Чтение онлайн

— Но это невозможно! — Сотрудница службы помощи была до крайности потрясена — и, как увидел Карденас, напугана. — Мне говорили, что никто не может въехать в этот каньон без разрешения охраны СФП.

— Обязательно скажем об этом тем, кто стреляет. — Карденас был не в настроении тратить слова на светские любезности. Если Форхорсес не нравится его тон, она может запереться в ванной. Повысив голос, он крикнул: — Как там у тебя дела, Катла?

Ответ девочки представлял собой приглушенное бормотание, словно донесшееся откуда-то издалека.

— Отлично, полагаю. — Уточнять она не стала, а Карденас благоразумно решил не нажимать на нее. Пусть занимается своим делом. А он тем временем займется своим. Поглядев в одну сторону, он увидел клокочущий в ящичном туннеле водоворот информации. Взглянув в другую, увидел шестерых бопсов, стоящих на полу, блаженно игнорируя его, и увлеченно наблюдающих за усилиями Катлы. Они не двигалась и никак не прореагировали на пару взрывов.

Что-то бухнуло по двери. Резко втянув в себя воздух, Форхорсес попыталась двинуться к Катле, но Карденас удержал ее. Одновременно он сел на пол и прислонился спиной к стене под окном. Жаркий сухой воздух пустыни вливался в комнату у него над головой, ероша волосы, сталкиваясь с кондиционированным воздухом комнаты. Подымая дуло служебного пистолета, он прокрутил диск настройки через «Нарколептические» и «Паралитические», прежде чем установить на «Разрывных». Теперь он мог при желании разнести в клочья дверь, добрый кусок коридорной стены за ней и все органическое, имевшее несчастье оказаться между ними.

Покуда инспектор и сотрудница службы помощи ждали, не шевелясь, дверь широко распахнулась. В комнату девочки ворвалась массивная фигура, сжимающая очень крупногабаритное автоматическое оружие. Глаза Форхорсес расширились, она втянула в себя воздух, а палец Карденаса напрягся на спуске пистолета.

Выпустив дыхание, которое он, сам того не сознавая, задержал, Карденас опустил оружие и сделал Хаяки знак пригнуться. Упав на четвереньки, сержант заполз в комнату и присоединился к сотруднице службы помощи и напарнику. Грохот, который насторожил инспектора, раздавался теперь громче, ближе и чаще. Эхо выстрелов говорило, что защитники дома открыли теперь ответный огонь.

— Сколько?

Хаяки вежливо кивнул съежившейся Форхорсес.

— Пока нельзя сказать наверняка. С десяток, а может, и больше.

— Как они получили доступ?

— Не знаю. — Подняв голову в теплый поток воздуха, Хаяки выглянул в окно. — Об этом будем беспокоиться потом. А сейчас все больше озабочены из-за тех, кого мы не смогли подсчитать. Пара сумела добраться до самого навеса для машин. Главное здание по-прежнему цело. Мак-Карди занят попытками установить надежный периметр. — Он посмотрел в сторону бушующего туннеля. — Как я понимаю, она увлечена не игрой.

Выражение лица Карденаса избавило сержанта от любых нужных объяснений.

— Я так и подумал. Что она делает?

Повернувшись, инспектор слегка приподнялся и оперся дулом пистолета о подоконник. На склоне горы напротив наблюдалось движение. Он с силой ткнул дулом пистолета вперед. Оно продырявило противомоскитную ширму. Тщательно прицелившись, инспектор выстрелил. Форхорсес вздрогнула. А погрузившаяся с головой в собственный мир Катла Моккеркин не обратила на этот шум за спиной ни малейшего внимания. Вдали за стеной приусадебного участка удивительно большой объем гранита, кедра и кустарника разлетелся в разные стороны градом новообразованного гравия и щепок. Движение на склоне горы не повторилось.

— Убивает своего отца, — уведомил Карденас своего напарника. — Хотя, возможно, более подходящим описанием будет изгнание нечистой силы. — И объяснил, продолжая обшаривать взглядом горный склон.

— Так ты думаешь, что рвущиеся сюда действуют по приказу этой граммы-одиночки? — Хаяки занял позицию рядом с напарником, проткнув противомоскитную ширму стволом своего куда более мощного оружия на другом конце окна. Форхорсес сидела, прислонясь спиной к стене, обхватив руками прижатые к груди колени.

— Не могу быть уверен. — Карденас всегда хорошо стрелял. Конечно, разрывные пули, на стрельбу которыми был теперь установлен его пистолет, допускали большую погрешность в прицеливании. — Очень даже может быть. За мной могли проследить досюда. Или же кто-то сумел расколоть код и установить местонахождение через департаментский ящик. — Он кивнул на склон горы. — Это могут быть инзини, или озерники, или какая-то другая группа, которой очень хотелось бы выжать мозг девочки, как старую половую тряпку. Только этому не бывать.

— Да. — Расположив свое оружие, Хаяки выстрелил. Для столь впечатляющего убойного устройства, громыхнуло оно на удивление негромко. — Не бывать. — Заметив что-то справа и чуть позади, он кивнул в сторону наблюдающих бопсов.

— Откуда они взялись?

— Ответь на это сам, — отозвался Карденас, — и можешь потребовать за ответ любую цену и купить себе собственную полицию.

Что-то ударило по крыше западнее комнаты. На скрючившихся у окон посыпались осколки потолка, изоляции и пыль. Катла Моккеркин проигнорировала это вторжение. Карденасу никогда не доводилось видеть никого, ни ребенка, ни взрослого, настолько сосредоточенным на механике зондирования. Равно невозмутимые бопсы стояли не шелохнувшись.

— Не так-то легко напугать этих маленьких кукарачас [61] , верно? — непочтительно заметил Хаяки.

— Не трудно быть бесстрашным, когда не понимаешь, что значит смерть. — Палец Карденаса начал было давить на спуск пистолета, но расслабился, так и не выстрелив. Замеченное им движение оказалось всего лишь перепуганным кроликом, давшим деру из норы с такой скоростью, с какой только могли нести его группы быстро сокращающихся мышечных волокон замечательных ног. Грохот стрельбы стал теперь постоянным, похожим на гром надвигающейся муссонной грозы.

— По крайней мере, — закончил он, — я полагаю, что они его не понимают. Я еще не встречал такой машины, которая понимает.

— Пожалуйста, не могли бы вы перестать говорить об этом? — Отражая профессиональную озабоченность, Форхорсес дернула головой в сторону девочки. Ей не требовалось беспокоиться, заметил Карденас. Катла углубилась в игру с ящиком, не замечая стрельбы и шума.

Никто не прибежал, чтобы приказать им эвакуироваться или перебраться в другую часть дома. В этом отношении, размышлял Карденас, отсутствие новостей не было хорошей новостью — невзирая на противоположное мнение Линкольна.