срок?

– Господин волшебник, простите его!.. – воскликнул Ланцерей, загораживая друга собою. – Он принёс жертву ради меня! Чтобы последнее исполненное вами желание было моим!..

– Вот как! – загремел голос Фелигера. – Ты же ещё решаешь, кому мне помогать?

– Умоляю вас, не гневайтесь! Барон Куартен сделал это единственно из своего великодушия!.. Будьте же и вы великодушны к нему, господин волшебник! – и принц, впервые в жизни, упал на колени.

– Зачем ты явился сюда? – не обращая внимания на Ланцерея, допрашивал волка Фелигер. – Требовать для себя награды?

– Нет, господин, я хотел посмотреть, так ли прекрасна Тамуткели, как о ней говорят, – с невинным видом ответил волк.

– Ну и как ты её находишь? – не меняя своего тона, поинтересовался Фелигер.

– Весьма живописно, но жить тут я бы не согласился, – от постоянного одиночества портится характер.

Ланцерей тихо застонал, Фелигер же вдруг от души расхохотался.

– Я вижу, ты очень изменился после нашей встречи, – отсмеявшись, сказал он, – и обещаешь со временем измениться ещё больше. Пожалуй, будет несправедливо, если при этом ты навсегда останешься в звериной шкуре…

Фелигер замолчал, наблюдая за волком, но тот никак не выказывал своих чувств.

– Да, несправедливо, – повторил волшебник, – но ведь ты сам отказался от своего счастья. Поэтому вот тебе моё решение: три года ты пробудешь волком, а потом, если я в тебе не ошибся, снова станешь человеком.

– Но вы поможете этому юноше?

– Это не твоя забота, – отрезал Фелигер. – Тебе понятно мое условие? Тогда ступай, зверю не место среди людей.

Барон-волк с достоинством поклонился волшебнику, дружески кивнул Ланцерею и стал неторопливо спускаться по склону. Каждое его движение было исполнено силы, красоты и свободы.