Принцип Отелло
Шрифт:
– Кажется, дверь была опечатана, – ахнул Глебов. – Черт! Может, что случилось, а, Димон? Я ведь ей тогда не поверил. Помнишь, я тебе рассказывал?
– Помню. Только если дверь и была опечатана, то потом через нее явно кто-то входил и выходил. Бумажка-то рваная. Звони, говорю!
К кнопке звонка их руки потянулись одновременно. И давили оба попеременно. До тех пор, пока дверь не открылась. Ругали себя всякими разными словами и на все лады, надрывая голосовые связки на весь подъезд.
– Вы че, придурки совершенные, да? – Василиса встала на пороге в сигитовской рубашке, с заспанным лицом и прищуренным одним глазом. – Чего трезвоните?
– Васька! – Глебов едва не прослезился. – Васька, как же я рад тебя видеть, дорогой ты мой человек!
– Васек, привет, хороший наш! – Димон полез к ней с поцелуем, облапил всю, подхватил под мышку, как в детстве, и, игнорируя ее вопли, потащил в квартиру. – Саня! Саня, где ты?
– Да тут я, чего вопишь! – Сигитов выскочил из ванной с намыленными щеками и бритвой в руке. Увидал брыкающуюся в руках Димона Василису и заорал: – А ну поставь мою женщину, скотина! Ей, может быть, больно!
Руки Димона разжались, Василиса осела на пол. Сигитов тут же подскочил, начал ее поднимать. Вымазал, естественно, всю в пене для бритья, а она рассмеялась, мазнула этой пеной ему по животу…
– Тебе не кажется, что мы с тобой что-то пропустили, Арчи? – Друг, подбоченясь, смотрел на Василису и Сигитова. – Тебе вот эти брачные танцы ни на что не намекают?
– Я и без танцев все давно про них знал, – фыркнул Глебов и потряс пакетами. – Молодые, попрошу минутку внимания.
Все уставились на него.
– Поскольку я, как всегда, оказался прав и Сигитов ни в какие переделки не попадал, а пропал с одной-единственной целью – приручить наконец нашу Василису Прекрасную, предлагаю выпить!
Предложение было встречено на ура. Все рванули в комнату, принявшись вытаскивать стол на середину, потрошить пакеты. Потом вдруг, оглядевшись, Димон воскликнул:
– Постойте-ка… Саня, а где твой комп?
– А, снес в комиссионку, – беспечно махнул рукой тот. Он забыл добрить щеки, и Василиса теперь стирала пену с них полотенцем.
– Да? – Арчи настороженно глянул на них обоих. – А бумажка там, на двери? Она что означает?
– Посторонним вход воспрещен! – слово в слово выпалили Василиса и Сигитов и рассмеялись.
– Нет, погодите-ка, – насупился вдруг Арчи, отставляя наполненный стакан в сторону. – Я чего-то не понимаю! Вы дурите нас или как?
– В смысле?
– Она тебя тут искала, изводила меня всячески, чуть личную жизнь мне не сломала. А ты… Слушай, а ты в самом деле пропадал? Или нарочно, чтобы ее заполучить?
– Я-то… – Саня привлек к себе Василису и поцеловал с нежностью в плечо. – Я-то, пацаны, уже давно из-за нее пропал. Давно и, видимо, навсегда!..