Чтение онлайн

– Говорите! Говорите много! Не быстро! Тот, наверное, понял, потому что принялся кричать и поначалу чуть ли не плеваться. Степан улавливал многочисленные «как», «мое», «твою», «да я», «откуда», потом пошли глаголы – «влез», «сломал», «убить» и существительные – «кретин», «варвар». Человечек то и дело вскакивал, махал руками, указывал на агрегат и порывался бежать за граблями. Степан его усаживал, переспрашивал и тоже показывал руками, вспоминая давнишние слова Экселенца: «Вы будете поняты, где бы ни оказались». Вопрос – где же он оказался? – Степан надеялся разрешить по мере достижения взаимопонимания с эмоциональным бородачом, как, впрочем, и многие другие вопросы.

Через некоторое время между ними уже завязался примитивный диалог: борода обвинял Степана в поломке своего агрегата, Степан, напротив, обвинил агрегат в том, что это он его чуть не убил. Тут хозяин впервые немного успокоился, насторожился и потребовал объяснений. Для чего они согласно прошли к агрегату. Слов уже было достаточно, чтобы втолковать бороде, что он, Степан то есть, «влез» внутрь вот этой коробки, но тут она сломалась (к счастью). И что он уже шестой, кто в нее влез, а предыдущих пятерых она убила (показывал на пальцах). Борода воспринял рассказ скептически, а затем пополнил их общий словарь парой нелицеприятных словосочетаний, отчего Степан наконец тоже вышел из себя и не остался по этой части в долгу. Взаимопонимание вот-вот грозило свалиться в непечатную область, как вдруг произошло событие, явившееся неожиданным подтверждением Степанову рассказу.

На обломках ящика, рядом с которым разгорался сыр-бор, возникло некое человеческое существо, а конкретно – дама. Если еще конкретней, то это была Бякса собственной персоной.

Степан вспомнил ее упрямое: «Ну, это мы еще посмотрим!» – сказанное ею у псифов. Как же он был недальновиден, полагая, что Бяксу – БЯКСУ!!! можно отправить в отставку, утешив ее какими-то «подъемными»! Он представил себе, как она .врывается к Экселенцу, возможно, даже угрожает ему оружием, и тот с радостью выполняет ее требование – запуливает ее по прбклятому индексу, в полной уверенности, что она прилетит вслед за Степаном на Сткоч уже в компактном состоянии. Но что ни говори, а появление ее и теперь оказалось как нельзя более кстати.

Степан при виде ее радостно хмыкнул, а борода заметно спал с лица и произнес тут же безошибочно угаданное переводчиком: «Боже мой!..»

– Ну, что у вас тут? – спросила Бякса как ни в чем не бывало, выбираясь из агрегата. Поди ж ты, и ни слова упрека, хотя, постойте-ка – в чем ей было, собственно, его упрекать? Ну, разве что в том, что он так и не удосужился переубедить Экселенца насчет ее мотивов или хоть объяснить причину ее наготы. Теперь-то она была одета – в темный облегающий костюм – видимо, в тот, что ей по требованию выдали у Экселенца.

– Да вот, ищем пути к контакту, – кивнул Степан на бородача. – А вы чертовски удачливая («стерва», – добавил он про себя). Разве Экселенц не сообщил вам суть моего задания? Я так и думал. Если коротко – все, кто попадал сюда до меня, оказывались в этом вот ящике, – он указал на «скорлупки».

Она посмотрела на обломки недоверчиво, силясь сообразить, как это возможно. В чем в чем, а в смекалке Туазе нельзя было отказать, и вскоре она уже глядела на бородача с выражением, весьма далеким от приветливости. Тот стоял с несчастным видом и под ее взглядом начал что-то сбивчиво объяснять – увы, но для мирного диалога слов не хватало катастрофически. Бородач в отчаянии ринулся куда-то, они пошли следом за ним.

То, что они вскоре увидели, сильно впечатлило Степана, Туазу же поразило просто несказанно: сей уютный садик, оказывается, лежал не на земле, он венчал собою грандиозную глыбу, парившую в пронизанном светом пространстве. И эта глыба являлась не чем иным, как домом бородача. Сначала они шли по периметру вдоль обрыва, заглядывая в мерцающую бездну, не имевшую ни берегов, ни дна. Потом свернули и по неширокой лесенке спустились в «дом».

Каменная толща глыбы была пронизана, словно червивый плод, сетью ходов, соединяющих уютные пещерки – комнаты. В одной из них, полной беспорядка, бородач, смахнув одним движением на пол хлам со стола, усадил их в косматые мягкие кресла, а потом стал разворачивать перед ними прямо в воздухе какие-то безумно-непонятные объемные чертежи, потрясающие своим сложным совершенством, при этом неумолчно говоря, показывая, волнуясь и размахивая руками. Степанов переводчик удрученно молчал, вякнув лишь один раз: «Пространство…» Не в его силах было дать аналоги отвлеченным понятиям.

Убедившись, что его не понимают, хозяин яростно почесал в бороде, крякнул и, ухватив Степана за рукав, ринулся на выход. Растерянная Туаза поспешила следом. Миновав несколько поворотов, они ворвались в помещение, где стояла конструкция непонятного предназначения – этакое нагромождение из лопастей, спиц, рычагов и колес, посредине которого обнаружились два сиденья. В одно из них бухнулся бородач, в другое, повинуясь нетерпеливому жесту, сел Степан и за неимением третьего усадил Туазу к себе на колени. Хозяин не возражал: он тем временем дергал за рычаги и нажимал на педали. И вот уже колеса завертелись, лопасти задвигались – машина, качнувшись, оторвалась от пола. Потом стена гаража, расположенная позади, упала, и они задним ходом выплыли наружу.

– Не понимаю, что это за место? Куда мы попали? – спрашивала Туаза у Степана, между тем как их аппарат, развернувшись, устремился прочь от обиталища бородача в лишенную всяких ориентиров ясную безбрежность.

– Вам лучше знать, что за «местность» такого плана может быть расположена в девятнадцатом индексе, – отвечал Степан, осторожно придерживая Туазу за талию. Она, как ни странно, не возражала – видимо, была слишком озабочена происходящим.

– Я не слышала о существовании чего-либо подобного – ни в девятнадцатом, ни где-либо еще.

Степан покосился на бородача – тот увлеченно крутил педали, не прислушиваясь к не понятному ему разговору.

– Вы можете поручиться, что знаете всю галактику, каждый ее уголок?

– Я знаю одно, – резко сказала Туаза, – что в обитаемых мирах Империи ничего подобного нет!

– Значит, – пожал плечами Степан, – это место находится за пределами Империи.

– Но мой трансверсор показывает девятнадцатый индекс!

– Он сломался, – предположил Степан.

Туаза посмотрела на него со своим фирменным прищуром.

– Я постоянно задаюсь вопросом, – издевательски, чуть нараспев сказала она, – вы хоть что-нибудь понимаете в делах, в которые ввязались?

– Хорошо, – легко согласился он, – я ничего не понимаю. И в связи с этим тоже давно задаюсь одним вопросом: давайте-ка начистоту – зачем вы за мной увязались?

Туаза, чуть помедлив, ответила неожиданно:

– Потому, что вы похожи на мужчину. – Сказала это, не глядя, обычным своим тоном, походя напрочь выбив Степана из колеи. Он вспомнил ее растерянные глаза, когда он в гневе завалил ее на лестнице, вспомнил ее дерзкую наготу, неприступную даже в мыслях, и едва сдержался, чтобы не переложить руку ей на бедро – о да, это была истинная женщина! И уж Степану ли было не знать, как женщина может играть с человеком!