Чтение онлайн

Хозяйка избушки сидела тут же за столом и переплетала между собой остро пахнущие побеги полыни. Это и правда была молодая женщина с рыжей косой, перекинутой через плечо. Она бросила быстрый взгляд на гостью и вновь склонилась над своей работой.

– Почто явилась? – спросила ведьма, не поднимая взгляда.

Милуша невольно поёжилась, уж больно неприветливо и жутко было в этом убогом домишке. Но тут же взяла себя в руки и ответила как есть.

– Я приворот сделать хочу…

Колдунья кивнула.

– Так и думала. Ваша сестра лишь за этим является. Да ещё желая извести соперницу. На днях заходила одна. Галкой кличут, поди, знаешь? – без каких-либо эмоций продолжала рыжая.

Милуша вздрогнула. Ещё бы не знать ей, своей бывшей подружки.

«Неужто порчу просила навести, чтобы Пересвета к рукам прибрать?» – в ужасе подумала девушка.

– Верно, порчу на смерть просила, – кивнула ведьма, но бросив быстрый взгляд на побледневшую гостью, поспешила успокоить её. – Не дрожи, отказала я. Не то, что я боюсь извести до смерти, да невыгодно мне, опасно. И не силы потусторонние страшусь, а вас, селян. Коль прознают, что в гроб загнала кого, так живо самосуд устроят. А Галка эта растрезвонит подружкам, не утерпит. Потому и прогнала.

Рыжеволосая колдунья рассуждала таким спокойным и обыденным тоном, будто не судьбу чужую решала, а рассказывала о чём-то незначительном.

– А знаешь, мне и захотелось взглянуть на вашего Пересвета. Что за парень такой видный, этот кузнец, что за него жизни лишь желают? Вот скажи хоть ты, чем он так хорош? – продолжала ведьма. – Да ты присядь, не стой над душой и не дрожи. Не съем я тебя и худого не сделаю. Ни к чему мне это. Звать тебя как?

Милуша послушно уселась на лавку напротив хозяйки избушки и назвала своё имя. Корзинку со снедью она поставила на стол рядом с рукой колдуньи.

Ведьма кивнула.

– А меня Златой кличут. Хотя ты, должно быть, знаешь. Ну что же, будешь о суженом рассказывать?

– Да что рассказывать-то? Красивее Пересвета нет парня в нашей деревне. Чернобровый, кудрявый, ростом высокий, статный и сильный, кузнец, как-никак. Вот девки к нему и липнут, как мухи на мёд. А он ко мне сватов заслал, моим мужем будет! Ни к чему мне эти соперницы! Помоги, сделай милость, присуши ко мне доброго молодца, чтобы не смотрел по сторонам, лишь обо мне думал и любил больше жизни! – взмолилась девушка, а у самой слёзы так и брызнули.

Ведьма подняла на Милушу пронзительный взгляд чёрных, как уголь, глаз. Несколько минут она внимательно изучала гостью, а потом спросила:

– Он не любит тебя? Ты это точно знаешь?

Милуша задумалась. Сказать с уверенностью, что Пересвет не испытывает к ней никаких чувств, она не могла. Ведь парень всегда обходился с ней ласково. Каждый вечер искал с ней встречи и потом долго не отпускал, отчаянно терзая девичьи губы поцелуями. Но всё же этого было ей недостаточно!

Вспомнила она Галку с Яриной, что перекидывались шутками и пересмеивались с кузнецом. Вспомнила, что не гнал он от себя девиц, а наслаждался их вниманием и восхищёнными взглядами.

«Коль любил меня, с другими не стал бы любезничать!» – с горечью подумала она.

Вновь сдавило боль сердце, и чёрная пелена ревности накрыла с головой.

– Не любит! – выпалила Милуша, вытирая слёзы.

Злата сверкнула тёмными глазищами и встала с лавки, отодвинув в сторону плетёнку из полыни. Она принесла большую миску и водрузила на середину стола. Затем установила толстую свечку в глиняной мисочке и, щёлкнув огнивом, подожгла её.

– Сиди помалкивай, что бы не увидела, рот держи на замке. Я сейчас ворожить буду, а после дам тебе приворотное зелье. Ты его в мёд подмешай и кузнеца накорми, в тот же день станешь для него такой же сладкой. Всех остальных навеки позабудет. Но учти, приворожённые волю теряют, и без тебя парень не проживёт. Коль что случится с тобой, на тот свет следом уйдёт. Поняла? Готова присушить Пересвета? Пойдёшь на это? – ведьма пристально смотрела в глаза Милуше, как будто желая прочесть её мысли.

– Готова… – еле слышно пробормотала в ответ девушка.

От страху и нехорошего предчувствия у неё перехватило горло, а во рту пересохло, так что каждое слово давалось с большим трудом.

– Ещё, как пойдёшь обратно, не вздумай оглядываться, чтобы ты не услыхала. Повернёшься, считай пропала, до дому не дойдёшь. А слышаться будет разное: и страшное, и жалостливое, и запутать нечистые силы попытаются. Не побоишься? Выдержишь? – не отставала колдунья.

– Выдержу… – всё так же шёпотом ответила Милуша.

– Коли так, будь по-твоему, – Злата взмахнула рыжей косой и продолжила приготовления.

В миску с водой колдунья налила водицы из кувшина, а потом склонилась над ней, что-то тихонько бормоча. Поводила белой ладонью над посудой, и неожиданно по водной глади побежали маленькие волны, отчего та зарябила.

Ведьма ещё что-то проговорила себе под нос, продолжая ворожить и делать плавные движения рукой над миской, и вскоре водица в ней замерла, разгладилась.

Милуша во все глаза наблюдала за колдовкой, а потом бросила взгляд на воду, налитую в плоскую посудину, и обомлела. Удивляться было чему: там, как живой отражался суженый её – Пересвет.

– Как же… – начала было девушка, но ведьма так зыркнула в её сторону, что та примолкла.

А кузнец между тем не просто появился в воде, он двигался, как будто занимался своими повседневными делами и не знал, что за ним следят с помощью колдовства.

Красивый, темноволосый, он трудился в своей кузне, размахивая молотом и опуская его на наковальню. Густые волосы упали на чистый лоб, глаза смотрят весело, а движения ловкие, всем на загляденье. Бугристые мускулы под белоснежной рубахой, так и играют, заставляя замирать в восторге сердце девушки.

– Ох и хорош! Ох и пригож кузнец Пересвет! – воскликнула ведьма и бросила хитрый взгляд на Милушу. – Такого приворожить не грех, пока не увели, да не соблазнили злые соперницы.

Девушка только кивнула, не в силах отвести взгляда от воды, в которой отражался её любимый.

Колдунья махнула рукой, в тот же миг ведение исчезло. Она тут же подхватила миску, быстрым шагом подошла к двери, распахнула её и выплеснула содержимое прямо с порога. А затем вернулась к столу и продолжила творить чары.

Конец ознакомительного фрагмента.