Проделка в Эрмитаже, Бренер Александр Давидович

Проделка в Эрмитаже

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

Дорогой мой и милый Сережа,Мне нравится твоя рожа,Потому что она вечнодетская.Мы страшно с тобою ругались,А сейчас наконец побратались,И тому есть причина простецкая:Необходимость объединения мальчугановПротив сволочи и интриганов.И задача сия – молодецкая.

««Спать, спать, спать, спать»…»

«Спать, спать, спать, спать», —Говорит тихонько матьМаленькому мальчику,Гладя его пальчики.«Спать, спать, спать, спать», —Шепчет юноше опятьДевушка-красавица,Нежа его палицу.«Спать, спать, спать, спать», —Уложив его в кровать,Старику старушенькаШамкнула на ушенько.«Спать, спать, спать, спать», —Чавкнула землица-мать,Но мертвец не услыхал,Ибо в гробике лежал.Тут-то начал он кричать,Начал ножками стучать,Кулаком по стенке – хвать:«Вставать! Вставать!»

«Как-то было у меня горе…»

Как-то было у меня горе.Оседлал я его, как коня,И мы мчались вдвоём на простореДва года и еще два дня.А потом я с него спрыгнулИ вошёл в чей-то милый дом,Пожил там, позже был выгнан,И неважно, что было потом.А горе? Куда делось горе?Вот это реальный вопрос.То ли с горки прыгнуло в море?То ли впрягли его в чей-то воз?

«На улице лежал бродяга…»

На улице лежал бродяга.«К нему, – подумал я, – прилягуИ эту песенку моюЕму на ухо пропою.Ведь так бедняга одинок».Но только я к нему прилег,Бродяга сразу заорал:«Катись отсюдова, нахал!»Потом, увидя мой испуг,Он помягчел и молвил: «Друг,Заместо песенки своейТы лучше дай мне сто рублей».В карманах рылся я, как зверь,Но денег нет – есть лишь Бодлер.Тут я кричу без проволочек:«Я подарю тебе цветочек!»

Туча

Я взглянул: на небе туча,А под тучею дома.Я подумал: было б лучшеСпать на туче задарма,Дом ведь – платная тюрьма.Я подумал: а ещё быЛучше платье не носить,А скроить из тучи робуИ по небу в ней бродить…Тучу есть, из тучи пить.Я смекнул: ведь туча можетФормы быстро изменять,Облик девушки пригожейЕй нетрудно воспринять…Стану девушку ласкать!Я решил: летучесть тучиМне сулит святую блажь —Дева туч на каждый случайБудет новая, не та ж!Тут я впал в безумный раж.Я взмолился: «Туча, туча,Будь мне домом и женой!Ты прекрасна, ты могуча…»Дождь вдруг хлынул проливной…Смейтесь, смейтесь надо мной!

«Tакая маленькая малость…»

Tакая маленькая малость —Мне жить совсем чуть-чуть осталось.Я соберу остаток силИ поступлю, как крокодил.Не буду вовсе лить я слёзы,Забуду все свои угрозы.И солнце я не проглочу,И девочку не захочу.Но тихо лягу на панели,Чтоб все прохожие глазели,Разину пасть, как трубадур,И захриплю: “Bonjour! Bonjour!”

«Существуют разные возможности…»

Существуют разные возможности:Позабыть совсем об осторожности,Запастись полдюжиной камнейИ разбить один из фонарей.Существуют разные возможности:Наплевать на всяческие сложности,Отказаться ото всех идейИ стать самым гадким из детей.Существуют разные возможности:Умереть при первой же возможности,Но поджечь какой-нибудь музей,Чтобы сердцу стало веселей.Существуют разные возможности:Начихать на противоположности,Перепутать дактиль и хорейИ орать, как грешник на чертей.Существуют разные возможности:Бросить все долги, должки и должности,Стибрить пару вкусненьких вещейИ кормить лисиц и голубей.

«Я – предатель сотни наций…»

Я – предатель сотни наций,Я плевал на гром оваций,Я хотел лишь одного —Крикнуть миру и-го-го.И-го-го ведь «и-го-го»Лишь для дурня одного.Для меня же и-го-гоБольше всяких ого-го.Вот и встал я, как на пиреВ старом добром божьем мире,И, чтоб стало всем легко,Крикнул миру: «И-го-го!»Только мир не шевелится,Словно мир этот – больница,И лекарство и-го-гоУж не лечит никого.

«Ох, сколько я сменил квартирок…»

Ох, сколько я сменил квартирок —И все-то были не мои.Ох, сколько я стерпел придирок —Да ни одной, друзья мои!Я воровал и сам украденБывал цыганками небес,И я имел не меньше ссадин,Чем душ имел я и телес.Но говорить не научилсяЯ на родимом языкеИ под любимую мочился,Когда с ней спал на тюфяке.Еще я матери полтинникНа день рожденья пожалел,Зато, весёлый матершинник,Я песню грустную ей спел.И потому сегодня утромСломал я солнце пополам,Но только моль одна и пудраПосыпались к моим ногам.

Madame

В центре Парижа,К Сене поближе,В тени Notre-DameЯ видел Madame.Возраст – неясен,Прищур – опасен,В накидку шуба,И скалит зубы.Под шубой прелой —Голое тело.И ступни тожеВ своей лишь коже.Зимой и летомНа месте этомСтоит, как древо —Ни вправо, ни влево.Вокруг – туристы,Бомжи, букинисты,Жандармы тоже,И прочие рожи.Собаки, урки,В тужурках турки,Бабёнки в гриме —Все мимо, мимо.Она же – в мехе,Пупок в прорехе —Стоит все там же,Не емши, не спамши.Как это странно…Но раз утром ранoНекий японецЕй кинул червонец.Денек был светел.Я сам свидетель:Деньги упали,Но их не взяли.Вздрогнула шуба,И этак негрубо,Но – хоть охай, хоть ахай —«Да пошел ты на хуй!» —Донеслось до химер.Я и сам, старый хер,Это слыхалИ вам передал.

1 2