Призрачный сервер. Вандал
Шрифт:
Целостность носителя 53 процента.
Идет тест матрицы сознания.
…
Окружающая реальность проявляется медленно, рябит помехами. С трудом различаю оплавленные стены и металлическое кружево перекрученных балок.
Тело покрыто спёкшейся коркой. Приводы едва движутся, одежда и экипировка превратились в пепел.
— Древний! Очнись! Надо уходить!
В ответ я лишь слабо выругался. Не могу пошевелиться.
Асмис, как выяснилось, неплохо разбирается в технике. По крайней мере он сообразил, что моя аппаратная периферия пришла в негодность. Заметив поблескивающие нити стилхата, вплетенные в остов «древнего», он принял верное решение. Взял модуль передатчика и плотно прижал его к моему предплечью. Остальное сделали микромашины, мгновенно образовав соединение с «новым устройством».
— Ты жив или нет?
— Жив…
— Где твой слуга?
Прозвучало грубо, но поправлять некогда.
— Сейчас свяжусь. Долго я пробыл в отключке?
— Пять минут («Синапс», в связке с семантическим процессором, переводит все, вплоть до единиц измерения).
«Кейл?»
Никто не ответил, зато в канале телеметрии промелькнуло смазанное изображение. Я увидел парнишку с датчиков зонда. Он сидит у стены, в луже крови, а вокруг полно рыжих пятен. Все ясно. Проклятый стилхат покинул тела погибших и ищет себе новую жертву.
Спроецировав полученные от зонда координаты на карту, я сориентировался и просипел:
— Помогите встать. Нужны энергоблоки и оружие, — мое сломано.
Ржавые, к моему удивлению, оказались вполне адекватными существами.
Они быстро и четко выполнили просьбу: подзарядили мои энергоблоки, дали оружие. Несмотря на отвратительный внешний вид, никто на меня не косится. Да и с самоконтролем у них все в порядке. Всего несколько минут, как освободились от многолетнего диктата чуждой воли, и ничего, не рефлексируют.
— Нельзя показываться на открытом месте. Пойдем руинами, — коротко и по существу предложил Орм.
Третий из выживших, коренастый, невероятно сильный боец по имени Дифт, киборгизирован больше других. Руками разжав погнутые металлические стойки, он расчистил путь и первым шагнул в сумеречные глубины разрушенных отсеков.
Шли молча. Ржавые даже несколькими репликами не обменялись. Видимо сказываются годы, проведенные под гнетом управляющих микромашин. Они получили негаданную свободу, но не знают, что с ней делать. По крайней мере мне так показалось.
Путь не занял много времени. Заглянув в очередное помещение, Дифт резко попятился:
— Там проклятый стилхат на стенах!
Не стану лгать, входить в отсек мне было жутковато. Здесь погибли трое Ржавых. Наниты, контролировавшие их на протяжении многих лет, потеряли носителей и сформировали свободные колонии. Так они могут таиться в глубине руин, ожидая своего часа, сколько угодно.
Дистанционного давления на рассудок пока не чувствую. Значит «проклятый стилхат» реагирует на потенциальную жертву с коротких дистанций? Впредь буду осторожнее. Сколько таких ловушек скрыто в глубинах разрушенных уровней платформы? Сложно даже вообразить. Космическому сооружению миллионы лет и его искусственно созданные просторы хранят отголоски множества неведомых, но разрушительных событий.
Я медленно дошел до центра помещения, в полной готовности перехватить контроль над микромашинами при помощи «Зова». Но сначала хотелось бы выяснить дистанцию, с которой начнется их агрессия.
Как оказалось: три метра. Ровно на таком удалении одно из пятен вдруг начало извергаться ржавой дымкой.
«Синапс» ведет сканирование. Я отступил на несколько шагов, но рыжеватые завитки не угомонились, — они струятся в воздухе, словно бы присматриваются, оценивая меня.
Наночастицы, даже в большом количестве не обладают разумом. У них есть лишь функции. Тогда почему не последовало стремительной атаки? — пользуясь моментом хочу выяснить как можно больше.
Странно они себя ведут. Почему не внедрились в Кейла? Парень, кстати, выглядит плохо. Схлопотал пулю. Самодельный зонд валяется у стены отсека, — его движители повреждены, корпус зияет пробоинами попаданий.
«Синп, поторопись с анализом!» — мысленно прикрикнул я.
Расширитель сознания перебирает известные коды управления, пытаясь воздействовать на «проклятый стилхат»
«Утилизация» — провалено.
«Репликация» — провалено.
«Стальной туман» — команда проигнорирована.
«Форма воплощения» — выполнено со сбоями.
После применения упомянутого кода дымка вдруг стремительно уплотнилась, наниты образовали крошечный прямоугольный слиток, который со звоном упал на пол.
Опасный эксперимент дал неожиданный результат, но его надо перепроверить, вдруг произошла случайность?
Я осторожно приблизился ко второму пятну, повторил действия. Так же поступил и с третьим.
Код управления снова сработал. И еще одно важное наблюдение: наниты не внедрились в Кейла, да и со мной повели себя нерешительно, словно я — неподходящий носитель.
«Им почему-то необходимо биологическое тело. Кейл не подходит из-за тяжелого ранения. Ты, Глеб, уж извини — неживой в текущей ипостаси».
«Тогда почему они бросались на меня в прошлые разы?»
«Ты применял 'Зов», — лаконично напомнил «Синапс».
Ладно. Приму за рабочую версию. С «формой воплощения» все понятно и логично. Команда универсальная, ей подвержены любые виды микромашин.
«Почему нет реакции на код „Стального тумана“? — задал я мысленный вопрос. — Помнится, звери, охранявшие экстрамерность, использовали щит нанитов».
«Колонии лишились своих носителей. У них сейчас нет объекта для защиты. Поэтому команда игнорируется», — ответил Синп.
Логично.
Итак, что удалось выяснить?
«Зов» не воздействует на агломерации, имеющие «хозяина». Для его успешного применения нужно либо уничтожить носитель, либо разорвать информационные связи между нанитами, — тогда их можно подманить с дистанции в двадцать-тридцать метров.
Ну и напоследок — «Дезинтеграция». Это аварийный код. Кто бы ни поработал над оригинальными микромашинами, программируя их под «проклятый стилхат», он не смог удалить базовую команду самоуничтожения.