Чтение онлайн

— Нужно собираться. Черт знает, когда соберется эта толпа и когда они появятся здесь.

Кайлин потянула на себя покрывало, и, замотавшись в него, поднялась с кровати. Все тело ломило, но это была приятная усталость. Кайлин зашла в ванную, закрепила душ в стойке, как она уже наловчилась делать, и начала разбинтовывать руки, чтобы помыться.

— Что ты делаешь? — спросил Гийон, абсолютно голый заходя в ванную следом.

— Нужно принять душ, а для этого придется снять повязки. Не беспокойся, я всегда так делаю.

— Я думал, что тебя купает Ено.

— Даже роботу я бы этого не позволила.

— Но, тебе же больно, наверное, мочить раны?

— Они быстро заживают, так что теперь это практически не доставляет мне беспокойства.

Она размотала повязки и взглянула на собственные руки. Маленькие хвостики от тоненьких ниточек аккуратными рядами "украшали" ее пальцы и ладони. Она залезла в ванную и, задернув штору, включила воду. Закрыв глаза, Кайлин позволила горячему потоку струиться по ее волосам и телу. Самым трудным было взять в руки мыло. Кожу на ладонях тут же начинало щипать, и долго выносить эту пытку она не могла. Кайлин уже собралась с силами, когда Гийон, без разрешения, залез в ванную к ней.

Она открыла глаза и обернулась.

— Давай, я помогу.

— Не нужно. Я сама.

— Но, я хочу тебе помочь.

— Гийон, — простонала Кайлин и попятилась к стене.

Он не обратил никакого внимания на ее мольбу и, схватив за талию, притянул к себе. Затем развернул на месте и прижался к ее спине. Так ему прекрасно была видна ее великолепная белоснежная грудь, которую он еще не раз собирался поцеловать.

Гийон взял кусочек мыла с полки и, намылив свои ладони, провел ими по ее упругому животу.

Кайлин даже представить себе не могла, насколько приятными могут быть прикосновения, когда сильные мужские намыленные руки скользят по телу. Гийон провел ими по ее груди, специально задевая маленькие соски и, спустившись вниз, окунул в пространство между ее ног.

Кайлин схватилась за стену и почти потеряла равновесие. Глаза ее давно уже были закрыты, а его нос по-прежнему находился у нее за ухом. Он прикусил маленькую мочку и провел по ней языком, смывая мыльный раствор с ее тела.

— Понравилось? — прошептал он свой вопрос.

— Да, — ответила Кайлин, не открывая глаз.

— Если бы у нас было время, я бы не стал останавливаться на достигнутом.

— Да, — ответила она и, развернувшись, мимолетно поцеловала его в губы. Взгляд ее опустился ниже, скользя по развитым мышцам его живота, и наткнулся на то, что ее несколько шокировало.

— М-м-м, — замялась она.

— Не стоит тебе так на него смотреть. Ему будет плохо.

— Почему мужчины говорят о нем в третьем лице?

— Ну, иногда он живет собственной жизнью. Особенно по утрам.

— Гийон, ты… — произнесла она, не отрывая своих глаз от него.

— Ты других не видела.

— В порно видела.

— Так вот чем ты промышляла в юности?

— Ну, я не считаю это зазорным.

— Уверен, что и мастурбацию ты тоже освоила.

— Что? — возмутилась Кайлин, краснея при этом больше, чем положено.

— Да, перестань ты. Неужели не трогала себя вот так?

Рука Гийона тут же оказалась у нее между ног, и Кайлин с силой втянула в себя воздух.

— Гийон, нам пора идти.

— Ты только ответь, и я тебя отпущу.

— Ну, — поморщилась она.

— Я так и знал, что ты — маленькая развратница.

— Ты ничем не лучше.

— Боюсь, что я — еще хуже.

Кайлин нанесла ответный удар по самообладанию Гийона довольно просто: подняв колено и потершись им по его возбуждению.

Гийон не ожидал от нее такой проницательности и навис над ней, как хищник над жертвой.

— Я открыл ящик Пандоры, Кайлин.

— Это плохо?

— Теперь я знаю, почему ты так злилась: не растраченный потенциал портил твой характер.

— Что-о-о?

— Я сказал правду.

— Пошел ты со своей правдой!

Он захохотал так сильно, что, кажется, от его голоса содрогнулись стены ее дома. Она же, схватив полотенце, тут же вылезла из ванной. Обидным и смешным одновременно было то, что Гийон оказался абсолютно прав: взбалмошный и неуправляемый у нее, очевидно, не характер, а темперамент.

Садясь в машину, она окинула взглядом свой дом и тяжело вдохнула:

— Наверное, опять придется делать ремонт.

— Будет повод изменить интерьер.

— Я не считаю этот дом своим. Он слишком искусственный, не настоящий.

— Это потому, что кто-то за тебя выбрал шторы и кофейный столик в гостиной. А каким был твой прежний дом?

Кайлин поморщилась при воспоминаниях о своей с братом квартире, постоянно заваленной документами и его электронными приспособлениями, в которой ничего, кроме шкафов с литературой и двух диванов не было.

— Я никогда не жила одна. Мы с братом кантовались в двухкомнатной квартирке на окраине города.

— Вы с братом жили вместе?

— Да. Он был старшим в семье и после смерти матери, опекал меня.

— А отец?

— Я не помню его. Он умер, когда мне исполнилось три.

— И как тебе жилось с братом?

— Иногда я думала, что старшая в семье все-таки я. Он был очень талантливым: в двадцать три закончил университет с отличием и сразу же получил престижную должность.